Моя дикая страсть (СИ) - Гром Юля

Побросав туфли в сторону, Марина бежит ко мне и на полном ходу запрыгивает, обвивая ногами.

— Батур, любимый, ты приехал, — виснет на шее и страстно впивается в губы.

— Тише ты, весь дом перебудишь, — еле сдерживаю себя, чтобы не наброситься на нее и не сожрать. Я до одури изголодался по ней. Целую неделю не видел.

Ее будоражащий аромат проникает в легкие и срывает стоп-краны, от чего все сложнее становится изображать рассерженного мужа. По дороге в спальню не перестаю напористо целовать жену, толкаю дверь, кладу Марину на постель.

— Как же я соскучилась, — шепчет мне на ухо постанывая и нетерпеливо стягивает с меня футболку. По телу прокатываются обжигающие волны.

— Где ты так поздно ходишь? Я же просил, пока меня нет в городе, сидеть дома по вечерам, — пуговицы с ее блузки летят в разные стороны. Мне необходимо утолить голод, нежности будут потом. Оголив грудь, обхватываю ее руками, посасываю затвердевший сосок, от чего у Дикой плывет взгляд и выгибается спина.

— Не рычи, любимый, у меня новый очень важный проект, — проводит ноготками по шее, потом груди и начинает нетерпеливо спускать брюки с боксерами. Это сумасшествие, дикая страсть с запахом тротила. С каждым днем я хочу Марину все сильнее.

— Ты ведь понимаешь, что провинилась? — в моем голосе металл. Встаю, бесстыдно рассматриваю до неприличия шикарное тело моей женщины.

— А я буду долго и очень усердно просить прощения, — томно на выдохе произносит и, увидев мой эрегированный член, Дикая облизывается и встает передо мной на колени.

Ну вот как она это делает, один невинный взмах ресниц, и я уже пластилин в ее руках, лепи что хочешь. Облизав головку, берет в рот на полную длину, пока член не упирается в горло. Взяв нужный ритм, сжимает плотно губы, она знает, как я люблю, и умело этим пользуется.

Я долго кончаю Марине в ротик. Меня ведет от вида ее распухших губ в моей сперме. Она облизывает их, едва успевает подняться, я заключаю ее в крепкие объятия и страстно целую. Прерываемся, чтобы сделать глоток воздуха.

— Как же я скучал, Дикая, — говорю хрипловатым голосом, во всем теле дрожь от предвкушения. Рву последние остатки одежды на ней, сопровождая грудным рыком.

— Моя красавица. Люблю тебя, — поглаживаю бедра, впиваюсь пальцами, оставляя красные отметины пальцами.

— Значит, я прощена? — хитро улыбаясь, Марина ложится на кровать, широко разводя ноги.

— Нет, Дикая, у тебя еще вся ночь впереди, чтобы вымолить прощение, — без прелюдий вхожу в нее. Она невероятно влажная. Я настолько возбужден, что снова готов кончить от того, как она дрожит подо мной.

Стоны в нашей спальне раздаются до самого утра. Я был жадным и брал эгоистично все что мог, жена мне целую неделю задолжала.

— Что там за проект у тебя на работе? — спрашиваю, любуясь шикарными формами жены, когда она выходит из душа. Она недовольна фигурой после родов и все время сидит на диете. А я в восторге от аппетитных форм. — Иди ко мне.

— Нет, Батур, стоит мне только лечь, ты меня не выпустишь, а сейчас дети проснутся.

А сама все равно подходит ко мне и ложится рядом.

— Мы начинаем строительство нового перинатального центра, — говорит, опустив глаза.

— Марина, не-е-ет. Я же тебя минимум год толком видеть не буду, и дети, кстати, тоже, — стискиваю ее в объятиях и хмурюсь. — Я, вообще-то, думаю, что нам пора еще ребенка рожать. Яману через две недели годик, самое время. А ты стройку затеяла.

— Батур, не преувеличивай, мы найдем хорошую строительную компанию, у меня есть заместители. А я буду подключаться в исключительных случаях, — наклоняется к моему лицу, губы накрывают мои, сначала робко, а затем перерастая в страстный поцелуй. Влажный горячий язык вторгается в мой рот. — Я очень хочу еще детей, но чуть позже.

— Ох, Марина.

— Ты должен увидеть проект, — подскакивает с постели и приносит папки с документами. — Батур, а ты не хочешь стать нашим инвестором?

