Лада - Варвара Лунная

— Тут, — кивнул Ратибор. — Еще ко мне вопросы какие есть?

— Нет больше, ступай, — разрешил князь Ждан.

— Всемила позови, — одновременно с хозяином дома, сказал Всеволод. — Его о том где ехали порасспрошу.

— Не делал бы ты этого княжич, — покачал головой Ратибор. — Всемил не я, он если разозлиться…

— Я князь, — бросил Всеволод. — И сам буду решать что делать.

Ратибор вышел и тут же наткнулся на брата и воеводу.

— Ну чего там? — спросил Всемил.

— Тебя хотят, — Ратибор кивнул на дверь. — Только Всемил, — он схватил брата за руку. — Пообещай мне что в руках себя держать будешь.

— Ратибор, ты меня прямо пугаешь, — Всемил нахмурился.

— Всеволод там.

— Всеволод? Тот Всеволод? — Всемил неопределенно мотнул головой. — Княжич?

— Он теперь князь, отца его убили.

— Поделом, — хмыкнул Всемил. — Не волнуйся, с Всеволодов у меня счетов нет, я вежливым буду.

Но долго оставаться вежливым парень не смог. Едва Всемил понял что его и Ратибора в смерти старого князя подозревают, он просто озверел. Когда воевода и Ратибор вломились в комнату, Всемил орал и пытался достать Всеволода через плечо князя Ждана.

— Собаке — собачья смерть, — орал Всемил. — Жаль мне что меня тогда в городе не было, я бы ему сам глотку перерезал. В честном бою, хотя эта гнида на бой бы не согласилась.

— Убью, — орал Всеволод.

— Попробуй, — кипятился Всемил. — Я честного боя никогда не избегал и от смерти в отличие от тебя не бегал. То бабья смерть была, а вы все прятаться кинулись, как бабы. Хотя нет, хуже баб.

— Не тебе меня судить, — орал вырываясь Всеволод. — Не вам.

— А кому? Я князю на верность присягал и я клятву держал, а вот князь свою забыл. А вот дань собрать не забыл. Как бандитов вышибать так мы, а денежки ему?

— То отца земля была.

— И город его был, — не унимался Всемил. — И люди его. Ему ничего не грозило, женщины да дети только умирали.

Молодого князя и Всемила растащили в разные стороны, оба они продолжали яростно рваться и сыпать проклятиями.

— Уведите его, — кивнул на дверь взъерошенный и сильно помятый князь Ждан. Ратибор при помощи воеводы и прибежавших на шум стражников вытолкал брата за дверь. — Всеволод, успокойся. Хватит, — рявкнул князь. — Не виноваты братья Перелески в смерти твоего отца, а что не сочувствуют, тут уж извини, не в моих силах что‑то сделать.

— Он… он,…вы же слышали что он говорил…

— Успокойся, — Ждан устало опустился на лавку. — Воды принесите, — попросил он слуг. — Ратибор же сказал, Всемил парень горячий, несдержанный. Но он не убийца.

Всеволод вырвался из держащих его рук, сел и обхватил голову руками, ему было плохо. Убийц отца он так и не нашел. А какая была версия, как подходили братья Перелески на эту роль.

— Они приехали сюда совсем измученные, больные, — тихо сказал князь Ждан. — Не они это.

— Я понял, — тихо отозвался Всеволод. — Лель, — крикнул он своего слугу. — Отправь человека в Даронд, пусть поищет там купца по имени Бороня или Дороня, а найдет, пусть выспросит не покупал ли тот на тракте в Придоле украшений у Никиты Яснокаменного, при том два дружинника было, один из них раненный и девушка.

— Купца могут не найти, — тихо сказал князь Ждан.

— Лучше пусть найдут, — зло сказал Всеволод. — Ты тоже моего отца осуждаешь, князь? — спросил он, горько усмехнувшись.

— Все было так как Ратибор со Всемилом говорят? — спросил Ждан.

— Да, — Всеволод опустил глаза. — Мы испугались. Болезнь то была странная и страшная. Наших женщин она не коснулась, их сразу как первые смерти начались, в доме заперли, они не болели.

— А почему твой отец не вернулся, когда семью в безопасном месте устроил?

— Не знаю. Страшно было.

— А потом возвращаться не страшно? — усмехнулся Ждан.

— Мы думали города уж нету, кто ж знал что дружина в полном составе там останется, после всего‑то.

— М да, наверное, не возьми Ратибор на себя управление, так бы и было, — согласился князь.

— Они отцу не простили… Не простили…, — слово «предательства» Всеволод произнести так и не решился. — Извини меня, князь Ждан, за сцену эту непотребную.

— Да ничего, — Ждан вздохнул. — Дай мне слово что Перелесков и семью их не тронешь.

— Слово, — кивнул Всеволод. — Только… могу я попросить? Убери их куда‑нибудь пока я тут.

— Уберу, — пообещал Ждан. — Сестру их тоже попросить не приходить? Она к Велесе прибегает иногда.

— Сестру? У Перелесков нет сестер, только брат Любомир. Кстати, он тоже тут?

— Он погиб, еще там дома, защищал кого‑то и погиб. А Лада, она вроде как названная им сестра.

— Лада, — понимающе кивнул Всеволод. — Да, он же говорил Лада и Никита с ними уезжали.

— Так что? Попросить Ладу тоже не приходить?

— Лада пусть приходит. Она выжила, я рад этому. Одна из четырех дочерей Никиты, — Всеволод сокрушенно вздохнул.

— Пойду распоряжения отдам, — князь Ждан вышел и уже через десять минут Ратибор и Всемил отправились домой. До отъезда Всеволода им был предоставлен отпуск, с наказом гостю на глаза не попадаться.

Из‑за того что Ратибор со Всемилом дома были, у Лады прибавилось работы, готовит надо было чаще, уборки стало больше. Одно дело обед с собой собрать, другое дело дома их кормить завтраком, обедом и ужином. Девушка тащила с рынка большую корзину с продуктами, когда увидела Всеволода.

— Лада, — обрадовано улыбнулся молодой князь.

— Здравствуй, Всеволод, — девушка поставила корзинку на землю и поклонилась.

— Лада, как же я рад тебя видеть. Как же хорошо что ты выжила.

— Выжила, — девушка вздохнула.

— Ты на меня злишься? — спросил Всеволод делая шаг назад. Раньше они с Ладой не то что бы большими друзьями были, но девушка у них часто бывала, и общались они всегда с удовольствием.

— Нет, — покачала головой Лада. — И по поводу потери отца сочувствую, тяжело это родных терять.

— Ты добрее Перелесков, — усмехнулся Всеволод. — Они только порадовались.

— Не так ты их понял, они о том что твой отец умер не жалеют, а не о твоей потере. Какого это отца потерять они по себе знают, просто… просто разозлил ты их сильно. Ничего что я ты тебе говорю? К князю так нельзя, наверное.

— Лада, — с укором сказал Всеволод. — Мы ведь с тобой всегда на ты были. Или ты меня как и братья твои презираешь?

— Я не призираю. Только тяжело все это. Ты прости Всемила с Ратибором, им трудно очень пришлось.

— Тебе сильно легче было?

— Я болела, — возразила девушка. — Основная тяжесть на плечи мужчин легла. Перелески Дару похоронили, а потом Любомира и отца.