Мародеры на дорогах истории - Аполлон Григорьевич Кузьмин

class="p1">На это Аполлон Григорьевич усмехнулся: "Революционер!.. Удревнить…! Услужливый дурак хуже врага!". А далее пояснил, пусть ли по дурости, пусть ли по неведению, и не в корыстных целях (можно даже не обращать внимания на мелкий гешефт в виде гонораров), но вред от этих горе-историков — не малый. А уж от тех, у кого побольше власти, зависело, давать или не давать новохронологам "зеленый свет" на телевидении, чтобы в течение нескольких месяцев выплескивать все эти изыскания на многомиллионную телевизионную аудиторию (в тысячи раз превышающую читательскую).

Отвратительно, конечно, что все без исключения эти теории строятся на фальшивках ("Влесова книга"), подтасовках (весь фундамент "новой хронологии") или передергиваниях (неонорманизм). Но хуже другое — декларируя благие цели (чем дополнительно задурманивают мозги), они лишают русский народ его собственной истории — фундамента национального самосознания. Со всеми вытекающими отсюда последствиями…

Раздел IV.

Россия в оккультной мгле

Вальпургиева ночь духовной оппозиции[20]

Два государственных переворота за два года, превративши, великую страну в сырьевой придаток "золотого миллиарда" и в свалку отходов. И оба переворота — по одному сценарию: законспирированное меньшинство одерживает легкие победы над растерянным большинством, не желавшим ни разрушения Союза ни сокрушения представительных органов власти. (Похожий смерч после Рейкьявика и Мальты прокатился и по странам Восточной Европы.) И нынешняя Дума, согласившаяся распустить Комиссию по расследованию, похоже, уже не сможет поставить вопросы: как сработал механизм разрушения, кто конкретно повинен в гибели сотен и тысяч ни в чем не повинных людей. Остается уповать на "журналистское расследование".

Настораживает, что главные патриотические издания, по существу, обходят вопрос о механизме провоцирования, и многие важные факты опубликованы в газетах "той" стороны ("Московские новости", "Независимая газета"). Даже факты, рассеянные в зарубежных изданиях, не собраны и не проанализированы. А разобраться надо не только в том, как действовали западные спецслужбы (их почерк виден по всему миру), а в том, через кого они действовали, почему в "нужный" момент во главе оппозиции оказываются люди, явно не тянущие на роль лидеров и не заслуживающие доверия своей прошлой деятельностью. И тревожит стремление "героизировать" фактических виновников (а то и прямых пособников) происшедшей трагедии, закрепив за ними право "на вечные времена" возглавлять оппозицию. И закономерно падение интереса и, что важнее, уважения к этим изданиям у их традиционного читателя и почитателя.

Сейчас многие миллионы обманутых граждан беспокоит не поведение власти — с ней все ясно, а позиция оппозиции. Тревожные голоса раздавались и до "Черного октября" (Т. Глушкова, М. Антонов, Г. Шиманов и некоторые другие). Лейтмотив этих выступлений — многие лидеры оппозиции, критикуя власть, сами действуют в том же разрушительном направлении. И не понять, где по неразумению, а где по заданию.

Из последних публикаций самого серьезного внимания заслуживают брошюры Светланы Кравченко ("Балаган на крови", Киев, 1994) и А.И. Лебедя ("Спектакль назывался путч", Тирасполь, 1993). В брошюре С. Кравченко дан богатый материал, разъясняющий, почему нельзя доверять многим восседающим в президиумах "спасителям" России, "народным академикам", не имеющим никаких научных разработок, политикам, не способным просчитать ситуацию на два хода вперед, организациям, возникающим на деньги Борового и ему подобных. А перебежчикам — коих большинство — и вовсе трудно поверить.

Замалчивается патриотической прессой и книга А. Лебедя, изложение которой дано в "ЛР" еще осенью прошлого года (№ 34–35, 36). Когда А. Караулов в беседе с генералом откровенно уклонялся от обсуждения содержания публикации по существу (обложка ее присутствовала на телеэкране) — это понятно: власть будет покрывать тех, кто работал на нее от имени оппозиции. Но как могут восприниматься издания, уводящие от главного, истинными патриотами и просто добросовестными согражданами? А речь-то идет не о "стрелочниках": выявляется роль главных фигур вроде "министра обороны" В. Ачалова.

В "низах" давно поняли, что нужны новые лидеры и новые идеи взамен тупиковых и прямо разрушительных. Вопрос в том, где их искать. У С. Кравченко есть, пожалуй, одно спорное место: резонно критикуя "большие" газеты и журналы, она противопоставляет им малотиражки "русских националистов". В них действительно много ценной информации, которая "больших" пугает. Но мало указать на зло: надо предусмотреть, чтобы плохое не заменили худшим, как у нас и было в последнее семилетие.

В первом ряду имен, привлекающих ныне повышенное внимание, значится А. Баркашов, которого просионистская пресса полоскала (и полощет), дабы создать впечатление, будто России угрожает "русский" (а не антирусский) фашизм. И внешний повод как будто был (игры со свастикой, поиски "здравого" в арийском мистицизме и пр.). Тревога С. Кургиняна, указавшего на явно нерусский уклон "русских фашистов" у А. Дугина (отошлю и к своим статьям в "МГ" № 2 и 8, "ЛР", № 14 и 31, "Русский собор", № 7 — все 1993 год), разделялась многими из лагеря "видимой" оппозиции и в еще большей мере из пока "невидимой". Появление вооруженных "баркашовцев" в "Белом доме" вызвало истерику у наших "гуманистов", жаждавших как можно большей крови. Но и в самом "Белом доме" эта акция вызвала глубокий раскол в рядах "защитников Конституции". А за его пределами и вовсе было не понять, что соединило вроде бы крайних националистов с Хасбулатовым и Руцким, совсем недавно клеймившими "русских шовинистов" и "красно-коричневых".

А "баркашовцы" мужественно вели себя и в "Белом доме" и у Останкина, шли на смерть при явном неравенстве сил, заслужив добрую память нынешнего и будущего поколений. Филиппики против "фашистов" Вероники Куцылло ("Записки из Белого дома") явно тенденциозны, что особенно заметно на фоне попыток оправдания действительных фашистов — бейтаровцев и иже с ними. Но вопросы остаются. И главный сформулирован в 1917-м Вертинским: "Кто послал их на смерть недрожащей рукой?". Ведь очевидно, что в сценарии провокации этим дисциплинированным и честным ребятам отводилась не последняя роль. А угрозы А. Дугина "посчитаться" со всеми, кто не признает "баркашовский" "новый порядок" ("Завтра", № 18), лишь подчеркивают необходимость определиться: кто есть кто.

О том, что в дугинском "фашизме" нет ничего "русского", писали неоднократно. Оккультизм, немецкий нацизм (вплоть до прославления главного его идеолога — "мага", зоологического русофоба, сатаниста, гомосексуалиста Хаусхофера), сионизм. А критиковали его, между прочим, только из патриотического лагеря. И это в то время, когда "демократы" буквально задыхаются от собственных воплей о "русском фашизме"! Одного такого "союзника" было бы достаточно, чтобы поставить вопросы: а что там за кадром? А есть и другие загадки.

Прежде всего, что говорит сам А. Баркашов в интервью различным изданиям? В "Аль-Кодс" (№ 11), одной из набирающих силу газет, интервью