Избранные циклы фантастических романов. Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Михеев Михаил Александрович

Замок как замок, с архитектурной точки зрения отличающийся от тех, что Аллену приходилось видеть раньше, но не слишком. Такие постройки, при всем их кажущемся разнообразии, подчинены одному-единственному правилу – его величеству рациональности. И кем бы ни был архитектор, построивший это сооружений, из каких земель бы ни заявился в эти места, ничего нового в этом плане он не изобрел. Цитадель – она и есть цитадель, на удобном для обороны месте, с внушительной стеной из какого-то местного камня, четырьмя башнями и здоровенным донжоном, выглядевшим крайне утилитарно. Вот башни – те да, на них архитектор вывалил свой полет фантазии, и получились они не только внушительными на вид, но и ажурно-изящными, а центральное укрепление так и осталось тем, чем задумывалось изначально. Цитаделью, прямолинейно-квадратной, максимально приспособленной к обороне, и без каких-либо украшательств.

Вообще-то говоря, выглядело это все достаточно красиво, и путешественнику, впервые увидевшему замок на скале, наверняка захотелось бы рассмотреть его получше, даже если на это требуется несколько дополнительных минут. Вот только Аллен был человеком достаточно приземленным и красотами предпочитал любоваться в более спокойной обстановке. Бросил короткий взгляд, оценил и продолжил свой путь, не забывая оглядываться и прислушиваться. Буквально через несколько секунд это спасло ему жизнь.

Они появились из-за камней. Четверо. Трое – самые обычные солдаты. Может, наемники, может, еще что – без разницы. Ладно пригнанные кольчуги, мечи, у одного – копье, на взгляд Аллена, слишком длинное для ограниченного пространства. Четвертый, похоже, маг, хотя вряд ли особенно сильный. А может, Аллен и ошибался – какая, в сущности, разница? Главное, что маг сделал ошибку первым, и она дорого ему обошлась.

Заклятие, которое он кинул, должно было… А что, в сущности, должно? Нечувствительный к магии Аллен этого даже и не понял. Ударь сей невысокий, коротконогий мужичок чем-нибудь простеньким, вроде огненной или силовой волны, у него была бы тень шанса. Именно тень – Аллен, будучи человеком предусмотрительным, амулетами обвешался на все случаи жизни – но мало ли, могло и повезти. То же, что маг применил, на Аллена попросту не подействовало, зато ответ не заставил себя ждать.

Метание ножей – это, как некоторые считают, совсем не по-рыцарски, но, с другой стороны, любое воинское искусство дворянину вместно. Аллена же большая часть типично дворянских комплексов и вовсе не преследовала, вопросы своего выживания он ставил куда выше. Поэтому ножи он метать всегда умел неплохо, что уже, было дело, спасало его шкуру. И сейчас он не колебался ни секунды. Кортик привычно лег в руку. Миг – и он отправился в полет.

Маг, надо отдать ему должное, оказался счастливым обладателем отменной реакции, и клинок, вместо того, чтобы вонзиться ему в глаз и выйти из затылка, пробив кость, лишь скользнул по лицу. Результат – глубокая рана и шмякнувшееся на землю начисто отрубленное ухо. Как бы то ни было, на какое-то время маг выпал из схватки, занятый исключительно собственными проблемами, что Аллена тоже вполне устраивало.

Оставшаяся троица повела себя не вполне адекватно. В смысле, эти умники не бросились зайцами прочь, а, напротив, атаковали. Отчасти такое поведение можно было объяснить тем, что численное преимущество оставалось на их стороне, но по факту все равно вышло глупо. Ошибки же Аллен прощать никому не собирался и, в свою очередь, атаковал.

Похоже, такое поведение оказалось для них неожиданностью, что еще более утвердило низкое мнение короля об их мозгах, а главное, подготовке. Замешательство длилось какую-то секунду, но в бою и меньший срок может разделять чью-то жизнь и смерть. Быстрое движение вперед, сокращение дистанции, удар… Противник еще пытается его парировать, даже не осознав, что уже мертв. Шаг влево, скользнуть вдоль копья противника, отводя его древко свободной рукой, не слишком профессиональный, размашистый, но эффектный рубящий удар мечом – и голова второго врага слетает с плеч, щедро окропляя кровью все вокруг. Третий пытается уйти в глухую оборону, но класс у него совсем не тот, что у нестареющего, но прожившего уже долгую жизнь короля. Скупое движение, выпад – и, в общем-то, все. Последний из мечников осел на камни, сползая с меча, и в его тускнеющем взгляде смешались боль и недоумение. Как так, почему он… Но ответ на этот вопрос ему узнать было уже не суждено.

