Современный курс практической психологии, или Как добиваться успеха - Виктор Шапарь

В-четвертых, в условиях городской среды к зрительному загрязнению приходится приплюсовать и загрязнение шумовое. На оживленных городских магистралях пешеходов преследует транспортный шум (впрочем, отчасти он затрагивает и водителей, и пассажиров). А ведь подсознательно мы ориентированы на то, чтобы улавливать любые внезапные звуки, обращать на них внимание, локализовать их источник в пространстве – это также одна из безусловно-рефлекторных программ избежания возможной опасности, связанных с инстинктом самосохранения. Подобное звуковое вторжение в личное пространство, нарушающее наше спокойствие, не обязательно бывает громким – для возникновения раздражения или иного дискомфорта уже достаточно фактора внезапности. Достаточно, чтобы звук был неожиданным и мог играть роль сигнала, предупреждающего о потенциальной опасности, даже если эта опасность не касается нас лично. Будь то скрип тормозов на проезжей части, или сирена «скорой помощи», или срабатывание автомобильной сигнализации во дворе под окнами вашего дома. Или, тем паче, когда вы только что собрались подремать – внезапный шум за стеной непонятно-где-и-на-каком этаже многоквартирного дома. И совершенно не обязательно, чтобы соседи надумали в неурочное время что-то сверлить, прибивать или передвигать мебель. Это может быть и банальный бытовой шум, источником которого оказывается мусоропровод или двери лифта.

А может быть, это чужие голоса, например детские: обычный плач ребенка, который не может оставить равнодушным любого психически здорового взрослого человека. Даже если это плачет чужой ребенок и наше вмешательство не только нецелесообразно, но и невозможно, наши безусловные рефлексы, настроенные на определенные звуковые частоты, заставляют нас испытывать определенный эмоциональный отклик.

Или, быть может, это голоса взрослых людей, передающие негативные эмоции (ваши соседи решили выяснять отношения и, увлекшись этим делом, перешли к словесной перепалке на повышенных тонах). Ваш сон может быть безнадежно испорчен.

Кроме того, к факторам неестественности обитания в современном городе относится и тепловое загрязнение. Из-за стремления находиться в среде с комфортной температурой возникает детренированность механизмов терморегуляции.

Стоит нам оказаться в некомфортных условиях, как летом мы изнываем от зноя, зимой дрожим от холода, но главное – кратковременные перепады температуры воздуха при перемещениях из транспорта на открытый воздух, потом в помещение и обратно, или промокшие ноги, или незначительный сквозняк, порой чуть ли не малейшее дуновение ветерка ввергает нас в болезнь. К тому же искусственный микроклимат, кондиционирование воздуха неблагоприятно сказываются на процессах естественного рефлекторного очищения бронхов. Могут возникать спазм бронхов (вплоть до астматических приступов) и аллергия на холод. У людей, которые жалуются на зябкость, может снижаться тонус периферических сосудов; у многих больных сахарным диабетом отмечается ухудшение самочувствия в холодную погоду; у людей, страдающих сезонной депрессией и поздней осенью будто впадающих в спячку (вместе со снижением настроения заметно снижается и физическая, и умственная работоспособность, наваливается сонливость), отмечаются жалобы на непереносимость холода. Наконец, описанные механизмы рассогласования внутреннего состояния организма с состоянием внешней среды приводят многих людей к метеочувствительности – резким колебаниям самочувствия при изменении погодных условий. А это, в свою очередь, становится предвестником заболеваний, в частности сердечно-сосудистых.

Наконец, к стрессам, связанным с физическим загрязнением среды обитания, приводят еще и электромагнитное загрязнение, и, конечно, загрязнение химическое.

