Где ты, Маленький Птиль - Сергей Вольф

7

Ночью мы слышали, как вдалеке рычали хищники. Через стенки палаток было легко переговариваться, и Ир-фа сказал, что это, похоже, кольво. Сириус пыжился, зашипел пару раз, а шерсть его вставала дыбом. Ир-фа всех успокоил, и ночь прошла нормально.

Утром, за завтраком, возник легкий спор: кто отправится вместе с Ориком на рудники, или к повстанцам. В принципе разговор об этом завел папа, помня, видимо, правила поведения на Земле: в тайге не оставлять человека одного. Ир-фа, улыбаясь, молчал, он-то умел ходить по здешним лесам и один. А Орик, который тоже был достаточно опытным, сказал, что все же он отправится в одиночку: Ир-фа горит желанием поохотиться, и Пилли, Митю и Оли папа никак не может оставить одних.

Я и папа стали готовить снасти, в воду чего-то лезть не хотелось. Орик отошел с коммуникатором.

Чуть позже он рассказал следующее: на руднике, расположенном недалеко от нас, произошла трагедия. По явному недосмотру управляющего и его помощников произошел взрыв: погибло трое политоров и два гелла. Рабочие предупреждали о возможной опасности, поэтому они поступили покруче, чем просто отказались выйти на работу. Управляющий и его команда -- перебиты, политоры и геллы ушли в отряд.

Пилли как-то вся сникла. Мы долго молчали.

Ир-фа, который, когда мы возились с папой со спиннингами, собирал свое ружье, теперь держал его на коленях и, внезапно вскинув его, выстрелил. В двух метрах от нас упала птица, пестрая, размером с глухаря. Ир-фа встал, поднял ее и спрятал в ящик-холодильник.

-- Есть мысль, -- сказал папа. -- Вся Политория -- в передатчиках машины, они возле городков, поселков, в лесах, -- их же цепочка. А как их устанавливали? Это делали осведомленные рабочие, которых потом убивали?

-- Не знаю, -- сказала Пилли. -- Но это интригующая мысль.

-- На ваших надземных кораблях военного типа, кроме стреляющего оружия, -- есть бомбоотсеки?

-- Конечно, -- сказал Ир-фа.

-- Ученые садятся в военный корабль, летят по маршруту, и в означенное время нажимается кнопка, а из бомбоотсека сбрасывается "бомба". Не взрывающаяся, но зарывающаяся метра на два в землю. Вот вам и машина-передатчик. Не скучно?

-- Продолжайте, -- сказала папе Пилли.

-- Если выходит из строя посредник, этим занимаются те же двое ученых, что и при машине. Орик связывается с квистором. Он, уль Орик, решил провести здесь инспекцию рудника. И что же? Рудник -- пуст. Лишь один из обслуги управляющего, полумертвый политор, сообщает: вдруг взбесились геллы, вероятно, рядом где-то было "утеряно" биополе, геллы все начальство перебили и вместе с политорами ушли к повстанцам.

-- А что, -- сказал Орик, -- квистор может клюнуть на такое.

-- Для новых геллов на руднике передатчик биополя следует заменить. Кто это сделает? Та же пара ученых. Словом, можно ждать гостей, этих двух. И даже, допустимо, в довольно точном месте. Взяв, скажем, за центр этот рудник, на машине строго по спирали полетать часик, а то и меньше, и даже мой сигнализатор обнаружит место передатчика.

-- Да-а, -- сказала Пилли. -- Противно быть нескромной, но мои мысли последних дней витали в этой сфере.

-- Квистор позволил себе диверсию -- украл моего сына. Я и сын намерены поговорить о нашем отлете, вряд ли он нам откажет в беседе.

-- Думаю, не откажет, -- сказал Орик.

-- Вероятно, ваши фотокамеры способны снимать на пленку не внешний облик предмета, но всего его, со всеми потрохами. Вряд ли милый квистор откажет моему сыну сделать в своем кабинете парочку снимков перед отлетом на память. Так бы мы смогли узнать, есть ли тайный ход в сейфе. Вот и все.

