Эдисон - Михаил Лапиров-Скобло

Эдисон делает еще целый ряд других важных изобретений, дает методы и процессы производства многих необходимых различным отраслям промышленности продуктов, ранее импортировавшихся из-за границы. Он дает методы получения необходимого для текстильной и резиновой промышленности мирбэна, анилиновых солей, ацетанилина, паранитро-ацетанилина, парамидо-фенола, беизодина, толуола, ксилола, нафталина в кристаллах и других. Его изыскания и опыты в этой области протекают параллельно с другими его работами, как, например, усовершенствование процесса изготовления пластинок для фонографа. Очень много можно было бы рассказать о проявленной Эдисоном изобретательности и энергии при разрешении многочисленных проблем, при преодолении затруднений, возникавших в процессе сооружения заводов и постановки новых производств. Одиннадцать заводов для производства различных химических продуктов, голод в которых вызвала война, спроектировал и соорудил Эдисон в течение примерно двух лет.

Рассказывая об этом периоде жизни Эдисона, Мэдкрофт говорит: «Для тех читателей, которые знакомы более или менее с жизнью Эдисона, мы скажем лишь, что его работы в этот период жизни были равноценны его предшествовавшим знаменитым изобретениям».

В дальнейшем, когда другие фабриканты начали выпускать перечисленные выше продукты, появились новые заводы и снабжение находившихся под угрозой отраслей промышленности было налажено, Эдисон отошел от этого дела и постепенно закрыл почти все свои химические заводы.

Из других областей, куда направлялся изобретательский гений Эдисона, назовем еще рентгеновые лучи и авиацию. Как известно, открытие Рентгена было сделано в 1895 году. Вскоре после того, как это открытие стало известно и обнародовано, сотрудники Эдисона приступили к отысканию кристаллов различных химических соединений, светящихся под действием рентгеновых лучей. Было получено около 8 тысяч разнообразных кристаллов.

В 1896 году широкая публика в США впервые познакомилась с действием рентгеновых лучей на Электрической выставке в Нью-Йорке, где был выставлен изобретенный Эдисоном флуороскоп. Аппарат этот, посредством которого можно было наблюдать действие рентгеновых лучей, имел вид ящика, с одной стороны которого вставлялся светящийся экран, покрытый вольфрамом с примесью кальция, а с другой – стекло, как в стереоскопе. Помещали какой-либо предмет между экраном и источником рентгеновых лучей. Предметы или части их, непроницаемые для лучей, создавали тень определенной формы на экране. Этот прибор нашел широкое применение в области хирургии.

Однажды, незадолго перед империалистической войной, Эдисона опросили, какой доход он получил от своих бесчисленных изобретений. Он ответил:

«Милый друг, я бы вам с удовольствием сказал, если бы сам знал точно. Я получал очень много, но то, что мне оставалось, составляет приблизительно годовое жалованье председателя железнодорожной компании, само собой разумеется, председателя большой железнодорожной компании. Деньги у меня тают в руках, так как в течение всей моей жизни я делал опыты, а на это уходит неимоверное количество долларов в год. На лабораторию я трачу ежегодно по крайней мере один миллион долларов. Когда я продал некоторые из моих изобретений «Вестерн Юнион», мне хотели заплатить 600 тысяч долларов сразу. Но так как я знал, что из этой суммы у меня ничего не останется в самое короткое время, то просил не выплачивать мне всю сумму сразу, а лишь по частям. Я надеялся, что таким образом не буду соблазняться неограниченными расходами на опыты. Но это не помогло. Я сделал много долгов и в конце концов все же должен был просить компанию выдать мне всю сумму».

У Эдисона не было страсти к наживе. Он не считал деньги самоцелью. Однако он крепко связал свою судьбу с судьбою капиталистического мира.

«Человеческое рабство не будет уничтожено, пока каждая работа, выполняемая теперь человеческими руками, не будет делаться машинами», – говорил Эдисон. Дальше этого его социальные чаяния, по-видимому, не пошли.

В вопросах социальных Эдисон был верным сыном своего класса, хотя он нередко даже на себе чувствовал его хищные когти. Интересовали его также и финансовые проблемы. В этом смысле особый интерес представляет его план помощи фермерам. Он даже напечатал специальную брошюру по этому вопросу.

«Земледелие и промышленность не могут финансироваться одним и тем же методом, – писал Эдисон. – Их нужды слишком различны. Мы должны что-нибудь сделать для фермера. Это – моральная обязанность. Фермер ничего не понимает в цифрах, и банки сдирают с него шкуру». В Сенатскую комиссию по земледелию поступило предложение Эдисона, которое сводилось к следующему: «Выпуск серии фермерских денег через Центральный федеральный фермерский банк. Деньги должны выдаваться фермеру на один год с выдачей 50 процентов под залог сданных продуктов». Для расчета этих 50 процентов Эдисон предлагал принять средние цены на 20–25 лет. С фермеров не будет браться процент за одалживаемые им деньги, но они должны оплатить расходы по сети государственных складов, в которых будут храниться продукты, под которые выдаются деньги. Эти склады, по плану Эдисона, должны быть построены по его, Эдисона, системе, литые из бетона.

Эдисон не был бы представителем своего класса, если бы вопросы общественного порядка не связывал непосредственно с интересами своего кармана, как это он делает в данном случае, предлагая широкий проект нового способа «облагодетельствовать» фермеров путем продажи им своих бетонных построек.

Мы видели уже, как Эдисон работал над созданием производства целого ряда важных химических продуктов, «голод» в которых вызывала война и прекращение импорта из Европы, и прежде всего из Германии.

Нет ничего удивительного, что, когда вспыхнула война, американские капиталисты стали возлагать на Эдисона большие надежды: недаром еще в девяностые годы во время войны между Америкой и Испанией Эдисон подал морскому министерству мысль об употреблении особых снарядов для освещения по ночам неприятельских судов. При ударе о воду эти снаряды должны были взрываться и воспламеняться, освещая пространство до четырех-пяти миль.

Еще задолго до того, как США вступили в империалистическую войну, морской министр Даниэльс обратился к Эдисону с предложением возглавить департамент изобретений и исследований, организуемый в морском ведомстве главным образом в связи с задачами подводной войны.

Эдисон дал свое согласие, после чего в его вилле «Глэнмонт» состоялось совещание, а 7 октября 1915 года в морском министерстве был организован Морской консультативный комитет, первым председателем которого был избран Эдисон. Заранее было обусловлено, что Эдисон будет работать фактически в качестве консультанта, не отвлекаясь исполнительской, административной работой.