Warhammer: Битвы в Мире Фэнтези. Омнибус. Том I - Гэв Торп

— Итак, — произнёс один, — это была правда. Они действительно нашли дневник Малофекса.

— Мы знаем его человеческое имя, — сказал Ульцхаймер. — Сигтаал Белорукий. И, кроме того, средство, которое он использовал, чтобы разбудить бога гор.

— И это было..? — спросил другой магистр.

— Второе Солнце, — ответил Ульцхаймер. — Как мы и подозревали.

— Не все из нас, — присоединился ещё один. — Некоторые были уверены в том, что это была Девятая Печать Катама, или же секрет, заключённый в разрушенном Взрывающемся Камне. Я сам выступал за Ослепляющий Ветер из Пылающих Небес в качестве требуемого заклинания. Это откровение позволит нам значительно приблизиться к нашей цели.

— Трудно поверить, — сказал Ульцхаймер, — что Малофексу на самом деле удалось пробудить Кхолека Пожирателя солнца. Второе Солнце должно было быть подарено ему Благословенными богами.

— Это, конечно, не было следствием его огромного мастерства, — резко сказал первый магистр. — Малофекс был дураком. Или Сигтаал, без разницы. Идиот. Он пробудил бога гор, не имея средств, чтобы успокоить его. Он заслужил, чтобы его сожрали. Мы не должны совершить те же ошибки.

— И это будем мы, — сказал Ульцхаймер. — Не те, кто придёт после. Не одно из следующих поколений. Мы. Собравшиеся здесь. Теперь мы знаем, как сделать это снова. Мы можем разбудить его. Мы можем узнать то, что знает он.

— А это? — спросил первый магистр, указывая на тело.

Труп младшего осмыслителя Мора лежал на каменном полу. Смерть от удара кинжала наступила столь быстро, что лишь небольшой намёк на изумление проступил на его лице. Он умер ещё до того, как упал на землю. Кровь, что вытекла из его тела и растеклась лужей вокруг, уже превратилась в твёрдую корочку благодаря теплу из туннелей.

— Он не будет забыт, — ответил Ульцхаймер.

Заговорил ещё один магистр.

— Это был ненужный риск — позволить ему исследовать дневник, — сказал он. — Это должно было находиться в пределах круга. Ты должен был сделать это самостоятельно. Ульцхаймер.

— Нет, — ответил тот. — Малофекс расставил ловушки в своих трудах. Ранее это уже стоило нам некоторых из наших лучших умов. Так было намного безопаснее. — Ульцхаймер щёлкнул пальцами, и из теней вразвалочку вышла низкорослая фигура хранителя древностей.

— Это вызывает у меня такой восторг: возможность служить вам! — взвизгнул он. — Как могут ваши желания насытиться трудом этого слуги!?

Ульцхаймер нарисовал в воздухе сложный символ пальцами левой руки и пробормотал заклинание. Клетки загремели, как будто встревожившись от того, что услышали.

Пятно черноты на одной из стен превратилось в портал величиной с рост человека. Через него можно было увидеть разноцветное пламя, в котором виднелись скачущие, тараторящие нечеловеческие фигуры.

— Я желаю не касаться этого трупа, — произнёс Ульцхаймер. — Доставьте его нашим мастерам.

— Конечно! — сказал хранитель. Он поднял тело Мора и подтащил его к порталу, после чего оттуда высунулись светящиеся руки и утащили младшего осмыслителя внутрь.

Ульцхаймер вытащил дневник Малофекса из своих одежд и показал его собравшимся магистрам.

— У нас есть всё, что нужно, — сказал он. — Мы пробудим Кхолека, и сделаем это правильно. Я обещаю вам, братья.

— Когда? — спросил первый магистр, пока портал закрывался, скрывая из виду тело Мора.

Ульцхаймер усмехнулся. Огонь сверкал в его глазах.

— Скоро, — ответил он.

Роберт Эрл

Приключения Флорина и Лоренцо (не переведено)

Пылающее побережье

Не переведено.

Дикие Королевства

Не переведено.

Город дикарей

Не переведено.

Высокая кухня

Не переведено.

Обязательство

Не переведено.

Грэм Макнилл

Хроники посла

Посол

Сейчас…

Весна 2522 года

Новорожденному рассвету исполнилось всего несколько минут, а люди уже умирали. Со своего места стоящий на коленях у дымящегося костра Каспар слышал их крики боли, приносимые холодным ветром, дующим из лощины, и безмолвно вверял их души Сигмару. Или Урсану. Или Ульрику. Или любому другому божеству, которое, быть может, наблюдает за ними этим суровым безрадостным утром.

Лохмотья тумана цеплялись за землю, пока болезненное солнце медленно, словно нехотя, взбиралось на бледное небо, сменяя ползущую вниз полную луну и заливая своим мутным светом лощину, в которой две армии встречали новый день, готовясь уничтожить друг друга. Каспар неуклюже поднялся, массируя распухшее колено, и поморщился, когда его кости затрещали. Он слишком стар для того, чтобы снова спать на земле; все тело его ломило от пронизывающего насквозь холода.

Тысячи людей наполнили лощину: копейщики из Остланда, алебардщики из Остермарка, лучники из Стирланда, коссары из Эренграда, меченосцы из Праага и потрепанные остатки полков, поневоле задержавшихся в Кислеве после бойни у Ждевки. Они вылезали из-под одеял и раздували едва тлеющие угли костров, возвращая огонь к жизни. С того места, где стоял Каспар, он видел примерно две трети армии, около семи тысяч бойцов Империи и еще девять тысяч из Кислева и окружающих город станиц. Туман и горный склон скрывали от его глаз еще шесть или семь тысяч воинов.

Много лет он командовал в боях солдатами, и сейчас, как и прежде, мысль о том, что придется послать этих храбрецов, многие из которых только-только начали бриться, на смерть, рождала в нем знакомую грусть и покорность.

Сотни лошадей ржали и перебирали копытами, раздраженные присутствием такого множества солдат и запахом жареного мяса, витающим вокруг них. Слуги успокаивали жеребцов своих хозяев тихими словами, пока уланы-кислевиты раскрашивали шкуры скакунов в цвета войны и проверяли надежность крепления оперенных знамен к седлам. Священники в черных балахонах, представители духовенства Кислева, ходили по лагерю, благословляя секиры, копья и мечи, а жрецы Сигмара громко читали Гимн Молотодержца. Несколько человек утверждали, что видели ночью двухвостую комету, и, хотя никто не был уверен, какого рода это знамение, жрецы истолковали явление как знак того, что божественный покровитель Империи с ними.

Каспару тоже снилась комета, снилось, что он наблюдает, как она сияет, рассекая небеса, и купает землю в своем священном свете. Ему снилась Империя, разоренная войной, ее могущественные города, разрушенные до основания, снилось, что народ его родной страны истреблен: Альтдорф уничтожен пожарами завоеваний, северный оплот Миденхейма утоплен в крови, а его жители повешены на собственных кишках на верхушке Фаушлага. Варвары-северяне и двуногие чудовища бесчинствуют на древних улицах его любимого Нулна, разрушая и сжигая все на своем пути, а какой-то юный золотоволосый мальчик, взяв в руки молоты своего отца-кузнеца, поднимается с ними на бой.