Warhammer 40000: Ересь Хоруса. Омнибус. Том I - Френч Джон

— Ты мне больше не брат! — бросил он и выскочил из комнаты.

Скраал, слегка усмехнувшись, последовал за ним.

— Все обошлось, — с облегчением вздохнул Антиг.

Ему совсем не нравилась перспектива схватиться с одним из сынов Ангрона, да и смотреть, как его брат-капитан дерется врукопашную с Бриннгаром, тоже не хотелось.

— Сарказм тебе не к лицу, Антиг, — мрачно заметил Цест.

Бриннгар был ему другом. Они не раз сражались вместе в многочисленных кампаниях. Он был обязан жизнью старому Волку, и у Антига тоже накопилось немало подобных долгов. Но Цест пренебрег его мнением и тем самым запятнал его достоинство. Но как он мог отказаться от Мхотепа, не имея веских доказательств его вины? В душе капитан признавал, что на его решение повлияло видение Макрейджа, явившееся ему в пламени реактора.

— Я тебе благодарен, Цест, — произнес Мхотеп, поправляя одежду после столкновения с Бриннгаром.

— Можешь не благодарить, — бросил Ультрамарин, злясь еще и на себя за неуместные сомнения. Его взгляд, брошенный на Мхотепа, не предвещал ничего хорошего. — Твое дело не закончено, и я не удовлетворен твоим объяснением происшествия в доке. До самого выхода из варпа ты останешься в своей каюте, а у меня будет достаточно времени, чтобы принять дальнейшие решения. Антиг, — продолжил Цест, — пусть адмирал Каминска пришлет нового офицера дозора и отряд охранников, чтобы проводить Мхотепа в его каюту.

Антиг коротко кивнул и поспешил на капитанский мостик.

— Я легко могу справиться с этим отрядом и не подчиниться приказу, — сказал Мхотеп, продолжая смотреть в глаза Цеста.

— Можешь, — согласился тот. — Но ты этого не сделаешь.

— Ни в коем случае нельзя считать, — вещал Задкиил, — что варп лишен воображения.

Перед адмиралом Задкиилом, покинувшим личные покои ради корабельной кафедры, ряд за рядом стояли Несущие Слово. Их собрание в этом сводчатом зале перекликалось с его воспоминаниями о торжествах по поводу запуска корабля с Туле. И то и другое зрелище наполняло сердце Задкиила ощущением собственного могущества.

В зале собрались воины Седьмой роты Рожденных Пером — одного из многих Орденов, образующих Легион Несущих Слово. Согласно Слову Лоргара каждый Орден имел свои традиции и свое предназначение. Рожденные Пером были так названы в силу своего происхождения в лабораториях и апотекарионах Колхиды. Они были вписаны в существование, родившись как слоги Слова. Рожденные Пером были специализированным десантным отрядом, предназначенным для сражений между кораблями. В тесных лабиринтах любого космического судна они чувствовали себя как дома. Во главе отряда стоял штурм-капитан Баэлан, действующий командир подразделения, хотя верховным лордом был Задкиил.

— Их подстерег призрак одного из собственных кораблей, — с растущим энтузиазмом продолжал Задкиил. — Нам было обещано, что в варпе мы обретем союзников. И судьба наших преследователей с «Огненного клинка» доказала, что обещание не было напрасным.

Баэлан выступил вперед.

— Кто услышит Слово? — громко воскликнул он.

Все сто Несущих Слово в единодушном порыве подняли оружие и отсалютовали.

— Они пойдут за нами до самого Макрейджа, — продолжал штурм-капитан, и его воинственность составила странный контраст с властной уверенностью Задкиила. — И поэтому они тоже погибнут! Варп, возможно, направит их к нам в самом конце, чтобы они увидели, как мы расправляемся со слепцами в реальном пространстве!

Несущие Слово разразились оживленными возгласами. Среди толпы Задкиил отыскал Ултиса и при виде новобранца ощутил странное смятение.

«Его судьба уже записана», — подумал Задкиил.

