Звёздный десант - Коллектив авторов

семь столов, десять стульев, пластиковых – есть. Битьё бутылок, в том числе и на барной стойке, – он махнул рукой себе за спину, туда, где на полочках были расставлены разнокалиберные и разноцветные бутылки, частично заполненные какими-то жидкостями, подозреваю – очень далёкими от этикеток.

– Битьё бутылок – есть. Зеркало. Две штуки – есть. А вот стрельбы, кровищи на полу и трупов – нет. Вот скажите мне, уважаемый мэтр. – он положил пачку бумаг на стойку и звучно припечатал её ладонью.

– Скажите – кто будет кровищу с пола оттирать? Вы? Сомневаюсь! А стрельба? Стрельба? Это же дырки в стенках, панели стеновые, опять же – менять надо будет. И стены – штукатурить. Нет. Не согласен.

– Сколько? – режиссёр величаво кивнул.

– Ну…, – бармен уставился на потолок и начал шевелить губами.

Минута, другая… В конце концов мэтру это надоело и он решительно произнёс.

– Пятнадцать процентов к сумме. Идёт?

– Тридцать!

– Семнадцать!

Торговались они не долго, да и торгом – в высоком смысле этого слова назвать было сложно – так, перекидывались цифрами, пока не сошлись примерно на середине – двадцати процентах к сумме контракта. Несмотря на достигнутый консенсус обе стороны выглядели недовольными. Мэтр – по причине дополнительных трат, бармен – от того, что не смог срубить больше.

– Скажите, мэтр, – я осторожно взял его под локоть.

– А вот без затаптывания и агонии, можно? Просто умереть?

– Нет.

Я вздохнул. Ладно. Потерпим – ради искусства и груза сигар.

– Все готовы? – мэтр нетерпеливо захлопал в ладоши, разгоняя свиту по местам.

– Приготовились.

Я вздохнул и улёгся на спину в указанное мне место.

– Мотор! Начали!

Вокруг меня ожили и продолжили свою драку дроиды – будто их и не останавливали. Пару раз мне пришлось перекатиться с места на место – казалось, что машины, изображавшие жаркую схватку в кабаке, двигались не обращая никакого внимания на меня, только слегка притормаживая, обозначая место пинка ногой – ровно столько, что бы мне хватало времени откатиться в сторону. Подозреваю, что после соответствующей обработки, на экране то етсь, я буду проявлять чудеса ловкости, уворачиваясь от града пинков.

– Киллер! Пошёл! – услышал я крик режиссёра и постарался развернуться на спине так, что бы оказаться лицом к входной двери.

Охранник оказался силён – парочка дроидов, разделявших нас, пушинками разлетелись в стороны под его ударами. Один из них, сделав красивый пируэт, влетел в уже знакомую мне парочку – рыжего и барабанщика, отчего вся троица, кучей малой, рухнула на стойку бара. К моему удивлению стойка устояла.

– Ты! – взревел охранник, указывая и одновременно грозя мне кулаком. Далее последовала длинная не совсем цензурная тирада, впрочем среднего качества – описывая мои сексуальные предпочтения он повторился как минимум два раза.

Но, надо признать – его появление было эффектным. Да таким, что я резво заработал ногами, стремясь отползти по дальше, благо дроиды в этот момент расступились, освобождая для нас небольшой пятачок, примерно два на два метра.

– Я! Тебя! – он прыжком сократил дистанцию между нами до метра и выхватил пистолет. Достаточно устрашающего вида, кстати. С кучей навесного оборудования. Вроде даже с фонариком.

– Убьююююю!!!! Мне твой брат заплатил!

Бух!.. Дзиньк! – пуля расколола керамическую плитку на полу в полуметре от меня.

Перекат.

Бух! – слева на меня, я едва успеваю полу-отползти, полу-отскочить, валится, разбрызгивая фонтаны красной жидкости дроид. И хорошо так льётся! Моё левое плечо о бок покрываются липкой красной жидкостью. А стирать кому? Мне?

– Сука! – я выхватываю свой револьвер и, взведя курок палю в охранника.

Мимо! В смысле – в него я не попал. Зато попал в аквариум, который, наверное вследствии гидродинамического удара, просто взорвался, окатив дравшихся рядом дроидов водой с рыбками.

– Вторая! Рыбку – крупно! Крупно, я сказал. Третья – парочку держать! Первая, вторая и пятая – панораму! – услышал я вопль вошедшего в творческий раж режиссёра. Он что-то ещё орал, но мне было не до него – мой убийца приближался, готовясь выстрелить, и я ужом завертелся по скользкому и липкому полу, пытаясь найти точку опоры для более точного выстрела.

Бух! Бух! – мы выстрелили практически одновременно – и, что примечательно, оба попали.

Он – в меня – по моему правому плечу будто огрели дубиной. Рука сразу онемела и удерживать пистолет сразу стало сложно. Моя же пуля угодила ему в ногу, отчего охранник сразу потерял равновесие и грохнулся на пол, едва успев выставить перед собой руки.

С трудом удерживая револьвер обоими руками я навёл широко гуляющий ствол на него и нажал на спуск.

Ничего!

Чёрт! Я же не взвёл курок!

И тут я пожалел, что у меня не автоматический пистолет. Силы стремительно таяли и взвести курок я смог с огромным напряжением, потратив на это, в общем-то простое действие все оставшиеся силы. Но и охраннику было не легче – наверное мой выстрел перебил артерию – пространство вокруг него быстро заполнялось кровью и его пистолет гулял едва ли не больше моего.

Бух!

Что-то сильно бьёт меня в грудь, отбрасывая меня на спину и я, в последний момент, успеваю выжать спуск. Револьвер слабо вздрагивает в моих руках и я валюсь в лужу крови. Свет начинает темнеть и последнее, что я различаю – перемазанный кровью высокий шнурованный ботинок, приближающийся к моему лицу.

Я открыл глаза. Судя по окружению я был в обычном медицинском центре Станции, в палате воскрешения погибших. Боль продолжала накатываться волнами – особенно болело правое плечо и, почему-то лицо. Я попытался поднести руку к лицу, но что-то укололо меня в шею и я снова провалился в забытье.

– Как вы себя чувствуете? – раздался, вырывая меня из дрёмы, приятный женский голос. Чувствовал я себя хреново, о чём тут же и постарался сообщить невидимой мне девушке, но издать смог только нечленораздельный хрип. Что делать – при воскрешении так всегда. Тело-то новое, с иголочки, а вот разум, сознание, удерживающее в себе последние моменты перед смертью, не сразу понимает что всё уже нормально Фантомные боли или как-то так. Минут пять полежать и всё придёт в норму.

– Давайте я помогу вам сесть, – неожиданно, в нарушение всех медицинских норм – мне отлежатся надо же, предложила девушка и, не дожидаясь моей реакции довольно жёстко привела меня в сидячее положение, просто потянув меня за левое плечо. Стараясь сохранить равновесие я схватился правой рукой за её ладонь, крепко державшую мой плечо и попытался сфокусировать взгляд. Получилось плохо – что-то мутное, белое с розовым пятном, окаймлённым золотистым ореолом