Серебро крыльев - Юлия Avata

Любовь - непредсказуемое чувство. Два горячих трепещущих сердца... В отличие от своего отца младший имел поистине горячий темперамент, и хотел жениться на этой девушке из бедного рода. Но произошло то, что не ожидал никто. Семью невестки обвинили в измене, какими доказательствами руководствовались окружающие не известно, но император подписал смертный приговор всему роду. Сжалившись над самыми младшими, Светлейший заставил пройти их посвящение свету. Обряд, прошедший под руководством самого Императора, уничтожил личность, воспоминания, всё, оставив беспрекословно подчиняющуюся куклу. После обряда она не узнала своего возлюбленного, а потом погибла на границе, куда её сослали. Сложно представить, что творилось в душе молодого крылатого. Но Советник до сих пор жалел, что не смог увидеть произошедшие с сыном перемены, не смог почувствовать то, что овладело им, не смог предвидеть дальнейшие события... То что этот рыжеволосый мальчишка посмеет пойти против императора, посмеет напасть на него и даже навредить, оставив царапину на руке, было тем, что фактически подписало ему смертный приговор. Светлейший мог бы простить этого молодого крылатого, ссылаясь на молодость и душевные раны, но Ашерон сам не захотел принимать даже помилование от Императора. Его убили при перевозке в одну из магических тюрем возле гор на границе, где крылатый должен был провести всю оставшуюся жизнь. Обычная стычка с низшими демонами, происходящая повсеместно на границе. Советник, получивший разрешение проводить сына, видел всё своими глазами. Даже больше того... Ашерон умер на его руках. А потом его тело на следующую ночь бесследно исчезло.

Император замял весь конфликт, но потребовал от Мир'ерна ещё большей платы. Он заставил его последнего сына пройти посвящение свету. Не стоит напоминать, что после обряда Лексиниар изменился. Это был уже не тот беззаботный, весёлый парень, любящий свою семью, работу, готовый собой пожертвовать за друзей. Он стал холодный, жестоким, не ценящим жизни других, стал безразличным к своей семье, судьбе. Лексиниар даже не вспомнил о своём младшем брате, над которым всегда любил подшучивать из-за тёмно рыжих, даже красноватых волос, а это так выводило младшенького...

- Зачем вы делаете это, Светлейший? - внезапно спросил Советник, поворачиваясь от окна. Хотя он уже давно не боялся смотреть в эти холодные бесцветные глаза, но даже несмотря на это, крылатого пробирала внутренняя дрожь.

Император провел рукой по подбородку и усмехнулся.

- Всё ещё не можешь смириться с этим? Такова жизнь, Мир'ерн. Приходится чем-то жертвовать. Это один из законов этого мира.

- Разве существует закон, запрещающий нам самим делать выбор? Зачем вы заставляете их проходить через это?

Светлейший смахнул со стола документы, и поставил на него тёмную бутылку дорогого вина и бокалы. Листы разлетелись по комнате, но никто даже не обратил внимания на это.

- Присоединишься? - спросил Император, наливая тёмную почти чёрную жидкость в бокал.

Советник, подумав всего лишь какое-то мгновение, сел в кресло напротив, беря из протянутой руки предложенный напиток. Это было старое вино с терпким немного горьковатым привкусом, таящее в себе массу оттенков вкуса и аромата.

- Неплохо, правда? - усмехнулся мужчина, глядя на своего собеседника. - Подарок Владычицы... Что уж говорить, но тёмные умеют делать хорошие вина. Чёрные слёзы[7] не так легко достать даже там.

Советник от этих слов чуть не выронил бокал.

- Вы встречались с Владычицей?

- Свет с тобой... моя дорогой друг, с этой женщиной я меньше всего намерен встречаться. Это давний презент с ещё мирных времён, но сейчас речь не об этом... Как я понимаю, ты недоволен моими решениями, Мир'ерн. - в голосе Императора зазвенела сталь.

Крылатый опустил глаза.

- Светлейший... я полностью поддерживаю Вас во всех ваших начинаниях и решениях, но это...

- Ты всё не меняешься... - холодно улыбнулся мужчина, отпивая тёмный напиток из бокала. - Я прекрасно знаю, о твоей нелюбви к этому обряду, но иногда обстоятельства складываются так, что мы не можем поступить иначе.

- Этот мальчик... он же только переступил порог совершеннолетия. Почему Вы сделали с ним это?

- Не стоит делать из меня чудовище, Мир'ерн. Хотя возможно ты в чём-то и прав... Мне плохо знакомо чувство жалости и сострадания. Я не человек, не ан'нэлор и уж тем более не эльф. Сомневаюсь, что мой род можно причислить к какой-либо расе этого мира. Я, так же как и Владычица создан нашими покровителями по своему подобию, и уж поверь мне, во мне намного больше чувств и эмоций, чем в них.

- Но это не повод делать из окружающих марионеток, Актеон... - это был редкий случай, когда крылатый мог, не боясь назвать своего собеседника по имени. - Сколько уже прошло этот обряд? Тысячи? Больше?

- Ты слишком критичен в этом вопросе. Без жертв невозможна ни одна война. Это всего лишь пара десятков жизней в обмен на тысячи других.

- И среди этих жертв мой сын...

- Его судьба в моих руках и только мне решать, жить ему или умереть. Я дал ему силу противостоять тьме в его душе после смерти брата, а личность была платой Свету. Каждый чем-то жертвует. Кто-то меньше, кто-то больше... Соприкоснувшись с чистой силой, нельзя остаться самим собой.

- Это насильственное вмешательство в их судьбы.

- Ты так к этому относишься только потому, что твой сын прошёл через всё это. Раньше ты имел другое мнение, Мир'ерн.

- Раньше это меня не касалось. Ты вполне мог бы заставить и меня пройти этот обряд, но не захотел.

- Ты ценен таким, какой ты есть. Мне не нужна ещё одна кукла, марионеток рядом и так предостаточно. Но раз уж сегодня зашла речь об этом обряде... - сказал Император, разглядывая на свет вино в своём бокале. - Скажи, Мир'ерн, почему мы называемся светлыми, а они тёмными? В чём разница между нами?

- В свойстве сил?

- Отчасти. Добро, зло... свет и тьма... всё это слишком зыбкие понятия. В своей сущности мы даже не слишком отличаемся от них. Даже у светлого можно найти столько пороков и грехов, что становится страшно, понимая, как по-настоящему черна его душа. Обряд посвящения свету, как и тьме, придумали после перелома. И чему же ты так удивлён?

- Вы говорите о тех легендах?

Практически змеиная улыбка появилась на лице Императора.

- Правильно. Большинство думает, что это были только глупые страшные сказки. Сейчас, наверное, только мой род и род Владычицы, да ещё и драконов, помнят, как всё происходило, но и то не слишком подробно. После Разлома мы все были поделены на Свет и Тьму, наши души были чисты. В этом мире вновь восстановилось равновесие. Тогда мы действительно могли выбирать свою сторону, не имела значения кровь, текущая по венам. Но потом в мир пришёл сын тьмы, и это покачнуло чашу весов. Чем больше проходило времени, тем сильнее менялись души окружающих. Свет и тьма, бывшие когда-то одним целым, всё теснее переплетались... А потом началась великая война... Перелом, после которого всё изменилось ещё раз. Сын Тьмы, посмевший пойти против всего мира, против всего живого. Когда всё закончилось, с каждым прошедшим годом в мире стало всё меньше рождаться действительно одарённых, а рождённых называли лучшим подарком судьбы. Это были дети, получившие поцелуй Света или Тьмы. А сейчас их почти и не рождается.