– Ну, дорогой ты мой, рассказывай, заради каких демонов вы, красивые такие, меня напрягаться заставляли…

Насчет своего напряжения Аллен, откровенно говоря, врал не краснея. Он даже не запыхался, не те перед ним оказались противники, чтобы выкладываться хоть на четверть своих возможностей. Однако же его слова должны были показать и без того деморализованному врагу, что на него злы. Ну, очень злы. Настолько, что сейчас на ближайший камень начнут кишки наматывать. Возможно, правда, это было уже и лишним – маг, и без того бледный от боли и вида собственной крови, смотрел на Аллена, будто кролик на удава. Разве что иногда косил глазами на королевский меч, с черного клинка которого густыми каплями медленно стекала такая же черная кровь.

Прав был когда-то отец Аллена, сказавший, что не стоит зря напрягаться. Для того чтобы добиться своего, неважно, на войне или в торговле, достаточно создать правильное настроение. Остальное твой визави сделает сам, иногда даже повизгивая от удовольствия. Не всегда Аллену удавалось следовать отцовской мудрости, но сейчас был именно такой случай.

Пожалуй, не стоило презирать пленного за то, что у него так легко развязался язык. Слишком велико оказалось потрясение. Только что он – маг, сильный, во всяком случае, на фоне прочих здесь находящихся, охраняемый и вообще чувствующий себя в полной безопасности. Какие-то секунды – и вот он уже один, да еще тяжко, болезненно раненный. Откровенно говоря, особой угрозы жизни его рана не представляла. Да, болезненная, крови много, лицо на всю жизнь изуродовано, если, конечно, в ближайшие несколько часов не попадешь к хорошему целителю… Все так, но от такой мелочи не умирают. Можно, конечно, подхватить в местном климате какую-нибудь гадость, но это уже вторично. А так – ничего особенного, только вот пленный об этом не знал и кололся почище сухого полена.

Ну что же, информация Аллена удовлетворила полностью. И про политические расклады, и про силы, которыми, теоретически (пленный мог не знать всего), управлял некромант. Не впечатлило, да. И даже про то, что послужило причиной столь горячей встречи. Двоих подручных некроманта, которые вели – вы только представьте себе – настоящую принцессу, грохнули. Теперь хозяин стоит на ушах, ищет того, кто виновен в столь вопиющем проступке. Ну, его право, пусть ищет. Амулет поиска исправно показывал чуть в сторону от замка, а стало быть, пересекаться с его хозяином было вовсе необязательно. Главное, найти сына и вывести его отсюда, некромант же пускай хоть задавится от злости.

Ставший ненужным пленник успел что-то понять. По глазам прочитал, что ли, хотя сам Аллен к подобной возможности относился скептически. Не потому, что невозможно, а из-за того, что самому ему было все равно. В безразличных глазах что-то прочитать – это уже из области фантазии. Тем не менее, пленный маг сообразил, начал даже открывать рот, наверное, чтобы заорать, но не успел. Коротко свистнул, рассекая воздух, меч, и голова мага отделилась от тела своего незадачливого хозяина. Ничего личного, но дело – прежде всего, и ставить успех хотя бы в малейшую зависимость от такой мелочи, как недорезанный пленник, Аллен не собирался.

Безо всякого удовольствия, равно, впрочем, как и без раздражения, поглядев на дело рук своих, Аллен вытер наконец меч, критически его осмотрел и точным экономным движением отправил в ножны, после чего быстро завалил тела камнями. Чуть отошел, придирчивым взглядом окинул место импровизированного захоронения и пришел к выводу, что издали не заметят, а от магии или банальных собак-ищеек все равно не спасет. Лучше, чем ничего, отстраненно подумал он и решительно двинулся прочь. Главное – цель, все остальное не стоит особого внимания. Поэтому пускай эти четверо разлагаются спокойно, не стоит им мешать, а у него здесь еще дела, причем срочные.