Мелкий Дозор (сборник) - Юлия Рыженкова

Сон. Это был всего лишь сон.

Но я знала, что не «всего лишь». Он действительно приходил ко мне – пусть пока и вот так.

– Упырь в городе! – кричала я Кеше в трубку. – Уж отличу я обычный сон от видения! Он не уехал!

– Я сообщу куда следует, – зевал начальник в трубку. – Будем искать… раз говоришь.

– Сильно будете искать?

– Ну-у… Ты сама понимаешь… следов его ауры в городе нет. Я Гесеру твой сон понесу, что ли?

– Но… он напал на меня. Это же экстренный случай.

– Он тебе даже увечий не нанес. И убить не мог. Может, тебе отдохнуть съездить?

Ну и ладно. Ну и понятно. Следов ауры не обнаружено – искать его в городе никто не будет.

Ну и пожалуйста. Раз так, найду его сама.

Как найти вампира вообще – известное дело. Ловля на живца, мимикрия, виктимное поведение, все дела. Достаточно ходить в разные места, где вампиры бывают, и подставляться, подставляться. Но как найти конкретного вампира, чей уровень тебе не по зубам? Причем не обращаясь за помощью к оперативникам и преподавателям.

Засмеют же, скажут: рано, опасно, вспомни рейд. Ну и запретят.

Но в любой организации есть люди, которые не засмеют плюс знают побольше многих. У секретарши Валерии Львовны были советы на все случаи жизни.

– Ты теоретически спрашиваешь? – поправила она очки. – Ты же не собираешься заняться самодеятельностью? Можно, допустим, нанять джампира – сына вампира и его вдовы. Или мороя – будущего вампира… В общем, ты не справишься. Сиди, занимайся своими бумажками. А твоего обидчика судьба накажет.

– У вампиров не может быть детей. Они мертвые, – сказала я специальным голосом «да, я новичок в вашем деле, но не позволю над собой смеяться».

– Может, может. – Надо же: глаза Валерии Львовны не смеялись.

– Хорошо, я проверю, – с достоинством ответила я и встала, чтобы удалиться. Потом снова плюхнулась на стул. – А джамперов где берут?

– Джампиров! У меня есть визитка. – Валерия Львовна сунула мне серую картонку. – Это частник. Иннокентий узнает – голову тебе открутит.

«Владимир Осинин. Поиск вампиров, охота» значилось на визитке.

– Манеры так себе, поаккуратней с ним, но он лучший.

Как только выдалась свободная минутка, я полезла в учебник. Открыла список волшебных существ на букву «Д».

Джампиры действительно существовали. Хм.

Я позвонила Осинину.

Передо мной сидел крупный мужчина с грустным располагающим лицом. Казалось, грустили даже морщины у него на лбу. Глаза – такие большие, добрые, а мешки под ними – еще больше и добрее.

Я посмотрела на его круглую лысину и молвила с максимальной уверенностью:

– Я хотела бы вас нанять. Найти… вот его.

Распечатка с делом Филиппа легла на стол.

– А что потом? Я должен его убить? – спросил Осинин толстым скучным голосом.

– Нет, конечно, – испугалась я. – Это же нарушит Равновесие… это незаконн… я сотрудн…

– Понятно. Вы хотите сразиться с ним лично.

За кого он меня принимает – за Баффи?!

– Да ничего такого. Максимум – встретиться и поговорить. Да и говорить не обязательно, чего я тут болтаю – о чем нам с ним говорить? Я просто хочу его найти. Знать, где он. Перестать его бояться!

– Ага, хорошо. – Осинин сделал какие-то пометки в записях.

– Ну и остаться в живых! – подчеркнула я.

– Ага. – Лицо Осинина поскучнело, и он что-то вычеркнул. – Влюбились?

– Нет, – возмутилась я. – Как я узнаю, что вы его нашли?

– Я с вами свяжусь.

Осинин позвонил мне через два дня на рассвете.

– Я его нашел. Жду вас на стоянке. Оденьтесь потеплее, возьмите плед. И поесть что-нибудь.

Плед? Мы едем на пикник?

Я написала Кеше записку, что решила-таки отдохнуть и беру отгул, села в черный «гелендваген» Осинина, и мы поехали. Часа через два вышли у какого-то леска. Местность я не узнавала.

– Куда мы идем?

– На кладбище. Все взяли, что я сказал?

– Вот, в сумке с собой. Кладби… Но сейчас день… Он ассимилированный? Он был без печати… – закудахтала я, затормозив ход. Холод снова сковал мои бедные тоненькие конечности.

– Не ассимилированный и днем спит: ваш вампир старой школы. Поговорить с Перовым вы сможете только ночью. Но вы же хотели узнать, где он?

