В поисках Олеговой Руси - Константин Анисимов

Аланисты, справедливо критикуя норманистов, сами недалеко от них ушли. Их гипотезы имеют еще более шаткое основание, нежели норманизм, так как основаны на искусственном удревнении данных мусульманских географов и необоснованном отождествлении Русского каганата IX века с Салтовской археологической культурой бассейна Дона и Северского Донца. Более того, как справедливо указал Лев Прозоров в одном из интернет-форумов: «Русь почитала иранских богов до 907, чтоб потом резко объявить «Богом своим» Перуна, а спустя восемь десятилетий вновь приткнуть к нему на вторых-шестых ролях пару возвращенных из отпуска иранских божеств? Иранская русь резко же и поголовно приняла славянские, германские, балтийские имена в 907 году, чтоб к 944 начать называть иранскими именами слуг и жен? Полное отсутствие у воинской элиты руси «после 840» года коронных военных навыков салтовцев – всадничества и строительства каменных крепостей – говорит только об одном – о том, что русь салтовцами никогда и не была».

Справедливости ради, несколько слов нужно сказать и о школе автохтонистов, главным столпом которой справедливо следует считать академика В. Седова. Он развил старые утверждения Грекова и Рыбакова о том, что русь – это приднепровское восточнославянское племя, потомки антов. Согласно построениям Седова, Русский каганат IX века – это территория Волынцевской арх. культуры. Однако мнение это опровергается источниками, которые единодушно утверждают, что русь – пришельцы с Запада, от которых приняли имя днепровские славяне. Этот же важный довод опровергает и гипотезы аланистов.

Главным достижением А. Г. Кузьмина я считаю тот безусловный факт, что он доказал тождество ругов – одного из героических европейских народов эпохи Великих Переселений – и летописной руси. Опуская пока вопрос об этнической природе этого народа (Кузьмин считал ругов «северными иллирийцами», большинство исследователей считает ругов восточно-германским племенем, есть мнение о славянской природе ругов), важнее сейчас определить путь его на Днепр. Традиционно считается, что русь пришла в Киев с берегов Балтики, Варяжского моря (киевский летописец помещал варягов-русь в окружении народов Балтики и Скандинавии), через Приильменье во главе со своими вождями Рюриком, Вещим Олегом и Игорем Рюриковичем. Утверждение это строится в первую очередь на том, что так написано в летописи. Во-вторых, русские князья считали себя потомками Рюрика (по крайней мере, с XII века). В-третьих, в те века якобы функционировал развитый торговый путь из Прибалтики в Византию по Волхову, Ильменю, Ловати и Днепру, который и служил дорогой русам.

С одной стороны, вроде бы все вполне логично и находит подтверждение в летописи, но не все так просто. Русь на Черном море упоминается в источниках задолго до так называемого призвания Рюрика и его братьев. Упоминается она не только в иностранных, но, что самое интересное, и в русских источниках! В новгородских летописях, в летописи, которой пользовался Ян Длугош, в Ипатьевской летописи и ряде других «русь» названа в числе тех, кто ПРИГЛАШАЛ на княжение Рюрика, Синеуса и Трувора. Рюрик назван в новгородских летописях князем не руси, а ВАРЯГОВ. Вопреки устаревшим утверждениям норманистов, варяги – это не синоним европейского понятия «викинги», то есть не название профессии, а именно этническое название. Русские летописи помещают Варяжскую землю и варягов на территории немецкой земли Мекленбург, где в древности обитал славянский народ ободритов. Среди ободритских племен особой известностью пользовались вагры или варины, главным городом которых был Старигард. Мекленбургские генеалогические предания помнят, что Рюрик и его братья были сыновьями старигардского князя Годлава, убитого в 808 году датским конунгом Годфридом. К слову сказать, норманисты так и не нашли в сагах ни одного шведского конунга с именем Рюрик. Отождествляют с ним датского викинга и графа Священной Римской империи Рорика Ютландца, но тот был достаточно известной в ту эпоху личностью, и едва ли приобретение им необъятных и богатых земель на востоке прошло бы незамеченным для германских хронистов. После завоевания ободритов немцами само имя варягов в летописях было заменено именем народа-завоевателя, и вот уже в XVI веке Иван Грозный говорил английскому послу, что он не русский, а немец, потому что предок его Рюрик вышел «из немец»!

