Аптека сердечных дел семьи Ботеро - Ли Сонён

Когда Ёнхи закончила говорить, сразу раскраснелась от смущения. Собственный ответ показался ей очень глупым, и она опять вспомнила строгие слова одногруппницы:

«Как можно рассуждать о любви, ничего о ней не зная?»

Однако красивые глаза фармацевта теперь почему-то сияли еще ярче.

– Да, действительно. У нас есть клиент, который пытается кого-то простить, но пока не может. Вы сказали, что любовь соединяет далеких друг от друга людей… Теперь я понимаю, почему он решил прийти именно к нам, – сказала она серьезно.

– Ну что ж, вы осмотрели лабораторию, а теперь самое время вернуться в аптеку. Наша дочь проводит много консультаций, так что, если вы спросите ее о любви, она расскажет много интересного. Заодно подпишете согласие.

После слов мужчины фармацевт кивнула, будто очнувшись от сна, и, открыв дверь лаборатории, стала подниматься по лестнице. Ёнхи попрощалась и поспешила следом.

Горячий рокот мотора

Рольставни открылись с легким шуршанием. Звук был жизнерадостным, словно шум ливня после летней засухи. Машина босса притаилась в густой темноте. Мигнули фары, когда Ли Хван щелкнул по универсальному ключу. Молодой человек сел на место водителя и нажал на кнопку зажигания. Мягкий звук запуска машины и тихое урчание двигателя вновь пробуждали в нем инстинкт гонщика. Дыхание автомобиля было похоже на сопение разъяренного зверя, которого ты пытаешься успокоить. Ли Хван вылез из машины и провел руками по крышке капота, будто оглаживал круп и красивую гриву скаковой лошади. Звук двигателя был тихим, как сердцебиение животного, но в нем чувствовалась сила, будто автомобиль только и ждал того, чтобы сорваться с места.

Ли Хван открыл капот. Сильно запахло машинным маслом. К горлу подступила тошнота. Под капотом сложным образом переплелось множество проводов. Ли Хван закрыл глаза, затем снова их открыл и сделал несколько глубоких вдохов. Надев перчатку, нащупал крепежный болт двигателя. Он был металлическим и своей твердостью и остротой напоминал клык дикого зверя. Рука, держащая инструмент, дрожала, как у пациента с болезнью Паркинсона. Начальник попросил Ли Хвана проверить машину, сказав, что собирается отправиться со своей возлюбленной в путешествие.

Год назад две женщины оказались в их автомастерской из-за того, что в болте крепления опоры двигателя появилась трещина. На месте пассажира сидела женщина средних лет, на месте водителя – девушка лет тридцати. Женщина обладала сногсшибательной внешностью, однако взгляд Ли Хвана то и дело притягивала та, что сидела за рулем. Ее ясный взгляд, который проникал прямо в душу, и добродушное выражение лица вызывали интерес. После она приезжала на техосмотры, и разговоры с ней доставляли механику большую радость. Потом он долго прокручивал их в голове, вспоминая, например, ее рассуждения о злобной героине из сказки и царе Мидасе, который, по ее мнению, помер от голода.

Наверное, она привлекала внимание и других людей. Ли Хван заметил, что начальник тоже проявляет интерес к этой клиентке. А ведь он был старше ее лет на двенадцать. «Вонючий вор», – часто про себя ругал босса Ли Хван. Начальник проявил необычайную доброжелательность во время ремонта ее автомобиля, но у него были свои потаенные цели. Он не стал просить Ли Хвана, как обычно это бывало, отогнать машину, а сделал это сам – затем, чтобы узнать адрес девушки-водителя. Даже после того как все работы были завершены, босс продолжал поддерживать с ней связь.

Ли Хван решил называть ее по имени – Хёсон, хотя она стала девушкой начальника. Другими словами, механик остался в дураках, так и не сумев побороться за любимую. К несчастью или, наоборот, к счастью, девушке тоже нравился его начальник. Но она влюбилась в него сильнее, порой даже складывалось ощущение, что она его преследует. Излишняя доброжелательность сыграла с боссом злую шутку. Потом он вдруг стал вести себя с ней отстраненно. Как этот старик смел так плохо относиться к Хёсон!

– Впервые вижу таких непохожих друг на друга мать и дочь. Бывает же такое, чтобы дочь не взяла ни капли красоты от своей матери, – как-то раз сказал Сынгю.

Почему Ли Хван не заметил истинных чувств начальника? Он ничего не понял и тогда, когда владелец небольшого ресторанчика вдруг рассказал ему, что видел его босса в компании зрелой женщины.

Он закрыл автомастерскую и отправился следом за боссом. Неужели Мун Сынгю стал холодно относиться к Хёсон, потому что полюбил другую? А что, если рассказать обо всем девушке и попробовать завоевать ее сердце? Однако когда он увидел, с кем встречался начальник, то потерял дар речи. Становилось все интереснее и интереснее.

Когда Ли Хван и Мун Сынгю напились до беспамятства, начальник вдруг выдал то, в чем никогда не признался бы в трезвом уме. Заявил, что закроет автомастерскую и отправится в путешествие.

– А куда вы поедете?

– Это так важно?

– А разве нет?

– Да что ты, паршивец, можешь знать о жизни?

От каждого его слова тошнило. Ли Хвана так и подмывало спросить: «А что ты сам знаешь о ней?»

– Ну раз вы такой опытный, то поделитесь, что же самое важное?

– В путешествии главное – не куда ты едешь, а с кем ты едешь.

Начальник говорил громко, был в приподнятом настроении, но причиной тому стал не алкоголь. Выпивка лишь усилила его изначальное возбуждение, которое вылилось в такое разнузданное поведение.

– И вы готовы вот так просто порвать с Хёсон?

– Почему ты, паршивец этакий, постоянно говоришь о ней? Хёсон то, Хёсон се. Она тебе подружка, что ли? Хотя какая теперь разница. Можешь называть ее как душе угодно. У нас с ней все равно все кончено.

Ли Хван знал, что начальник собирается отправиться в путешествие с той взрослой женщиной. С матерью Хёсон. Он даже не представлял, как больно будет девушке от этого предательства, если она узнает. Алкоголь постепенно брал над телом власть, оно слушалось все хуже, а сознание становилось все более и более мутным. Ли Хван держался лишь за мысль о том, что эти двое чокнутых действительно собирались стать парой.

– Как у тебя дела с той твоей безответной любовью? – вдруг спросил босс.

– Планирую добиться ответа.

– Правильно, любовь нужно завоевать. Глянь на меня. Десять раз совался к ней, пока на одиннадцатый она наконец не согласилась. Слушай, Ли Хван, я скоро отправлюсь с любимой в путешествие, так что проверь мою машину перед отъездом.

В голове у Ли Хвана загудело, словно он залпом выпил целую бутылку крепленого