Иной мир. Начало - Никита Эдуардович Шарипов

четверо подтянутых офицеров в чистых и выглаженных гимнастерках ожидали машину у парадной дома Егорова. Оказывается, до наступления комендантского часа на улице достаточно много прохожих и совсем немалая их часть состояла из ставших казаться невероятно симпатичными девушек. Любвеобильный Стасюк развлекался тем, что подмигивал проходящим мимо красавицам и громко восхищался их внешностью, загоняя большинство в краску.

Только сейчас до Егорова дошло, что, отправляясь на ту сторону, он отсекает даже шанс на создание нормальной семьи. Не будет свиданий и прогулок по паркам Москвы, ни мороженного, ни походов в кино. Из рассказов Росса он знал, что на ту сторону попало немало народу помимо немцев и среди них наверняка были женщины. Оставалось лишь найти свою возлюбленную. Эта мысль одновременно и огорчала и веселила Юру.

– Товарищи офицеры, прошу внутрь, – из остановившегося автобуса выглянуло хмурое лицо Кравцова. – Стасюк, ты опять за своё? Я же тебе обещал ещё давно, что если будешь проказничать, то хозяйство твоё с корнем выдерну!

– Так это когда было, товарищ полковник, – оскалился в ответ Игорь. – Война уже закончилась!

– Не у тебя, – буркнул Кравцов и жестом приказал поторопиться. – Давайте быстрее, а то и так опаздываем.

В автобусе Егорова ожидал сюрприз. Стоило ему зайти внутрь, как в его сторону полетели слова приветствия на смеси из итальянских, английских и русских слов. Старик Энтони, о котором все благополучно забыли, когда приехал одним поездом с Россом, все эти дни просидел под присмотром Кравцова и теперь направлялся в тот же самый тренировочный комплекс, в который их вёз командир.

– Вы с Михаилом мне голову фрица должны, не забыл, Юра? – шутливо грозил пальцем итальянец, пока ехал автобус. – И уж я себе выберу самого породистого.

Юморной старик пришелся по душе сослуживцам Егорова. Он быстро влился в компанию и ребята даже успели перекинуться в картишки пару партий, но потом автобус съехал на проселочную дорогу и стало уже не до веселья. Разбитая тяжелыми грузовиками и размытая недавними дождями колея нещадно трясла непривычную к бездорожью городскую технику. В итоге пришлось пару раз выходить и толкать автобус.

Когда долгий путь подошел к концу, была глубокая ночь. Автобус вынырнул из очередных зарослей на просторную поляну и тут же попал в перекрестие световых лучей от прожекторов на караульных вышках, которые плотно облепили высокий забор учебного центра.

Предусмотрительно остановив автобус, Кравцов вышел на улицу и долго разговаривал с подошедшей группой солдат. О чём был разговор Егорову не удалось понять, с трудом доносившиеся голоса заглушал постоянный лай сторожевых овчарок и отрывистые сигналы тревоги, раздающиеся из рупоров на территории центра.

– Ну всё, едем, – устало скомандовал Кравцов, вернувшись на место.

Спустя ещё десять минут автобус остановился около неприметного двухэтажного здания, скрывающегося в тени сосновой рощи. Встречал их молодой капитан с повязкой дежурного. Невнятно представившись, он раздал короткие распоряжения дневальным и Егоров оказался в небольшом кубрике с двумя кроватями, тумбочкой и письменным столом.

– Подъём в шесть утра, построение перед зданием казармы в шесть тридцать, – сказал напоследок дневальный и вышел из комнаты.

Дверь не успела закрыться, как в комнату ввалился Энтони, пыхтя под тяжестью двух увесистых чемоданов. Вполголоса матерясь на смеси итальянского и английского, он кинул поклажу около шкафа и с облегчённым вздохом уселся на кровать.

– Я смотрю ты налегке, мой друг, – кивнул старик головой в сторону небольшого чемоданчика Юры. – Думаешь, тебе вещей хватит?

– На тот свет без багажа принимают, – улыбнулся в ответ капитан и задал встречный вопрос. – Ты-то когда успел так прибарахлиться?

– Благодаря Ивану Петровичу, – довольно улыбнулся итальянец. – Встретил меня как родного. Когда я приехал в Москву, он приставил ко мне солдата с бездонным кошельком и два дня я гулял по столице.

– И угрохал два дня на магазины?

– Обижаешь! – насупился Энтони, – Я в Мавзолее был, в Тре… Три… Тиреять…

– Третьяковке?

– Ага! Очень сложное слово для старика! А еще в оружейной палате был. Палата… смешное слово…

– Ладно, – взглянув на наручные часы, Юра прикинул время. До подъема оставалось всего пять часов. – Давай-ка, дружище, ложиться спать. Поболтать у нас время ещё будет. Ты-то в автобусе успел поспать, я видел.

– Да разве это сон для старика? – насупился итальянец и похлопал шершавой ладонью по матрасу. – Трясет, шумно и душно! Вот уж здесь только душу отведу…

Не тратя больше время на разговоры, друзья улеглись спать и тут же провалились в глубокий омут сновидений.

Глава 32

Москва и область, стоящие на ушах после случившегося в бункере, продолжали гудеть как сбитый с ветки пчелиный улей и успокоиться обещали ещё не скоро. Повсюду были выставлены блокпосты, а с соседних областей стянуты дополнительные силы, поэтому без ведома военных не бегали даже крысы в подвалах. Росса всё это лишь веселило, потому что он знал, что данный процесс всего лишь видимость. Тем не менее, Михаил не мог не восхититься влиянием Берии. Лаврентий Павлович, уговорив Сталина на принятие столь рессурсозатратного решения, коим является изоляция Московской области, поступил правильно. Тайная организация, которой пока что даже имени не дали, наверняка навострила уши и сейчас пристально следит за происходящим. Не вызвать подозрения раньше времени – вот что поставил на первое место бывший нарком. И, чему не стоит удивляться, он просто идеально справился с этой задачей. Всё МГБ, совместно с армией, пытается выловить всех агентов английской разведки и делает это очень “упорно”. Можно не сомневаться, что, когда всё успокоится, так и не будет поймано ни одного шпиона.

Двое суток безделья прошли в Штабе Московского Военного округа. Покидать территорию Михаилу запретили и о происходящем снаружи он узнавал из бесед с бойцами, которые огромным количеством прибывали в Штаб практически каждую минуту. И с таким же временным промежутком убывали из него. Увы, но собирать информацию о происходящем в области Россу надоело довольно быстро и он решил, что пора бы найти себе занятие поинтереснее. И оно было найдено. Вот только всё пошло совсем не так, как Михаил планировал. Искал одно, а нашёл совершенно другое…

* * *

Она сидела в библиотеке Штаба и, покусывая карандаш, с очень серьёзным лицом читала медицинский справочник, изредка делая записи в толстой тетради. Михаил, пытаясь найти среди множества литературы что-то интересное, буквально впал в ступор, когда наткнулся на неё, сидящую между полок с книгами за потрёпанной партой.

Первые двадцать секунд он просто стоял и смотрел, боясь пошевелиться. Его сердце, без ведома хозяина, забилось быстрее, а в голове появился какой-то приятный и неподдающийся контролю шум. Ранее не испытывая ничего подобного, Росс был сильно удивлён непонятному поведению своего тела. Но, как человек, который привык находить всему логическое объяснение, он всё же сумел вернуть себе самообладание. А после тут же нашёл ответ – во