В поисках Олеговой Руси - Константин Анисимов

Примечания

1

Истинное отношение наших предков к Игорю хорошо показано в работах Л. Р. Прозорова (Озара Ворона) «Святослав Хоробре. Русский Бог Войны» и С. Э. Цветкова «Древняя Русь между язычеством и христианством». Весьма показательно, что два автора, придерживающихся диаметрально противоположных взглядов по самым разным вопросам, в данном случае проявили редкое единодушие.

2

На этом основании некоторые исследователи выдвинули закономерное предположение, что летописец смешал два болгарских Переяславля – Переяславец Дунайский и Великую Преславу, столицу Первого Болгарского царства.

3

Тут следует заметить, что чехи претендовали на русские области на Волыни. Восточной границей Пражской епископии анонсированы реки Буг и Свирь. На основе этого факта и геополитической обстановки в Европе А. В. Назаренко пришел к выводу, что после смерти Святослава его наследнику Ярополку пришлось вести войну против чехов на своих западных рубежах. Если факт прямого столкновения русских и чешских дружин остается под вопросом, то с тем, что на дипломатическом уровне русско-чешский конфликт имел место быть, вполне можно согласиться. Едва ли имело место крупное военное столкновение, так как противниками Ярополка были его братья и союзники Чехии – Олег Древлянский и Владимир Новгородский. Владения Олега отделяли Ярополка от западных окраин, подвергшихся чешской угрозе.

4

Вставку с пояснением того, какими бывают варяги, сделал киевский летописец XII века.

5

Немалую роль сыграло в этом представление о существовании многих единовременных русских анклавов, часто понимаемых как разноэтничные, в Европе того времени, исходящее как и из сообщения арабских источников о «трех группах русов», так и из открытых академиком А. Г. Кузьминым множества Русий, упоминаемых источниками в Центральной и Восточной Европе. Подобного тезиса придерживался еще один из отцов норманизма Шлецер, писавший о северных русах – норманнах и южных русах – роксоланах.

6

Сколько воинов привел с собой Свенгельд, остается лишь догадываться. Но едва ли их было больше нескольких сотен, максимум около 1000. Это позволяло ему сохранять положение при дворе Ярополка, у которого были свои воеводы. То, что Ярополк не остался без войска, показывают события его правления – победоносные войны с печенегами и древлянами, угроза с его стороны чехам, стремление заключить с ним союз со стороны Германии и Рима, а также Византии, верность союзу с Ярополком полоцких князей и бегство от него Владимира «за море».

7

До этого русы стремились не смешиваться с полянами и прочими славянами-данниками, и их святилище, несмотря на то, что в нем почитались те же Боги, что и во всех славянских землях от Волги до Одера и от Балтики до Средиземного моря, оставалось недоступным для совместных обрядов с покоренными народами. У полян в Киеве были свои древние святилища.

8

Л. Р. Прозоров (Озар Ворон). «Времена русских богатырей. По страницам былин – в глубь времён».

9

Именно в конце VI – начале VII века распалось объединение словенских племен Прикарпатья и Нижнего Подунавья, известное византийским хроникам как «Склавиния» и возглавляемое первыми известными славянскими правителями – «риксами склавинов».

10

С которых, собственно, и начиналась вся эта варяжская история!

11

С которых, собственно, и начиналась вся эта варяжская история!

12

М. Тихомиров относил ее создание к короткому периоду правления Святополка Окаянного, считавшегося сыном Ярополка Святославича.

13

Звягин в своей работе «Великий путь из варяг в греки» это блистательно доказал.

14

Исходя из того, что имя Игоря было искусственно присоединено к имени Олега Вещего, да и в НПЛ мл. извода Игорь действует вполне самостоятельно, говорить об исходе из Новгорода должно именно в отношении только потомка Рюрика, а не его «воспитателя».

15

Очевидно, эта легенда имеет в большей степени книжный характер и появилась в результате неправильно понятого выражения «по мсти», то есть «после мести».

16

Благодаря интригам своего дядьки по матери Добрыни князем новгородским стал незаконнорожденный Владимир, что впоследствии привело к самым неожиданным последствиям и предопределило всю дальнейшую историю Руси.

17

Описывающая участие скандинавских наемников в борьбе Ярослава Мудрого с Борисом Святым, Святополком Окаянным и Брячиславом Полоцким.