Уф! Меня сразу отпустило. Уже рассвело, а посмотреть на могилку, в которой лежит мой обидчик, – это можно. Страшненько, нервы щекочет, но это нормально, будто страх высоты. Посмотрю и позвоню Кеше. Пусть берут гада тепленьким. Холодненьким.

Мы начали спускаться с горки. Я поскользнулась на глине, ухватилась за вывороченный корень клена и неслабо ободрала руку. Пока я отряхивалась, Осинин ушел вперед. Я побежала за ним, на ходу зализывая кровь.

В низине было сумрачно.

На краю обрыва стоял склеп – серый камень, заржавевшие двери, зарешеченные окошки. На стене – мох и плющ. Это было даже красиво, суровая такая романтика. Здесь можно смело снимать какой-нибудь фильм про вампиров.

Склеп был давно заброшен и разграблен. Облезлый, обшарпанный; судя по запаху, иногда его использовали как туалет. Сквозь вентиляционную шахту в потолке виднелось хмурое октябрьское небо.

Склеп был небольшим, на две персоны. Справа – надгробие, слева – черная овальная яма. Рядом с ней валялась огромная, даже на вид тяжелая мраморная крышка гроба.

Я огляделась, показала на проем.

– Он там?

Осинин отрицательно покачал головой.

Я на цыпочках подошла к краю пустой могилы, заглянула внутрь с любопытством. Гроба в ней не было, только на дне лежало что-то светлое. М-м… матрас? И тут я полетела вниз в черную дыру – словно гребаная Алиса в гребаную кроличью нору.

Подлый Осинин толкнул меня в спину.

– Ыыыыоо, – просипела я, ударившись.

Нет, я не разбилась и даже ушиблась не сильно, матрас – да, это был явно матрас! – смягчил падение, но все равно упала неловко.

В могиле стало темно, как в могиле: положенная сверху крышка скрыла от меня дневной свет.

Вот тут-то я заорала:

– Ааааа!

Крышка слегка отодвинулась, в проеме появилось круглое лицо Осинина.

– Вы хотели найти Перова? Вы его нашли. Он спит в соседней могиле.

Я вздрогнула, попыталась вскочить на ноги, снова поскользнулась и упала.

– Можно было посмотреть на него и сверху! Мне бы хватило! – орала я, пытаясь подняться.

– Смотреть удобнее сверху. А вот разговаривать удобнее будет здесь.

– Я не хотела разговаривать, только найти! Я оговорилась от волнения! Я же поправилась, отменила этот пункт!

– Вы сказали «говорить не обязательно» – у меня все зафиксировано. Это не отмена. Это значит, вас интересует и такой вариант. Так вот, говорить отсюда удобнее – между могилами есть отверстие.

Тут моя рука, скользящая по глине, наткнулась на какую-то дыру и ушла вглубь.

– Ааааааа! Он там?! Осинин, маньяк, немедленно выпустите меня отсюда! Здесь воняет!

Я падала и барахталась. О чем я думала, нанимая этого безумца? Зачем я это все затеяла?

– Вы в полной безопасности, – бубнил Осинин. – В вашу могилу Перов не сможет войти без приглашения: он тут не был, я проверил. Он вас даже загипнотизировать не сможет. Проснется только вечером. Вы как раз привыкнете к обстановке и перестанете нервничать. Не надо паниковать, вампиры этого не любят. Воздуха вам хватит, я позаботился об этом.

Крышка снова задвинулась – на этот раз окончательно. Послышался звук удаляющихся шагов. Бормоча «маньяк, маньяк», я достала сотовый.

Связи не было. Я попыталась применить заклинание Силы, чтобы сдвинуть кусок мрамора над своей головой, но ничего не получалось. Скользнула в Сумрак, но и там я была заперта со всех сторон. Почему, почему я так плохо училась? Даже жизнь себе спасти не могу…

Вжавшись в глиняную стену, я бессильно колотила по ней кулаками.

Это не я, это все происходит не со мной. Бред какой-то. Наверняка у меня клаустрофобия! Вот сто пудов. Или нет? Будь это правдой, я бы уже спятила! Или сознание потеряла.

И тут я его потеряла.

Не знаю, решилась бы я заговорить с Перовым, но вампир сделал это первым.

…Говорят, что, если долго сидеть в темноте, начинаешь видеть, как кошка. Но только не в кромешной мгле! Не в могиле, где не было ничего, кроме меня, матраса и глины. А, вот еще сумка с припасами. Я достала плед и накинула на плечи. Уютнее не стало.

Сквозь тонкие щелочки между глиной и неплотно прилегающей к ней крышкой днем проникало чуть-чуть света – не света, так, намека на него! К ночи исчез и он.

Грязная и перепуганная, я куталась в теплый клетчатый плед, прихлебывала матэ из термоса и думала о Нем. Романтичненько!