— А третьего ребенка родишь? — подминаю под себя и начинаю целовать. Сжимаю ладонью налитую грудь. Возбуждаюсь мгновенно, стоит лишь прикоснуться к любимой.

— Ну, Батур. Так нечестно, это шантаж.

Эпилог 2

— Тебе не кажется, что между папой и Лидой что-то есть? — спрашиваю у Батура, когда он заходит на кухню за вином.

— Кажется, и причем давно, — поцеловав мою родинку на плече, тянется за штопором.

Собираться у нас по субботам всей семьей и друзьями стало хорошей традицией.

— Пусть у них все получится, — счастливо улыбаюсь, наблюдая в окно, как они мило воркуют.

— Когда человек влюблен, ему хочется всех вокруг сосватать, да? — обнимая меня, Батур щекочет за ушком своим дыханием.

— Прекрати, — делаю вид, что вырываюсь, когда сильная рука оказывается под юбкой. — Батур, у нас же гости.

— Кстати, Сашка звонил. Они с Леной задержатся. Она срочно на роды выехала.

Когда я была беременна, Батур выбрал лучшего врача, у которого я должна была наблюдаться, и спорить с ним было бесполезно. Врач оказался действительно профессионалом, а еще чудесной девушкой и по совместительству бывшей женой Саши. Он очень старается получить ее прощение, но Лена крепкий орешек и облегчать ему жизнь не собирается.

— Леська приедет? — спрашивает муж в перерыве между поцелуями.

— Не-а, она же устроилась работать, и ее послали в командировку, по ее словам, в непроходимую дыру.

— Вот это новость, наследница банковской империи пошла работать, — я уже слушаю мужа вполуха, потому что его пальцы в моих трусиках творят невообразимое.

Я очень счастлива, что мы с Леськой смогли сохранить нашу дружбу и общаемся как раньше.

— Гюль я отпустил в кино с подругами, уже скоро должна вернуться. Как не вовремя, — ругается Батур, когда звонит его телефон.

А я, пользуясь моментом, поправляю платье и достаю мясо из духовки, выкладываю его на большое блюдо. Подхожу к мужу, ощутив тревогу, исходящую от него волнами. Пока он слушает абонента, челюсти его все сильнее сжимаются.

— Хорошо, жду вас, — бросив короткую фразу, Батур убирает телефон в карман и отходит к окну. По напряженным пальцам, отстукивающим по столешнице, понимаю, что у нас проблемы. Спина мгновенно покрывается колючими мурашками.

— Что случилось? — бросив все дела, подхожу, ловлю его мрачный взгляд.

— Ко мне сейчас гости ненадолго заедут. А ты иди на веранду к детям и отцу, — обхватывает лицо ладонями, целует так нежно, словно оберегая. — Иди, Мариш. Я скоро подойду.

Посмотрев на него с подозрением, я все же беру блюдо с мясом и отправляюсь на веранду. Я стараюсь не спорить с мужем, это раньше я устраивала разборки со взрывом тротила, а теперь стала мягче и сговорчивее. Может, рождение ребенка так повлияло, а может, становлюсь мудрее.

— Какие ароматы, — говорит Лида, восхищенно осматривая мясо, которое я ставлю на стол.

— Что случилось? — подходит папа, сразу заметив по моим дерганым движениям что-то неладное.

— Не знаю. К Батуру сейчас какие-то гости приедут, — забираю сына у Лиды, когда он собирается захныкать.

Целую самые сладкие щечки, вдыхаю аромат, прижимаю к себе сыночка. Сердце заходится тревогой, когда вспоминаю все, что нам пришлось пережить в прошлом.

— Кариша, садись за стол, — разливаю всем сока, держа в одной руке Ямана, пока его привлек мой кулон и он передумал плакать.

— Ну и чего ты волнуешься? Деловой партнер приехал обсудить бизнес, обычная ситуация, — пожимает отец плечами и приступает к еде. — У-у-у, дочка, сегодня мясо у тебя особенно хорошо получилось.

— Пап, у вас на фирме дела хорошо идут? — волнение меня не отпускает.

Совсем недавно Батур мне рассказал, что сразу после свадьбы начал переводить многих клиентов в фирму отца и вкладывать туда свои личные деньги, тем самым готовя пути к отступлению.

Сейчас муж с отцом равноправные учредители успешного бизнеса. Меня очень радует, что между ними сложились хорошие отношения.

— Все отлично, ешь давай. Не порть всем аппетит.