Но это далеко не все. Оказывается, существует и так называемый пищевой стресс. Да, именно так: наша обычная пища, точнее, процесс ее потребления, становится источником стресса – на этот раз пищевого. И хотя стресс именуется пищевым, возникает он не пассивно, а активно: виновата не пища, а мы сами. Возможно, для многих людей это самый приятный стресс повседневной жизни, но он, тем не менее, приводит к весьма серьезным последствиям для организма. Это последствия переедания, которые наблюдаются внешне. Возникает противоречие в противостоянии стремления к получению удовольствия здесь и сейчас (связанного с пищевым инстинктом) с одной стороны, и других мотивов, связанных с сохранением здоровой внешности и привлекательной фигуры, – с другой. Кроме проблемы лишнего веса переедание также прокладывает дорогу многочисленным болезням – здесь и атеросклероз, и диабет, и заболевания суставов, и собственно пищеварительной системы. Таким образом, здесь мы сталкиваемся как с физиологическим стрессом, так и с собственно психологическим.

Все, о чем было сказано выше, относится к стрессам, связанным с бытом и питанием. Но человек жив не хлебом единым. Еще древние римляне требовали хлеба и зрелищ. Мы же живем в век информационных технологий. В каждом доме стоит по два (а то и больше) телевизора, в машинах у нас постоянно работает радио, даже в метро стоят экраны с рекламой. И эта сторона нашей обыденной жизни также связана со стрессом – информационным. В последнее время психологи стали называть средства массовой информации (СМИ) средствами массированной или манипулятивной информации. Эта информация навязывается человеку, который воспринимает ее часто пассивно или даже помимо собственной воли следующим образом.

В сознание читателей или слушателей информация внедряется с помощью скрытых психотехнологий, использующих приемы суггестивного речевого воздействия.

Она навязывается и закрепляется за счет многократного повторения согласно известным правилам формирования условного рефлекса – например, повторение в одном и том же СМИ, особенно эфирном, с небольшими вариациями. Или муссируется в разных СМИ, переписывающих новости друг у друга либо берущих их в одних информационных агентствах. Также информация дублируется по разным каналам: печатные и эфирные СМИ, Интернет, наружная реклама.

Информация может навязываться с помощью технологии информационной подмены или несоответствия рекламной оболочки сообщения (заголовка, анонса, интернет-ссылки) и его реального информационного наполнения.

И наконец, информация навязывается за счет прямой апелляции к человеческим инстинктам (страх, агрессия и т. п.), «жареных» фактов и псевдосенсаций, мистификаций или банальной лжи.

Результат известен: лавинообразный поток информации, который обрушивается на человека, несет с собой информационный стресс. В свою очередь, последний может перерастать в информационный невроз. Итог достаточно печальный. Вот только является ли он также неизбежным, неотъемлемым следствием современного образа жизни? Или его можно избежать?

Как показано в многочисленных исследованиях, информационный невроз у человека возникает, когда ему приходится быстро и ответственно перерабатывать много информации. При этом фактор ответственности, связанный со значимостью информации и высокой ценой ошибки, отражает состояние мобилизации, или психической напряженности. Он является ситуационно обусловленным, а значит, его можно избежать. А вот два других фактора, связанные с объемом воспринимаемой информации и скоростью ее анализа, неспецифические. Они-то как раз и связаны с неизбежными тяготами жизни современного общества, недаром называемого информационным. Ведь, по сути, они отражают ограниченную пропускную способность сознательной переработки информации, не соответствующую требованиям, которые предъявляет к человеку современный образ жизни. Нужно подчеркнуть, однако, что человеческий мозг может перерабатывать информации и на два порядка больше – если только она представлена не в словесной или цифровой форме. Не на безжизненном языке сухих цифр и пустых слов, а на живом языке телесных ощущений, ярких образов, запахов – словом, естественном языке жизни, предназначенном для общения с природой. Том самом языке, для которого наш мозг изначально и был предназначен, как и мозг других детей природы – братьев наших меньших, и отшлифован в процессе длительной эволюции. Сугубо человеческие же способности, связанные с речью и абстрактным мышлением, являются свежеприобретенными, эволюционно молодыми и потому недостаточно совершенными с точки зрения эффективности использования ресурсов мозга, его коэффициента полезного действия.

И наконец, последний вид стресса – это стресс общения. Да, инстинктивная потребность в общении является одной из важнейших движущих сил человеческой психики. Она сопровождает человека еще до рождения (мама ведь говорит со своим еще не родившимся ребенком) до последних дней. Просто эта потребность с нашим развитием меняет формы. И когда она перестает удовлетворяться, возникает стресс.