Песня Свон - Роберт Мак-Каммон

Он вступил в кольцо света. Взгляд его задержался на каждом из них по очереди.

- Добрый вечер, - вежливо произнес он, обращаясь к Сестре.

Это был высокий, широкоплечий мужчина с царственной бородой, одетый в пыльный черный костюм. Коричневое одеяло облегало его плечи и шею как крестьянское пончо, а на его бледном, с острым подбородком лице были розовые шрамы от глубоких ожогов, как полосы от кнута. Рана с запекшейся кровью зигзагом пролегла по его широкому лбу от левой брови и до скулы. Большая часть рыже-седых волос сохранилась, хотя на голове были пятна голой кожи размером с однодолларовую монету. Изо рта и носа шел парок от дыхания.

- Не возражаете, если я подойду поближе? - спросил он с расстановкой, в голосе его слышалась боль.

Сестра не ответила. Человек ждал.

- Я не кусаюсь, - сказал он.

Он дрожал, и она не могла отказать ему в тепле.

- Подходите, - осторожно сказала она и отступила, чтобы дать ему пройти.

Он сморщился, когда приблизился, хромая, Сестра увидела, почему ему больно: зазубренная полоска металла пронзила его правую ногу выше колена и вышла на три дюйма с другой стороны. Он прошел между Сестрой и Бет и двинулся прямо к огню, где стал греть, вытянув, руки.

- Ах, как хорошо! Снаружи, должно быть, ниже нуля!

Сестра тоже ощущала холод и вернулась ближе к огню. За ней следовали Джулия и Бет, все еще прижимавшая к себе, словно бы защищая, кольцо.

- Кто вы, черт возьми? - уставился Арти туманными глазами из-за костра.

- Меня зовут Дойл Хэлланд, - ответил мужчина. - Почему вы не ушли со всеми остальными?

- С какими остальными? - спросила Сестра, все еще смотревшая на него с опаской.

- Теми, кто ушел. Вчера, мне кажется. Сотни таких, бежавших, - он слабо улыбнулся и махнул рукой кругом. - Бежавших из Гарден-Стейт. Может, дальше на западе есть укрытия. Я не знаю. Как бы то ни было, я не ожидал, что кто-нибудь остался.

- Мы пришли из Манхэттена, - сказала ему Бет. - Мы пробрались через Голландский туннель.

- Я не думал, что кто-нибудь смог выжить после того, что постигло Манхэттен. Говорят, что было по меньшей мере две бомбы. Джерси-Сити сгорел моментально. А ветры... Боже мой, какие ветры!

Он сжал кулаки перед огнем костра.

- Это был смерч. И, думаю, не один. Ветер просто... срывал дома с фундаментов. Считаю, что мне повезло. Я попал в подвал, а здание над моей головой развалилось. Это сделал ветер.

Он боязливо коснулся металлической пластины в ноге.

- Я слышал, что смерчи протыкают иногда соломиной телефонные столбы. Мне кажется, это такого же порядка, а?

Он посмотрел на Сестру.

- Я чувствую, что выгляжу не лучшим образом, но почему вы так пристально на меня смотрите?

- Откуда вы пришли, мистер Хэлланд?

- Я был неподалеку и увидел ваш костер. Если не хотите, чтобы я оставался, так и скажите.

Сестре стало стыдно от того, что она подумала. Он опять вздрогнул от боли, и она увидела, что кровь опять потекла из раны, где торчала пластина.

- Это место мне не принадлежит. Вы можете быть там, где вам захочется.

- Спасибо. Не очень приятная ночь, чтобы куда-то идти.

Его взгляд перешел на сверкающее стеклянное кольцо, которое держала Бет.

- Эта вещь сверкает, правда? Что это?

- Это... - Она не могла подобрать верное слово. - Оно волшебное, выпалила она. - Вы не поверите, что только что произошло! Видите вон ту женщину? Она не говорит по-английски, а эта вещь...

- Это бросовая вещь, - вмешалась Сестра, забирая ее у Бет.

Она все еще не доверяла незнакомцу и не хотела, чтобы он узнал что-нибудь еще о ее сокровище.

- Это просто блестящий утиль, вот и все.

Она положила ее на дно сумки, и горение камней уменьшилось и исчезло.

- А, вы интересуетесь блестящими камушками? - спросил мужчина. - Я могу показать вам еще.

Он огляделся, потом похромал в сторону на несколько ярдов и с болью нагнулся. Он подобрал что-то и принес к костру.

- Видите! Сверкает как ваша, - сказал он, показывая то, что принес.

Это был кусок разноцветного оконного стекла, смесь темно-синего и пурпурного.

- Вы стоите на том месте, где раньше стояла моя церковь, - сказал он и раскрыл одеяло на груди, чтобы показать запачканный белый воротник священника.

Горько улыбнувшись, он бросил разноцветное стекло в костер.

23. ТУННЕЛЬНЫЕ ТРОЛЛИ

Во тьме шестнадцать гражданских - мужчины, женщины и дети - и трое раненных членов армии полковника Маклина бились, чтобы разворошить плотно зажатую массу камней и освободить от нее коридор нижнего уровня. До еды только шесть футов, сказал им Маклин, только шесть футов. У вас это не отнимет много времени, как только вы пробьете отверстие. Тот, кто первый доберется до еды, получит тройную норму.

В полной темноте они проработали семь часов, когда остатки потолка внезапно обвалились на их головы.

Роланд Кронингер, стоя на коленях в кухне кафетерия, ощутил, как пол содрогнулся. Сквозь вентиляционное отверстие донеслись крики, а затем наступила тишина.

- Проклятие! - проговорил он, потому что понял, что случилось.

Кто теперь возьмется очищать коридор? Но теперь, с другой стороны, мертвые не будут расходовать воздух. Он вновь занялся своим заданием: соскребанием кусочков пищи с пола и собиранием их в пластиковый мешок для мусора.

Он предложил, чтобы полковник Маклин устроил штаб в спортивном зале. Они нашли сокровище: помойное ведро, в котором можно хранить воду из туалетных бачков. Когда Роланд, чей желудок терзал голод, покинул их, чтобы собрать еду, раскиданную по кухне, оба, Маклин и капитан Уорнер, спали, а Роланд остался с автоматическим пистолетом "Ингрем" на плече и священным топором, рукоять которого для безопасности была заткнута за пояс. Около него на полу лежал фонарик, освещавший ошметки еды, разметавшиеся от банок, стоявших ранее в кладовой. В кухонных ведерках для отходов были настоящие сокровища: кожура от бананов, ошметки помидор, остатки невычищенного содержимого в банках и несколько бисквитов от завтрака. Все, что попадалось съедобного, шло в мешок Роланда, кроме бисквитов, которые он сразу же съел, так как не ел еще с момента катастрофы.

Он поднял черный кусок чего-то и стал запихивать его в мешок, но приостановился. Черный предмет напомнил ему то, что он сделал с маленькими хомячками Майка Армбрустера в тот день, когда Армбрустер принес их в кабинет биологии. Хомячки оставались в конце кабинета после занятий, в то время как Армбрустер ушел на занятия футболом. Роланд вынес клетку с хомячками, не замеченный уборщицами, и крадучись пролез в школьную автомастерскую. В ее углу стоял металлический чан с зелено-коричневой жидкостью, над чаном была прикреплена надпись: Надень перчатки!