Warhammer: Битвы в Мире Фэнтези. Омнибус. Том I - Гэв Торп

И, наконец, в одной из клеток находилась книга, которую Мор знал, как Апокрифы Раскалённые. Однажды Великий Магистр сошёл с ума и забаррикадировался в одном из крыльев Колледжа, сплавив все запоры, и наколдовал демонов, чтобы противостоять вторгшимся, якобы, злоумышленникам. Когда огненные волшебники, наконец, пробились к нему, то единственное, что им удалось найти, это горстку праха и костей и эту книгу, в которой магистр записал всё безумие, что пронеслось через его воспалённый разум. Некоторые из них оказались пророческими. Некоторые — бредом. А некоторые содержали в себе заклинания, которые в противном случае были бы потеряны Колледжем навсегда.

Мор открыл клетку ключом из чёрного хрусталя. Затем достал книгу и положил её на пол. Её страницы было тяжело открыть, так как они слиплись от раствора, предохраняющего их от огня. Мор пролистал страницы, слова лихорадочного безумия на которых старались вцепиться в его разум, пока не нашёл ссылку, которую искал.

Он положил дневник Сигтаала Белорукого на землю рядом с Апокрифами, открыв его на странице, на которой был нарисован тот же символ, что он нашёл на страницах фолианта Колледжа.

Это был шар, окружённый языками пламени, вариацией руны Акши, что образовывали ореол вокруг него.

Это было Второе Солнце Малофекса.

Мор позволил своему миниатюрному огненному шару опуститься на плечо, подобно ручной птице, и углубился в чтение.

Мор не заметил приход Ульцхаймера.

Он почувствовал, как посох легонько тронул его за плечо и мысли его раскололись. Он почувствовал, что его глотка пересохла, а всё тело ныло. Мор не мог сказать, сколько времени провел, сидя на полу перед Апокрифами и дневником Сигтаала.

— Младший осмыслитель, — сказал Ульцхаймер, слабая улыбка играла у него на губах. — Это не принесёт нам никакой пользы, если наши молодые мастера заработаются до смерти. Твои товарищи интересовались, где ты находишься. Я знал, что ты захочешь проконсультироваться с Апокрифами, и поэтому, чтобы найти тебя, я пришёл сюда.

— Я ценю вашу заботу, Великий Магистр, — пробормотал Мор. — Я… Я, кажется, потерял ход времени.

— Значит, Апокрифы содержат что-то, что заворожило тебя?

— Да, Великий Магистр! — Мор вскочил на ноги, держа Апокрифы в руках. — Вот. Второе Солнце Малофекса. За всё время существования ордена мы думали, что оно существует только в Апокрифах. Лишь горстка мастеров пыталась хоть раз понять этот ритуал, не говоря уж о том, чтобы преуспеть. Последний раз, четыреста лет назад. И всё же…вот, смотрите!

Мор взял дневник и поднял его, чтобы Ульцхаймер мог прочесть.

— Второе Солнце, — с тихим изумлением проговорил Ульцхаймер.

— Сигтаал Белорукий практиковал эту магию, прежде чем Теклис заложил основы нашего Колледжа, — сказал Мор. — Вы видите, Великий Магистр? Он создал из ветров Акши заклинание, которое нынешние волшебники Огненного Колледжа даже с накопленными за века знаниями не в состоянии повторить.

— Захватывающе, — произнёс Ульцхаймер.

— Но это ещё не всё. Что, если это часть традиции магии Огня, которая была забыта в прошедшие века? Одна из тех, что существовали до создания Колледжей магии, а позже стали частью основанного Огненного Ордена? Что, если заклинания, которые мы изучаем, были отточены не волшебниками, обученными Теклисом, а людьми, подобными Сигтаалу Белорукому, за сотни лет до этого? На самом деле, Малофекс, который по утверждению Апокрифов, является создателем заклинания призыва Второго Солнца, есть никто иной, как сам Сигтаал! Он использует это имя для обозначения себя в этом журнале. Возможно — тайное имя, возможно — ритуальная личина, под которой он практикует свою магию.

Ульцхаймер покачал головой.

— Пламя не солгало, Мор. Ты поднимешься высоко. Когда-нибудь, ты будешь смотреть на Альтдорф со своей собственной башни в стенах нашего Колледжа, у меня нет в этом сомнений. Можем ли мы, юный Мор, овладеть Вторым Солнцем вновь?

— Может быть, — ответил Мор. — Я ещё не закончил расшифровку записей Сигтаала. Он делал многочисленные заметки касательно Второго Солнца, и многих иных заклинаний помимо него. Присовокупив это к записям в Апокрифах, мы, возможно, сумеем вновь повторить его.

— Значит, в его дневнике можно найти даже ещё больше, чем мы думали? — проговорил Ульцхаймер. Он взял дневник из рук Мора и пролистал несколько страниц.

— О да. Белорукий вызвал Второе Солнце по определённой причине. Я полагаю, он пытался призвать что-то.

Ульхеймер поднял бровь: — Призвать?

— Пробудить, — ответил Мор. — Но я не знаю, что именно он имел в виду, когда говорил о пробуждении. Естественно, Сигтаал считал, что это станет ключом к каким-то большим откровениям для него. Это мне ещё не удалось перевести, но вскоре, я думаю, мне удастся их расшифровать.

— Я не сомневаюсь в этом, — сказал Ульцхаймер, — но не в эту ночь. Ты не станешь первым молодым мастером, что потерялся здесь, бесконечно поглощая знания, пока не зачахнет. Я не позволю этому произойти с тобой. Ты отправишься наверх, поешь, отдохнёшь и придёшь сюда завтра.

— Я… — Мор задумался. — Если вы считаете, что это разумно, Великий Магистр.

— Да, я считаю.

— Тогда, я был бы признателен вам, если бы вы проводили меня, — сказал Мор. — Мне кажется, что хранитель этого места не очень симпатизирует мне.

— Не стоит принимать это на свой счёт, — ответил Ульцхаймер. — Пойдём.

Ульцхаймер шёл на шаг позади Мора, пока они направлялись к выходу. Поэтому Мор не увидел, как тот достал кинжал из складок мантии.

Это было исключительным везением, что столь много магистров смогли присутствовать на собрании, даже в Огненном Колледже. Их долг, как правило, заставлял держаться обособленно, к тому же, всегда была опасность, что так много магии в одном месте могло вызвать самовозгорание. Но на этот раз риск стоил того.

Ульцхаймер присоединился в хранилище реликвий к полудюжине других магистров, каждый из которых был древнее и могущественней предыдущего. Величайшие из их рода, те, через кого Огненный Ветер тёк более яростно, чем любой другой. Даже в Огненном Колледже они были тайным обществом. Даже их товарищи магистры не понимали их взглядов. Секреты, которыми они овладевали, передавались на протяжении тысяч лет, и не было случая, когда они покидали пределы сего круга.

— Итак, — произнёс один, — это была правда. Они действительно нашли дневник Малофекса.

— Мы знаем его человеческое имя, — сказал Ульцхаймер. — Сигтаал Белорукий. И, кроме того, средство, которое он использовал, чтобы разбудить бога гор.