Кодекс - Дмитрий Павлович Орлов

Выходит разведка всё ещё продолжала работать, а значит и нашими услугами будут пользоваться те, кому они наиболее необходимы. Пилоты знали, кого они будут доставлять на дальний форпост. Но несмотря на это им трудно было не смотреть нам в глаза.

Мало того, что мы предвестники и все бродившие до этого момента слухи подтвердились. Так судя по взглядам пилотов ещё один слух уже зародился в их головах. Я абсолютно уверен, что вскоре, история про двух демонов, которых они доставили на дальнюю цитадель разнесётся по всему аналитическому отделу.

Секретность с проекта предвестник была снята практически недавно, но весть о нас уже успела распространиться. И я даже не сомневался в том, что теперь слухи будут сочиняться на тему сотрудничества аналитического отдела с потусторонними силами. Если говорить на чистоту, такого пристального внимания со стороны пилотов мы ещё никогда не испытывали.

Да чего уже говорить, я и сам долго не мог отвести взор от красных глаз Анастасии. Но я к этому вроде как должен был привыкнуть, а вот пилоты вообще никогда не видели ничего подобного. Наши глаза их видимо очень сильно интересовали и они долго не могли сосредоточиться на том, чтобы поднять машину в воздух.

Этот момент стал досаждать не только мне, но и Анастасии. Хотя её плохое настроение возможно как-то связанно с моей невнимательностью к её причёске, но это не точно. Наконец, когда Анастасии надоело ждать взлёта, она повернулась в кресле и посоветовала пилотам не затягивать с вылетом.

Когда она общалась с пилотами у неё автоматически запустился пронзительный взгляд и её мгновенно вспыхнувшие глаза, молниеносно ускорили процесс взлёта.

Глава 18

После убедительной просьбы Анастасии, вертолёт поднялся в воздух и начал набирать высоту. После того, когда пилоты вышли на нужный воздушный коридор, они взяли курс на самую дальнюю цитадель аналитического отдела. Пока мы находились над базой пилоты вели машину весьма аккуратно. Опасности здесь не было, а значит и пилотирование не должно быть в боевом режиме.

Продолжалось это не долго, и едва вертолёт пересёк защитную стену базы, пилоты опять начали набирать высоту. Заброшенные небоскрёбы окружавшие цитадель, теперь оказались не такими уже и небоскрёбами. Чем выше поднималась винтокрылая машина, тем меньше становились высотные здания мегаполиса. Спустя короткое время они превратились в небольшие точки на поверхности.

По правде говоря я пока ещё не привык к такому виду мегаполиса. Поэтому с интересом наблюдал за проносящимся внизу ландшафтом. Нулевой сектор кардинально отличался от стандартного мегаполиса. Здесь не было светящейся рекламы размерами с небоскрёбы. Всё, что я мог наблюдать с высоты, на которой сейчас летел вертолёт, это однообразная серая масса из остовов строений.

Здесь больше не было жизни и даже животные не смогли здесь закрепиться. Нули вырезали всё, что только могло подходить под описание живого объекта. Наконец набор высоты прекратился и пилоты сообщили, что они переходят на крейсерскую скорость. После этого нас вдавило в кресло, но давление длилось, буквально полминуты.

Земной ландшафт ускорил свой бег и я потерял к нему интерес. Вынув из кармана небольшой прозрачный контейнер с тремя капсулами, я принялся его разглядывать. Перед тем как покинуть кабинет Лидова, он вручил каждому из нас, по такому вот контейнеру. Размером он был не больше спичечного коробка. Внутри он хранил три капсулы синего цвета.

Как нам объяснил Лидов, у нас возможно появление энергетической недостаточности в организме. Расход энергии в боевом режиме может быть огромен, а значит, как и в случае с гоночным автомобилем нам необходимо пополнение топлива. В случае продолжения боя без дозаправки, мы можем просто умереть, так же как и любое живое существо, которого лишили пищи.

Разумеется перекусить во время боя дело довольно неблагодарное, да и автомат с едой вряд ли будет под рукой. Именно для этого случая и создан этот препарат. Амурова несколько лет потратила на его синтезирование, а что касается нашего случая, то он был многократно усилен.

Образно говоря в одной маленькой капсуле содержится энергия, для получения которой нам бы потребовалось усиленное питание в течение месяца. Энергии в капсуле содержится много, но главное её преимущество состоит в том, что она мгновенно усваивается. Из этого следует вывод, что просто так её принимать не рекомендуется.

Когда организм не находится в режиме экстремальных энергозатрат, приём всего лишь одной капсулы легко может ввести нас в кому. Разумеется меры предосторожности аналитический отдел тоже предусмотрел. Сигнал на использования энергетической капсулы будут давать кодексы.

В их задачу входит выбор оптимального времени, когда дозаправка организма будет оптимальна и не навредит нам. Я ещё некоторое время разглядывал капсулы внутри контейнера, а затем убрал его в карман. Хотя я и называл отсеки хранения в броне карманами, никого это, похоже, не смущало.

Я всю жизнь использовал обычную одежду и сейчас перебравшись в броню вряд ли начну называть отсеки отсеками. Для этого нужно время, да и я не сильно по этому поводу переживал, точнее говоря мне и окружающим было всё равно, как я это называю.

С другой стороны всем сразу становится понятно, что я в аналитическом отделе довольно недавно. В отличии от тех же агентов, которые родились и воспитывались внутри отдела. Я тоже здесь родился, но вот воспитание и моё становление как личности, происходило в нижнем мегаполисе. Жизненный опыт нельзя отменить по щелчку пальцев, это глупо и не безопасно.

Четыре часа сидеть и смотреть в иллюминатор для меня было вообще не вариантом. Мозг человека всегда заботится о сохранности организма в котором он находится. И когда он сталкивается с монотонностью происходящего вокруг, то, немедленно переходит в режим наибольшего энергосбережения. Разумеется это относится к тем случаям, когда человек находится в полной безопасности.

Сейчас я находился именно в этом положении. Хотя оно скорее всего продлится только четыре часа, ведь именно столько времени предполагалось для того, чтобы добраться до цитадели. Анастасия уже давно перешла в режим экономии энергии и переведя кресло в горизонтальное положение мирно посапывала ни о чём не переживая. Бросив последний взгляд в иллюминатор я последовал её примеру и откинувшись на спинку кресла, закрыл глаза.

Но едва я провалился в сон, как сразу же последовал сигнал тревоги от кодекса и мне пришлось срочно возвращать себя в реальность.

— Над цитаделью проходит грозовой фронт, — сообщила голограмма Дины. — Вместо четырёх часов нам потребуется все восемь, а возможно и больше.

— Зачем тогда нужно было меня будить, разбудила бы через восемь часов? — пробурчал