-- Будем переваривать ваше блюдо, уль Владимир, -- сказал Орик. -Спасибо. И спасибо за земные кушанья. Очень привлекательные. Некоторые -пугают. -- Все смущенно закивали. Папе впервые подвернулся случай блеснуть за завтраком земными консервами. -- Ну, я полетел. Развлекайтесь. Позабудьте о мрачном Калихаре. Кстати, уль Владимир, дайте-ка мне с собой ваш сигнализатор.

Орик улетел, а мы занялись обсуждением: где ловить. Дикое это место без нас и было диким, но достаточно нам было поставить палатки, как уже стала возникать дурацкая мысль, что "возле дома хуже ловится" и не пойти ли вверх по речке. Снарядили спиннинг для Оли, а Пилли сказала, что погуляет с нами просто так. Вскоре мы тронулись, все с оружием, а я еще захватил рюкзачок с едой и большой в ножнах нож -- подарок Малигата. У Ир-фа было ружье, но и спиннинг тоже, политорский.

Мы прошли довольно легкой дорогой по берегу километра три, стены каньона стали ниже, менее крутыми, деревья почему-то отступили от воды, река стала чуть мельче и шире -- было просторно. С того берега в нашу речку впадала другая, поменьше, чуть ниже по течению от ее впадения были посередине реки камни. Ир-фа перебрался на них и спиннинговал прямо с них, бросая блесну по течению.

-- Мы взяли кинокамеру? Заряжена? -- вдруг крикнул Ир-фа.

-- Да! -- крикнул папа.

-- Поснимайте старичка! У меня село что-то крупное!

Все побросали свои снасти, папа достал из сумки кинокамеру, начал снимать с берега, а потом к концу схватки с крупной рыбой сам выбрался к Ир-фа, на камни. Рыбина оказалась огромной и мощно взбрасывалась, пока Ир-фа, взяв камень в руку, не оглушил ее на мели основательно по голове. Папа сумел снять все. Когда они вместе с рыбиной добрели с камней до берега, я воскликнул:

-- Братцы! Да это же криспа!

-- Ага, -- сказал Ир-фа. -- Но речная. Криспа-риста.

-- Кусается? -- спросил я.

-- Да, еще как, но в воде не нападает. Это обычная криспа, давно попавшая в речку, речной вид.

По виду она тянула килограммов на двенадцать, и Ир-фа несколько огорченно сказал, что ловить дальше -- грех, и рыбы, да и птицы у нас хватит. Он походил по речке, нашел омуток с песчаным дном, и все мы искупались, а потом решили перекусить. Кроме еды, взятой с собой, мы съели одну Олину луффи и одну папину пирлу. Ир-фа, ловко их почистив, запек их в углях костра, завернув в большие листья.

Я сказал папе, что перейду речку и чуточку поднимусь по впадающей. Ловил он очень сосредоточенно и, соглашаясь, кивнул -- я даже не ожидал. Я захватил свой рюкзачок, чтобы положить туда фотокамеру; на груди у меня болтался коммуникатор и "плеер", и, идя по узкому берегу впадающей речки, я и их засунул в рюкзак. В руках был только спиннинг и лазер. Наверное, вокруг был такой покой, что даже, когда я ушел метров на четыреста, папа меня не окликнул. Я, спрятав лазер в карман, поблеснил немного и поднялся еще вверх по реке. Снова начал блеснить, и вдруг произошло что-то непонятное, просто ошеломившее, нет, раньше даже -- жутко напугавшее меня: кто-то буквально пал на меня сверху, плотно придавив мое тело к земле. За несколько секунд страх частично начал куда-то уходить: мне никто не впивался в шею, не царапал когтями, не рычал. Это был не зверь. Быстро мне завязали глаза, заткнули тряпкой рот и связали; спиннинг -- отобрали, вынули, ощупав, из кармана лазер... потом куда-то понесли. Несли меня, подвязав, как хурпу, к палке, молча и долго минут десять. Если папа и звал меня, слышать я его не мог. Если меня уже искали вдоль речки, то тащили меня, кажется, вбок. Когда наконец меня отвязали от палки, сняли веревки, поставили на землю, вынули кляп изо рта и развязали глаза, я понял, где я, вернее, -- среди кого: это были моро, незнакомые, конечно.