Шпион номер раз - Геннадий Соколов

Если выполнение задания Центра силами сотрудников резидентуры ГРУ было связано с каким-то неоправданным риском или формальными трудностями, на помощь приходили их коллеги из посольств социалистических стран: Чехословакии, Болгарии, Румынии. Кстати, для них 35-мильных ограничений на поездки из Лондона в ту пору не существовало. Поэтому если Иванову, скажем, вновь надо было наведаться в Холли-Лох, военно-морскую базу королевских ВМС, откуда он недавно приехал, то Евгений Михайлович просил болгарского военного атташе в Лондоне Николая Ивановича Кливлева съездить туда на денек-другой. И для болгарина это было равносильно приказу собственного начальства. Он тут же отправлялся в дорогу. Разбивал неподалеку от базы палаточку, играл с детьми в бадминтон, а в перерывах между играми собирал нужные данные. По его возвращении резидент советской военной разведки в Лондоне получал от болгарского разведчика подробный доклад, который и направлялся в Центр.

На резидентуру работали специально подготовленные люди, объединенные единой задачей и сцементированные общей идеологией борьбы.

Это была серьезная сила.

Глава 15

Портрет Екатерины Третьей

У каждого человека есть какое-нибудь увлечение: кто-то сочиняет музыку, кто-то собирает марки, кто-то пишет стихи…

Доктор Уард любил рисовать.

— Он донимал всех своих знакомых, — рассказывал Иванов, — бесконечными просьбами позировать ему — хотя бы минут пять. Я видел, с каким удовольствием он работал над портретами, как усаживал перед собой объект своего творчества, брал лист бумаги, мелок, закуривал сигарету и за беседой начинал рисовать. Меня он пытался изобразить не однажды. Портретист Стив был замечательный. Его работы нравились всем.

Это увлечение зародилось у Уарда в 1930-е годы, когда он, еще совсем молодой человек, уехал из Англии на континент, чтобы начать самостоятельную жизнь. В Германии дядя устроил его по знакомству в компанию «Шелл» переводчиком. Немецкий язык Стив знал неважно, но достаточно, чтобы познакомиться с ночной жизнью Гамбурга. Особенно одного из районов города — Реепербана, известного своими борделями. Портреты проституток стали первыми пробами пера Уарда-художника. Хозяину компании это увлечение своего служащего было не по душе, и он не раз грозился уволить молодого работника, несмотря на протекцию его дяди. Однажды Стив запер его в кабинете, отправился на вокзал, сел на поезд и уехал из страны.

В Париже, куда он прибыл после Гамбурга, Уард записался на курсы по истории цивилизации в университете Сорбонны, но на занятиях бывал нечасто. Он зарабатывал на жизнь уроками английского и сопровождением туристов по популярным злачным местам французской столицы. В ночном клубе «Ше Флоранс» и борделе «Сфинкс» за бутылкой вина, с неизменной сигаретой во рту, он рисовал портреты куртизанок.

Потом была поездка в Соединенные Штаты в 1934 году. Путешествия по стране с запада на восток и с севера на юг континента: в Вайоминг и Флориду, Нью-Йорк и Лос-Анджелес… Учеба на отделении остеопатии в медицинском колледже. И новые рисунки.

После войны Стив решил поступить в художественную школу. Выбор был сделан сразу — училище Слейда. «Слейд Скул-оф-Арт» был лучшим художественным училищем в Великобритании. Его создал в середине XIX века Феликс Слейд, известный английский коллекционер и филантроп. Но терпения на регулярные занятия у молодого врача-остеопата, только что открывшего свою клинику в Лондоне, катастрофически не хватило. Уард-художник на всю жизнь остался простым любителем. Зато каким!

Постепенно послевоенный Лондон признал не только удивительные способности Уарда-врачевателя, но и его талант портретиста. В клинике доктора Уарда на Девоншир-стрит не было отбоя от пациентов, причем, нередко они же оказывались моделями художника.

Все началось в доме номер 195–198 на Стрэнде, куда Уард был приглашен как-то показать свои рисунки. Этот угловой «Дом Игрэма» на Стрэнде был и остается, по мнению многих, одним из красивейших строений Лондона: элегантная колоннада по периметру первого этажа, стильные силуэты окон, трехуровневые гнезда мансард, строгий профиль угла — он неизменно приковывает к себе взгляды лондонцев и приезжих. В «Доме Ингрэма» размещалась редакция «Лондон иллюстрейтед ньюс» — первой в мире иллюстрированной газеты, созданной в 1842 году печатником Гербертом Ингрэмом, дедом главного редактора газеты сэра Брюса Ингрэма. В ту пору типография находилась во внутреннем дворике дома.

Замечу мимоходом, что Стрэнд — это особое место в британской столице. Здесь расположено немало весьма интересных зданий. Рядом стоит, например, построенная еще XVI веке часовня — личная церковь королевы Елизаветы II. Неподалеку возвышается дворец графа Сомерсетского, в котором выставлена замечательная коллекция картин импрессионистов. На Стрэнде красуется и грандиозный отель «Савой», где в 50-е годы заседал знаменитый «Клуб по пятницам», членами которого были принц Филипп, маркиз Милфорд Хэвен и Бэрон Нэйхум — герои последующих глав этой книги.

В течение 60 лет сэр Брюс Ингрэм был не только бессменным редактором популярной и влиятельной газеты, но и блестящим знатоком живописи, известным коллекционером. И хотя он отдавал предпочтение полотнам маринистов, хороший портрет сэр Брюс всегда мог оценить. Те работы Уарда, что увидел у себя в кабинете главный редактор «Лондон иллюстрейтед ньюс», ему очень понравились. Доктор Уард получил заказ на целую серию работ для газеты, в том числе — портретов членов королевской семьи. Сэр Брюс Ингрэм был лично знаком со всеми монархами Великобритании вслед за королевой Викторией, ибо его газета на протяжении более чем ста лет вела иллюстрированную летопись Великобритании, а значит, и ее королевского дома.

Встреча в «Доме Ингрэма» стала поворотным моментом в жизни Стивена Уарда. Благодаря контракту с популярной и влиятельной газетой, пользовавшейся на протяжении всей своей истории особым расположением королевской семьи, доктор Уард стал фактически не только придворным остеопатом, но и королевским портретистом.

1961 год, год знакомства Иванова с Уардом, оказался для Уарда-художника исключительно плодотворным и успешным. Весной открылась его первая персональная выставка. И не где-нибудь, а в Галерее изящных искусств «Легатт оф Сейнт-Джеймс». В числе приглашенных оказались, естественно, многие знаменитые пациенты доктора Уарда. Ну и, конечно, Евгений Иванов. Он старался во всем подыгрывать своему новому знакомому, понимая значение его связей и растущей популярности в высшем обществе для его собственной работы разведчика.