— Варп для нас пока еще незнакомое место, — снова заговорил он. — И хотя бояться нам нечего, поскольку Лоргар знает его, как никто другой, вам может показаться, что ваш разум похищен. Вас могут преследовать таинственные явления. Возможно, вы увидите их ясно как днем. Таковы особенности варпа. Во всех случаях помните Слово Лоргара, и оно вернет ваше здравомыслие. Забудете Слово — и ваш разум может быть унесен течениями, в которых очень легко затеряться. Не допускайте ошибок, варп их не прощает. Слово, одно только Слово способно помочь нам странствовать в этом океане. В скором времени нас ожидает стоянка в доке. Повреждения, полученные в предыдущей битве, оказались серьезнее, чем мы думали. Пункт нашего следующего назначения — промежуточная станция на Бакка Триумвероне.

Задкиил не стал им рассказывать о том, что его самоуверенность стала причиной повреждения корабля и вынужденной стоянки. Случайное попадание лазерного луча «Убывающей луны» отрезало команду механиков «Яростной бездны» от запасов жидкого топлива, а также вывело из строя главную систему охлаждения. Они не могли продолжать путь без основательного ремонта, и добраться до склада тоже было необходимо. Все это возможно сделать только в доке.

— Оттуда мы сразу отправимся к Макрейджу, — заявил Задкиил. — И тогда будет завершена подготовка нашего Ордена Слова. Возвращайтесь к своим обязанностям, Несущие Слово. Вы свободны.

Несущие Слово стали покидать зал, и многие отправились прямиком в молельни.

Баэлан подошел к кафедре, где еще стоял Задкиил.

— Мы еще не скоро доберемся до Бакки, — сказал он. — Каковы будут твои приказания хору астропатов?

— Мне необходимо установить контакт с моим повелителем, Кор Фаэроном, — сказал Задкиил. — И известить его о нашем успехе.

— А как дела с Всориком? — не без внутреннего содрогания спросил Баэлан.

— Он взбудоражен, — ответил Задкиил. — Нам осталось только скрепить договор с Эмпиреем кровью, и он начнет действовать.

— Эти псы Императора очень упрямы, мой лорд.

— Тогда мы от них отделаемся, — заверил его Задкиил. — Но пока надо подождать. Если мы потребуем от Эмпирея слишком многого, могут возникнуть недоразумения.

— Как прикажешь, мой лорд.

Баэлан слегка поклонился, но сделал это с явной неохотой.

— Доверь мне выполнять свой долг перед Словом, как я доверяю тебе, Баэлан, — сказал Задкиил.

— Слушаюсь, адмирал, — откликнулся штурм-капитан.

Баэлан отдал честь и отправился в машинное отделение.

Задкиил, глубоко задумавшись, еще некоторое время оставался в зале. Поддавшись очарованию власти, так легко утратить связь со Словом. Сейчас для него так просто позабыть о том, кто он такой, и о своем предназначении в Галактике.

Вот почему Лоргар выбрал его для этой миссии. Во всем Легионе не было более верного служителя Слова, чем Задкиил.

Он преклонил колена перед алтарем, произнес несколько слов молитвы, а затем направился наверх, на капитанский мостик.

— Капитан Цест? — раздался голос адмирала Каминской в шлеме Ультрамарина.

Техносервиторы «Гневного» уже успели запустить корабельную вокс-сеть.

— Говорите! — бросил он, невольно выдавая свое раздражение.

Стычка с Бриннгаром в приемном покое медицинского отсека не выходила у него из головы. Кроме того, беспокоили секреты Мхотепа, скрываемые под маской невозмутимости.

— Прошу немедленной встречи на капитанском мостике.

В ответ на настойчивую просьбу Каминской Цест только глубоко вздохнул. Он вместе с Антигом собирался осмотреть нижние палубы. После гибели офицера дозора и трех его самых опытных помощников службе охраны не хватало людей. Капитан Астартес считал своим долгом восполнить этот дефицит и лично убедиться, что в оставшееся время варп-перехода не возникнет никаких непредвиденных затруднений.

Но, судя по тону адмирала Каминской, с патрулированием придется подождать. Цест в сопровождении Антига повернул к рубке.

В отсутствие боевых действий Каминска не держала на мостике полный экипаж. В данный момент там присутствовали только служащие сенсориума, навигационного отдела и помощник рулевого. Каминска остановилась перед светящейся гололитической картой звездного неба. Цест не мог не отметить ее усталый вид, глубокие тени под глазами и сероватый оттенок кожи.