Том 29. Письма 1902-1903 - Антон Чехов

Рабиновичу С. Н. (Шолом-Алейхему), 6 сентября 1903*

4164. С. Н. РАБИНОВИЧУ (ШОЛОМ-АЛЕЙХЕМУ)

6 сентября 1903 г. Ялта.

Милостивый государь Соломон Наумович!

Вот уже два месяца, как я живу в Ялте*, из Ялты я уже писал Вам* (в ответ на Ваше письмо*), между тем Ваше последнее письмо было послано в Наро-Фоминское. Я теперь ничего не пишу, у меня нет ни одной строки, которую я мог бы предложить Вам*. Простите пожалуйста. Если позволит здоровье, то в начале ноября я буду в Москве*, тогда благоволите прислать мне Вашу повесть*, с указанием, в каком именно журнале Вы желали бы ее напечатать. Пока же я в Ялте (говорю по опыту), сделать я могу очень немного. Желаю Вам всего хорошего.

Искренно Вас уважающий

А. Чехов.

6 авг. 1903 г. Ялта.

Адрес:

Киев. Его высокоблагородию Соломону Наумовичу Рабиновичу.

М. Благовещенская 27.

Членову М. А., 13 сентября 1903*

4165. М. А. ЧЛЕНОВУ

13 сентября 1903 г. Ялта.

Дорогой Михаил Александрович, это правда, лето провел я очень хорошо*, был здоров и работал понемножку*; но неделю тому назад я заболел и вот теперь кисну, ничего не делаю и стараюсь спрятаться от холода, который стал одолевать Ялту чуть ли не с начала сентября. Пьесу я почти кончил*, надо бы переписывать, да мешает недуг, а диктовать не могу.

За письмо большое Вам спасибо*. Я рассчитывал приехать в октябре и рассчитывал жить в Москве всю зиму — это по совету Остроумова.

Мне хотелось бы поговорить с Вами о Мечникове*. Это большой человек*. Оправдаются ли надежды на прививку?

Ну, крепко жму Вам руку и желаю полного успеха. Будьте здоровы и благополучны.

Ваш А. Чехов.

13 сентября 1903.

На обороте:

Москва. Доктору Михаилу Александровичу Членову.

Каретный ряд, д. Тишенинова, кв. 41.

Алексеевой М. П. (Лилиной), 15 сентября 1903*

4166. М. П. АЛЕКСЕЕВОЙ (ЛИЛИНОЙ)

15 сентября 1903 г. Ялта.

15 сентября 1903.

Дорогая Мария Петровна, не верьте никому, пьесы моей* не читала еще ни одна живая душа; для Вас я написал не «ханжу», а очень милую девицу*, которой Вы, как я надеюсь, останетесь довольны. Пьесу я почти окончил, но дней 8-10 назад я заболел, стал кашлять, ослабел*, одним словом, началась прошлогодняя история. Теперь, т. е. сегодня, стало тепло и здоровье как будто стало лучше, но все же писать не могу, так как болит голова. Ольга не привезет пьесы*, я пришлю все четыре акта, как только будет возможность засесть опять на целый день. Вышла у меня не драма, а комедия*, местами даже фарс, и я боюсь, как бы мне не досталось от Владимира Ивановича. У Константина Сергеевича большая роль*. Вообще же ролей немного.

К началу приехать не могу*, буду сидеть в Ялте до ноября*. Ольга, пополневшая, окрепшая за лето, приедет в Москву, вероятно, в воскресенье. Я останусь один и, конечно, не премину этим воспользоваться. Мне, как пишущему, необходимо наблюдать возможно больше женщин, необходимо изучать их, и потому, к сожалению, верным мужем быть я не могу. Так как я наблюдаю женщин главным образом для пьес, то Художественный театр, по моему мнению, должен был бы прибавить моей жене жалованья или назначить ей пенсию.

В Вашем письме Вы не сообщили адреса, посылаю письмо в Камергерский переулок*. Вероятно, Вы бываете на репетициях и потому получите его скоро. За то, что Вы вспомнили, написали мне письмо, я Вам благодарен бесконечно. Игорю и Кире шлю низкий поклон* и благодарю их за память, только напрасно Кира радуется S-t Bernard’у, это собака добрая, но неудобная и совершенно бесполезная. То ли дело мой друг Цыган. На днях я тоже завел себе дворнягу, необыкновенно глупую.

