Возможности слов - Оксана Алексеева

Ксюша стянула рюкзак и попыталась сделать вид, что осматривается. Ей было до мандража неудобно:

— Решила, что мы можем не извиняться друг перед другом. А просто начать с той точки, где все было хорошо. Как тогда — когда ты забирался ко мне. Помнишь, я говорила, что ты мне друг? Я и правда хочу, чтобы так и было.

Кирилл демонстративно задумался, даже челку взлохматил, полностью войдя в образ.

— Ну ла-а-адно, — растянул он, недовольно гнусавя. — Но только при условии, что теперь ты у меня с ночевкой останешься. Прихватила свою жуткую пижаму с ракушками?

Ксюша растерялась:

— Не прихватила…

— Плохо! Совсем не похоже, что ты хочешь со мной дружить, виноватая девочка!

Она наконец-то осознала, что он просто издевается. Схватила его за руку и потащила к кровати. Усадила на край и сама примостилась рядом. Достала из рюкзака булку.

— Заткнись уже и жри!

Ему пришлось повиноваться. А потом и сходить за чаем. На кухне царила какая-то истерика, а поднос с чашками ему Тамар Санна протянула сразу, как будто ждала на стреме, когда тот понадобится. Кирилл не стал обсуждать странное настроение своих сожителей, а уже в комнате поделился с Ксюшей мыслями:

— Я сейчас очень жалею, что не купил себе отдельное жилье. На следующей же неделе займусь! Или… проще будет поспорить с Вадимом на квартирку где-нибудь в центре, чтобы самому не заморачиваться?

И едва он успел поставить поднос на тумбу, как ему в лицо впечаталась возмущенная подушка.

— Совсем уже, да?! Тебе, похоже, мало досталось! — орало откуда-то извне.

— А что мне досталось-то? Да я только благодарен за веселый вечерок!

Третий удар Кирилл уже отбил. Ухватил Ксюшу за запястье, чтобы больше ему больно не делала, а потом и прижал к себе. Она долго дергалась и вопила. Так долго дергалась и вопила, что он чуть с ума от счастья не сошел.

— Отпусти… — теперь бурчало ему в грудь обреченно-притихшее. — Отпусти, ну! Отпусти…

— Обещай, что больше не будешь сегодня кричать и драться.

В грудь просопело недовольное:

— Обещаю. Отпусти.

Пришлось сдержать слово, даже жаль, что она так быстро сдалась. Отпустил и поправил ей волосы, которые ну никак не желали пребывать в идеальном каре. Ксюша до сих пор сопела, но выдержала и это испытание. Кирилл же решил оставаться подростком. К тому же неудовлетворенные желания всегда дают о себе знать в самый неподходящий момент. Он подошел к подносу, взял одну из чашек, подул, попробовал, убедился, что уже остыло, а потом неожиданно плеснул жидкость Ксюше в живот.

— Ты что творишь?! — взвилась она. — Припадочный!

— Ты обещала сегодня больше не…

— Идиотина безмозглая! Да чем ты думаешь вообще?!

Кирилл вздохнул:

— Похоже, переодеться тебе все-таки придется, как ни прискорбно это признавать, — он вытянул из шкафа свою футболку и спортивные штаны. — На, держи. Ванная там.

Ксюша выглядела так, словно собирается вот-вот взорваться. Надо было ее как-то утешить:

— Это тебе психологический тренинг. Взялась позориться — так не сдавайся!

Но она становилась все краснее и сжимала кулаки все яростнее. Пора было спасаться:

— Ксю, мы же с тобой друзья, не?

Она утробно зарычала. Кирилл вздохнул и ввернул последний козырь:

— Ой, мороз, моро-о-оз! — завыл так душевно, как только умел. — Не-е морозь меня-я-я!

И это сработало — не могло не сработать. Ксюша не выдержала и рассмеялась, выхватила у него предложенную одежду и открыла дверь в ванную, напоследок буркнув:

— В аду есть специальный котел для людей без слуха!

А потом не было ничего важного. Они лежали рядом, зарывшись под одно одеяло и болтали о всякой ерунде.

— Мама меня потеряет. Надо ей позвонить, предупредить, что задержусь…

— Я уже позвонил, пока ты переодевалась. Сказал, что верну тебя утром.

У Ксюши, как у птицы, шея вытянулась и согнулась под неестественным углом:

— Шутишь? Она может неправильно понять!

— Ты что же, просишь, чтобы я врал твоей матери? Так я ж — человек честный. Сказал, что ты залезла ко мне в окно, а потом я тебя не отпустил. Ну и то, что я к тебе раз двадцать залезал, и ты меня тоже не отпускала… Что тут можно неправильно понять? Все как на ладони!

Ксюша все же стукнула его в плечо, но переспросила:

— И что она ответила?

— Ответила, что оторвет мне нечто очень важное, если…

— Если что?! — Ксюша не вынесла паузы.

— Если не верну тебя утром, конечно.

— Врешь!

Кирилл вздохнул.

— Не вру. Я и с Андреем говорил. Вся твоя семья уверена, что у нас с тобой любовь. А так как ты давно не маленькая девочка, то они решили не держать тебя на поводке. Мои, судя по цирку на кухне, тоже в этом уверены.

— С чего они взяли такую глупость?

— Без понятия. Потом их разочаруешь, а пока спи давай.

Одежда была ей велика, но сам вид его футболки на ее тощих плечиках путал мысли.

Ксюша снова плюхнулась на подушку, подумала:

— Если бы ты не был таким придурком, то я бы, наверное, в тебя влюбилась.

Кирилла почему-то этот комплимент задел за живое:

— А я бы в тебя не влюбился в любом случае.

Но она словно и не слышала:

— Да и хватит с меня! Куда проще жить, ни на что не надеясь. Никакая любовь добром не заканчивается.

— Точно. Поедешь со мной квартиру выбирать?

— Поеду. Но только чтоб на первом этаже! Залезать удобнее.

— По рукам.

— Я свой топ застирала, но если пятно останется, купишь мне новый! Это уже вторая испорченная тобою вещь.

— Ни за что. Ходи в этой.

— Придурок!

— Скучаю по тем временам, когда ты была немая.

— Ты сам меня вынудил тут остаться!

— Можно