Тень угасшего пламени - Павел Липский

Впрочем, Ричард не тешил себя иллюзиями, что здесь ему удастся найти что-то съестное. Теперь он различил прямой коридор, идущий от входа в глубину здания, и пошел по нему вперед. Вскоре мужчина оказался в большом пятиугольном зале, посреди которого, возвышалась статуя, нелепая и совершенно здесь неуместная. Она контрастировала с неживой геометричностью и скупостью архитектуры, и потому особенно бросалась в глаза. Статуя изображала высокого, в полтора человеческих роста, рыцаря в помятых, пробитых во многих местах и иссеченных бесчисленное множество раз доспехах. В руках он сжимал огромный фламберг, которым как раз замахивался, будто собираясь нанести страшный удар по своему противнику. Ричард поразился, насколько искусно было выполнено это застывшее движение, и невольно представил себе, как этот огромный двуручный меч с тяжелым грохотом обрушивается на пол...

Мужчина помотал головой, отгоняя наваждение, и двинулся дальше, огибая статую рыцаря. Из пятиугольного зала, как и следовало ожидать, вело пять дверей. В одну из них вошел Ричард, остальные были так же распахнуты настежь. Музыкант подошел по очереди к каждой из них и заглянул внутрь. За одной было просто темно, за другой он различил небольшой зал с длинным столом, на котором все еще стояли остатки трапезы... на этом моменте желудок Ричарда призывно заурчал, но мужчина, не без труда, подавил естественный порыв и пошел дальше. За следующей дверью ярко пылал огонь, пожирая сваленные в кучу книги. А позади него мертвыми скелетами высились пустые книжные полки. Так, значит, горит библиотека. Жаль, быть может, что-то оттуда можно было бы почитать... Но не бросаться же в огонь ради неизвестно каких книг. Заглянув за следующую дверь, Ричард непроизвольно схватился за стену и поспешил вернуться в главный зал. Там была большая груда тел. Видимо, нападающие сначала хотели свалить всех убитых в кучу и сжечь вместе со всем остальным, и даже начали воплощать этот план в жизнь, но потом поняли, что работа предстоит долгая и совсем не приятная, и бросили все как есть. Тела были еще свежие, поэтому сладковатого запаха разложения не было, но запах крови и смерти явственно присутствовал. Ричард, не глядя в помещение, прикрыл прямоугольные створки дверей.

Еще некоторое время ему понадобилось, чтобы обследовать все предыдущие комнаты и убедиться, что ни один обитатель замка не выжил. Книги к этому времени успели почти догореть, а в ту комнату, где было совсем темно, Ричард пока соваться не стал. К его большому счастью, в трапезной не оказалось трупов, и он, стараясь не думать о той комнате, которую он закрыл, приступил к утолению своего голода. Еда была вкусной, и сам процесс так занял его, что вскоре он совершенно не думал ни о чем другом, а просто блаженствовал, отдаваясь чревоугодию. Однако когда желудок был приятно полон, снова вернулись мысли и опасения. Что же теперь? Куда идти? Что делать? С того момента, когда Ричард понял, что все происходящее вокруг него вполне серьезно и может привести к тяжелым последствиям для него самого, мужчина много раз задавался этим вопросом. Но когда старик Зулфа рассказал ему про орден мудрых и опытных людей, которые обязательно помогут ему во всем разобраться, Ричарду сразу стало легче, хоть он и не признавал этого. И вот теперь, он, совершенно один, сидит на руинах и рядом с останками тех, кто мог бы ему реально помочь. Положение складывалось отвратное. Уходить из замка? Ну, это понятно, не оставаться же тут. А вот только куда? Не ясно.

Ричард вздохнул и медленно прошелся по комнате, разглядывая убранство. Просто и со вкусом. Ничего особенно вычурного, но все очень аккуратно и ухоженно. Мужчина вышел в пятиугольный зал и, немного помедлив, подошел к статуе. Железный рыцарь все так же стоял, застыв в незавершенном ударе. Вблизи его доспехи выглядели еще более потрепанными. Глухой шлем с одной единственной горизонтальной прорезью скрывал лицо рыцаря. Да и было ли оно? Наверное, неизвестный скульптор не стал ваять лишние подробности, которые все равно никак не увидеть. Никто не любит делать лишнюю работу. Ричард протянул руку и провел пальцем по шероховатой, многократно иссеченной поверхности металла. На краткий миг ему почудилось, что материал чуть теплый, но ощущение сразу же прошло. Мужчина хмыкнул и, потеряв интерес к статуе, бесцеремонно уселся прямо на невысокий постамент, на котором она стояла.

Итак, что он имел на данный момент? Наверное, ничего. Надежды рухнули, помощи ждать неоткуда, и вообще, все очень плохо. Подумав об этом, Ричард удивился, что еще не впал в отчаяние. Будь он сейчас в привычном мире, вероятно, он так бы и сделал. Но тут почему-то паниковать не хотелось. Он воспринимал все происходящее с уже вошедшей в привычку частичной отрешенностью, будто наблюдая за героем любимой книги. Но что же, в таком случае, ему делать? Первое, что приходило в голову, это запастись провизией и идти из замка, куда глаза глядят. Например, выйти обратно к берегу, может быть удастся снова встретить того славного старика и попросить его помощи. Да, кажется, ничего другого сейчас ему не оставалось.

Неожиданно Ричард вспомнил о своем недавнем проводнике и вытащил футляр из-за пазухи. Снова без малейших усилий открыв шкатулку, Ричард уставился на матовый куб, все еще излучавший слабое тепло, но уже не проявлявший желания левитировать. Может быть, он снова сможет указать ему нужную дорогу? Мужчина протянул руку и осторожно взял теплый на ощупь артефакт. Ничего странного не произошло, предмет все так же слабо светился и подрагивал. Что же это такое? Зачем Самондор выкрал его из сокровищницы храма? Знал ли он, что это? Вот Зулфа определенно знал, однако поделиться информацией с Ричардом как-то не удосужился. Что ж... Внезапно в голове Ричарда возникла безумная идея. Он как-то проказливо улыбнулся и, чему-то хитро рассмеявшись, по-другому перехватил куб и, снова развернувшись к статуе, поднес его острым углом к металлу. Позднее Ричард и сам не мог понять, почему вдруг он, посреди разрушенного замка, заваленного мертвецами, решил вырезать с помощью какого-то странного артефакта на боку железного рыцаря свои инициалы... Наверное, это был тот самый психический защитный механизм, заставляющий людей творить всякие глупости, когда они потрясены, особенно, если они стараются это скрыть. Или, может быть, во взрослом мужчине проснулся тот дремлющий, но никогда не покидающий его мальчик-подросток? Кто знает. Однако Ричард намеревался сделать именно это. Но, как только он коснулся кубом поверхности металла, что-то неуловимо изменилось. Ричард скорее подсознательно ощутил это, чем реально почувствовал, но, повинуясь какому-то мгновенному наитию, он отпрыгнул в сторону, больно ушибив ногу. И, как оказалось, не зря.