18

Тот факт, что Игорь был не единственным Рюриковичем, подтверждается договором этого правителя с Византией от 944 года. В договоре перечислены родственники и вассалы Игоря, в том числе сын – Святослав, жена – Ольга, два племянника Игорь и Акун, а также загадочная Сфандра, жена некоего Улеба, который, судя по положению своей супруги в списке, был сам чрезвычайно влиятельной персоной на Руси и приходился близким родственником правящей семьи. Наличие племянников предполагает наличие как минимум одного брата у Игоря, которым вполне мог быть этот Улеб.

19

Варяжский князь Шимон Африканович, изгнанный своим дядей Якуном Слепым (или Лепым), пришел на службу к Ярославу Мудрому с домочадцами, слугами и дружиной общей численностью в 3000 человек! Утратив титул князя, Шимон стал одним из самых влиятельных воевод Ярослава и воспитателем его сына Всеволода. Впоследствии сын Шимона Георгий станет воспитателем внука Всеволода Юрия Долгорукого и фактическим правителем Ростовской земли в годы малолетства Юрия.

20

Есть основания полагать, что Игорь Старый был не первым сыном в семье. В договоре 944 года Игорь-племянник занимает в списке князей очень высокое место, сразу за Игорем, Святославом и Ольгой. Уже за ним следуют другие родственники правящей семьи, в том числе Сфандра, жена Улеба, и второй племянник Акун, который занимает только 11 строку! Вероятно, Игорь-племянник был сыном старшего брата Игоря Старого, что может объяснить стол высокое положение его отца в иерархии. Однако этот брат умер, видимо, задолго до того, как Игорь Старый сел на русский престол. Этим старшим братом мог быть загадочный Улеб, супруга которого Сфандра также занимает достаточно высокое место в иерархии договора.

21

(Назаренко А. В. Gno suom genom «Знай свой род»: размышления историка на междисциплинарном пограничье (памяти О. Н. Трубачева) // Назаренко А. В. Древняя Русь и славяне (Древнейшие государства Восточной Европы. 2007 год). М., 2009. С. 370). Известие Никоновской летописи, как правильно отметил Назаренко, восходит к сербскому переводу «Истории» Иоанна Зонары, где говорится «Родь же нарицаемы роуси коумане соуштш» (Jacobs A. ΖΩΝΑΡΑΣ – ЗОНАРА. Die byzantinische Geschichte bei Ioannes Zonaras in slavischer Übersetzung (Slavishe Propyläen. Texte in Neu– und Nachdrücken. Hrsg. v. D. Tschizewskij in Zusammenarbeit mit D. Gerhardt, L. Müller, A. Rammelmeyer und L. Sadnik-Aitzetmüller. Bd. 98). München, 1970. P. 21117—18). В греческом оригинале тут следующий текст: «το δ’ έθνος των Ρως Σκυθικον ον» (Ioannis Zonarae Epitomae historiarum libri XVIII. Ex recensione M. Pinderi (Corpus scriptorum historiae Byzantinae. Editio emendatior et copiosior, concilio B. G. Niebuhrii C. F. Instituta, auctoritate Academiae Litterarum Regiae Borussicae continuata). Bonnae, 1897. T. 3. Libri XIII–XVIII. Edidit Th. Büttner-Wobst. P. 4045—6). Вообще, переводчик греческого текста регулярно заменял «скифов» на «куман»: «Пацинаци си рѣчь коумане» (ЗОНАРА. P. 2717—8) – οι Πατζινάκαι, Σκύθαι δ’ουτοι ώς έμπροσθεν ειρηται (Io. Zonarae 3. P. 5719—10).

22

Исключение составляет позиция Е. С. Галкиной, которая переводит «ал-Дира», как правителя ал-дайра, некоего религиозного центра славян. Такое прочтение мне кажется сомнительным.

23

Надо заметить, что это не единственная гипотеза. «Аванджу» отождествляют также с чешским князем Вацлавом, Венцеславом. Автор этих строк предполагал также, что «Аванджа» и упоминаемый выше у Масуди князь дулебов «Ванджслаф» одно лицо.

24

Владения фамилии Ройсов, ветви знатного немецкого рода, имя которой произошло от прозвища основателя династии Генриха Ройса – Русского, происхождение которого неясно, но, возможно, связано с пребыванием Генриха Ройса в Руси или его родством с русской знатью со стороны матери.

25

Согласно выводам А. В. Назаренко, Русарамарка, известная из грамоты Людовика Немецкого от 863 г., являлась одной из сельских общин региона (документ упоминает еще несколько таких общин – «марок»), а не маркой в общепринятом понимании этого средневекового понятия – военного пограничного округа, которым управляли герцоги или маркграфы. В данном случае речь идет о мелкой территориальной единице, сельской общине на территории Нижней Австрии во владении Альтхайского монастыря.