Исследователи русской истории предпочитают игнорировать достижения своих коллег, особенно это касается норманистов, опять же. Так, почти сто лет назад выдающийся летописевед Шахматов, исследовав ПВЛ, пришел к ряду интереснейших выводов, которые по сей день еще никто не опроверг. Он пришел к выводу, что т. н. «варяжская легенда» была позднейшей вставкой в изначальный текст летописи, а так же что имена Олега Вещего и Игоря «Рюриковича» в легенде о захвате Олегом Киева были искусственно соединены. То есть первые десятилетия Киевской Руси выглядели далеко не так, как изображены они в ПВЛ! Особенно интересными эти выводы кажутся в связи с тем, что, к примеру, Новгородская Первая летопись младшего извода выводит Олега не из варяжского Новгорода-на-Ильмене, а из-под Угорских гор, то есть из Прикарпатья! При этом археологические исследования Киевщины показали, что культура киевских русов особенно близка была Подунавью и Болгарии! Тесные родственные связи связывали Киевскую Русь с Моравией и Чехией и много позднее. Лишь со времен Ярослава «Мудрого» происходит перелом в сторону скандинавов, и связано это, несомненно, с тем, что сам Ярослав был женат на шведской принцессе, а Моравия и Чехия были отрезаны от Киева усиливающейся Венгрией. Именно в Чехии популярностью пользовались такие родные нам имена Олег/Volek и Ольга/Olha, что позволяет забыть и о скандинавских Хельгах, и об иранских Халегах.

Журналист Ю. Звягин, автор исследования «Путь из варяг в греки. Тысячелетняя загадка истории», собрал множество фактов, которые позволяют развеять миф о «пути из варяг в греки» сквозь Восточную Европу. Однако и эта работа осталась проигнорирована «профессиональными историками», а скандинавские/балтославянские караваны (в зависимости от того, какой позиции придерживается исследователь) продолжают гулять по восточноевропейской равнине.

Примеров таких еще много. О какой науке же можно говорить с таким подходом к научным данным?

Русские летописцы именно в Олеге Вещем, а не в Рюрике, предке русских князей, видели краеугольный камень русской истории. Именно он почитался основателем Киевского государства, с его правления летописец начинал русскую историю. В этой книге я попытался привести свои доводы в пользу того, что Олег пришел с русами в Киев вовсе не из Прибалтики, а с Запада, из Подунавья и Прикарпатья. Но при этом, безусловно, были у русов и связи с Прибалтикой, откуда происходил род Рюриковичей и где берет начало история самих русов! Объяснить все эти связи и есть моя задача как историка.

Задолго до «призвания варягов» и появления Олега Вещего в Киеве, в 839 году, загадочных послов Русского кагана принимал в своем дворце в Игельгейме император франков Людовик Первый, сын Карла Великого. Событие это наделало немало шума при дворе и попало на страницы придворной хроники – Бертинских анналов. 839 год – это первая достоверная дата, принимаемая всеми исследователями, в истории государства, именуемого источниками «Русский каганат». Логично было именно ее поставить в основу этого исследования, целью которого является восстановить историю этноса русов, создавших Русский каганат, и ответить на вопросы:

1. Кто были русы, создавшие его?

2. Как создали каганат?

3. Где он располагался?

4. Как и когда пришли в эти земли?

5. Что с ними произошло до этого?

6. Наконец, что стало с ними после?

В этой работе я постарался по возможности ответить на эти вопросы и пришел к выводу, что Русь, русы на Днепре не были напрямую связаны с Рюриком и его варягами. Это позволило мне по-новому посмотреть и на загадки, которые оставил нам летописец: «откуда есть пошла Русская земля» (кто, когда и как создал то государство, историю которого нам сохранила ПВЛ и которое мы знаем под ученым названием «Киевская Русь»), откуда появился правящий ею род Рюриковичей и имел ли он отношение к созданию Русского каганата и Киевской Руси.

Примечания

1

Истинное отношение наших предков к Игорю хорошо показано в работах Л. Р. Прозорова (Озара Ворона) «Святослав Хоробре. Русский Бог Войны» и С. Э. Цветкова «Древняя Русь между язычеством и христианством». Весьма показательно, что два автора, придерживающихся диаметрально противоположных взглядов по самым разным вопросам, в данном случае проявили редкое единодушие.

2

На этом основании некоторые исследователи выдвинули закономерное предположение, что летописец смешал два болгарских Переяславля – Переяславец Дунайский и Великую Преславу, столицу Первого Болгарского царства.