Когда увидите Вишневского, то скажите ему, чтобы он постарался похудеть — это нужно для моей пьесы*. А затем, будьте здоровы, счастливы, веселы, пусть Вам все удается. Пожелайте, чтобы я поскорее выздоровел и занялся делом. Константину Сергеевичу* и всем Вашим товарищам и товаркам низкий поклон.

Ваш А. Чехов.

Целую Вам ручку.

Карзинкиной С. А., 15 сентября 1903*

4167. С. А. КАРЗИНКИНОЙ

15 сентября 1903 г. Ялта.

15 сентября 1903.

Милостивая государыня Софья Андреевна!

Сегодня, по получении от Вас письма, я говорил с Сергеем Яковлевичем Елпатьевским*, и он обещал мне написать Вам подробно, сегодня же.

Искренно Вас уважающий

А. Чехов.

Гольцеву В. А., 18 сентября 1903*

4168. В. А. ГОЛЬЦЕВУ

18 сентября 1903 г. Ялта.

Прости, милый Виктор Александрович, я задержал рассказ* — это потому, что мне нездоровится вот уже дней десять. Стало холодновато, подуло осенью, ну и здравие мое тоже стало настраиваться на осенний лад. Кашляю, ослабел и по обыкновению своему страдаю расстройством кишечника.

Посылаемый рассказ можно бы и еще больше исправить, да неудобно он написан, с узкими промежутками между строками и без полей.

Ольга будет в Москве в это воскресенье*. Маша поживет здесь до октября*.

Будь здоров, жму руку.

Твой А. Чехов.

18 сентября 1903.

На обороте:

Москва. Виктору Александровичу Гольцеву.

Ваганьковский пер., д. Куманина, редакция «Русской мысли».

Чехову В. М., 18 сентября 1903*

4169. В. М. ЧЕХОВУ

18 сентября 1903 г. Ялта.

Милый Володя, спасибо за письмо и за фотографию*. Сделай несколько снимков еще, пожалуйста, и пришли, только без кошек, которые у тебя чрезвычайно нехудожественны. Все мы живы, почти здоровы и благоденствуем по мере сил и возможности. В Ялте дни теплые*, летние, вечера же холодные. Цветут розы.

Когда будешь писать в Мерв*, то поклонись о. Василию, Сане и Леле; а теперь кланяйся и передай привет маме и Иринушке. Будь здрав и благополучен, не забывай.

Твой А. Чехов.

18 сентября 1903.

На обороте:

Таганрог. Его высокоблагородию Владимиру Митрофановичу Чехову.

Елизаветинская, с<обственный> д<ом>.

Книппер-Чеховой О. Л., 19 сентября 1903*

4170. О. Л. КНИППЕР-ЧЕХОВОЙ

19 сентября 1903 г. Ялта.

Милая моя лошадка, милая собачка, милая жена, здравствуй, голубчик! Целую тебя и обнимаю миллион раз. Пиши мне не медля, что, как и все ли в Москве благополучно.

Еще раз обнимаю тебя, лошадка, господь с тобой.

Твой А. Чехов.

Скоро приеду!!

На обороте:

Москва. Ольге Леонардовне Чеховой.

Петровка, д. Коровина.

Книппер-Чеховой О. Л., 19 сентября 1903*

4171. О. Л. КНИППЕР-ЧЕХОВОЙ

19 сентября 1903 г. Ялта.

Пятница, день твоего отъезда.

Милый дусик мой, лошадиная моя собачка, как ты доехала? Как провела ты время в Севастополе с рыжим усачом?* Все ли благополучно?

А я вернулся с парохода нездоровый; есть не хочется, нудно, глупо в животе, ходить не особенно приятно, голова разболелась. Не знаю, отчего это. Но самое худшее, конечно, это твой отъезд; к твоему отсутствию я не скоро привыкну.

Если ты еще не успела послать в Ялту посылку, то прибавь гамаши — они скоро понадобятся.

Читал сегодня в газетах, что «Вишневый сад» пойдет в декабре. Если это справедливо, то очень хорошо, согласен, пусть только пьеса пойдет в первых числах декабря*, а не в последних. Завтра уже буду работать.

Сегодня обедала у нас Нина Корш с девочкой. А мне, знаешь, немножко беспокойно, что ты взяла у меня не 100, а 75 р. Я, стало быть, должен тебе, дусюка, 25 р.