Судьба некроманта (СИ) - Жеребьёв Владислав

Выведенный карандашом на листе белой альбомной бумаги, на меня смотрел ни кто иной, как Ворон, тот самый, в истинном своем облике. Как уж он сюда попал и что хотел от аномалии, мне было неведомо, но любой его помысел вел к катастрофе, смерти, тлену, предательству. Его следовало опередить, и дальше я уже не колебался.

23. На другом берегу

Лодка ударила носом о берег и выскочила на илистую отмель. Гном выбрался, ухватился за канат и поволок лодку вперед. Пропахав пару метров по песку, наше транспортное средство встало окончательно, и мы смогли без спешки выбраться на берег. Раздобыть лошадей тут не было ни малейшей возможности, а переправляться на большом пароме, означало привлечь к себе лишнее внимание. Орки хоть и дружественная мне нация, но пока я в этом было не сильно уверен, да и Фалько согласился. Стрела в глазнице путешествию не поспособствует. Оставалось передвигаться на своих двоих, и тут нам пригодилась помощь Эланиля. Помимо экипировки, легко доспеха похожего на кевлар, но прочного настолько, что он мог выдержать попадание из арбалета с расстояния в десять метров, нас снабдили запасом продовольствия, оружием и набором тонизирующих эликсиров, что активно использовали разведчики и пограничный гарнизон эльфов в ходе несения службы. Стоило осушить один такой флакон, и можно было топать без устали сутки, после чего просто выспаться, и не было похмелья, ломки или других побочных эффектов. Формулу этого чудесного снадобья Бэт не назвал, однако запаса выделил щедро, так что жаловаться не приходилось. Распределив груз, мы зашагали по пролеску в сторону тракта, что был указан на карте, и уже через пару часов выбрались на дорогу. Признаков орков в округе не обнаружилось. Ни стоянок, ни костров, ни патрулей, однако что — то мне подсказывало, что нас уже заметили и неустанно следили на всем протяжении пешего марша. Дороги на орочей земле пришлись мне по нраву. Ровная, хорошо укатанная полоса гравия тянулась куда — то к горизонту, иногда петляя и уходя то в лесок, то в луга, а сама территория была приятна для глаз. Пахло травой, свежестью, тянуло костерком… стоп.

Фалько вздернул руку вверх и наш небольшой отряд остановился.

— Костер палят. — Принц указал в сторону, где на небольшом пригорке, окруженном высоким колючим кустарником, явственно угадывались языки пламени. Через ровные промежутки времени от костра поднималось дымное облачко и устремлялось в небеса.

— Сигналят. — Решил я. — Прям как индейцы. Вот бы еще понимать, что они там передают.

— Как что? — Гном зябко поежился и на всякий случай спрятался за костистый бок Сатаны. — Спрашивают, с чем нас готовить. Надо ли варить, или сырыми пойдем. Только маринад, лук там репчатый, перец с солью.

— Чую. — Инфернальный зверь, теперь не прятавшийся и возвышающийся рядом в своем привычном облике, повел здоровенной башкой. — Чувства чую. Страх чую, ликование чую, смесь странная, но почти съедобная. Надо бы сгонять, повелитель, выяснить, что тут к чему, а то, как вспомню эльфийские россказни, то домыслы одни.

— Погоди. — Фалько перевесил эльфийский арбалет, перекинув полотняную лямку через шею. Так его ловчее было целить, да и руки от такой махины не сильно уставали. — Вон, похоже, идут.

Я пригляделся и заметил, как из — за пригорка осторожно выдвинулась группа существ, количеством не больше десятка. Все рослые, широкие, что пивная бочка, однако двигалась делегация так легко, будто бы кордебалет театра выдвинулся на прогулку. Вражды в них не чувствовалось, однако настороженность и опаска угадывалась.

— Без резких движений. — Решил я. — Я немного колдану, а там посмотрим, что и как. Эту боевую единицу мне растереть в пельмень непотребный пять секунд надо. Коба, достань пока отвар разрыв — травы и три коровьих лепехи.

— Обожаю, хозяин, когда ты такой целеустремленный. — Гном расплылся в довольной улыбке и запустил руку в свою суму, выискивая нужные снадобья.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Тем временем группа инициативных товарищей приблизилась настолько, что стали различимы детали. Орков в живую я видел первый раз в своей жизни, и естественно ожидал чего — то отвратного, уродливого или даже омерзительного, и, как в случае с длинноухими, опять ошибся. Статью они походили на дварфово племя. Широколицые, скуластые, с высокими лбами, широко расставленными глазами и глубокими носогубными складками. Верхняя губа орка оттопыривалась, показывая два несоразмерно больших клыка, уродующих его лицо и больше похожим на то, что я привык видеть в фильмах. Удали их, поставь зубной протез, и такой вот битюг с легкостью смешается с толпой в любом человеческом городе, да и эльфийском, пожалуй, тоже. Выглядели орки, кстати, весьма эффектно, и манерой поведения, выдержкой и выправкой, больше походили на пеший патруль, чем на группу безумных дикарей, швыряющихся чужими головами в тыл врагу.

Так же как и у эльфов, у орков наблюдалось единообразие в одежде, а если быть точнее, то в форме. Не броская, без излишеств, знаки отличия присутствуют. Хоть вязь и не знакомая, но закономерность явно угадывается. Одна закорючка, две, три, одна, но большая. У того, что отделился от вдруг остановившейся колонны, на плечах виднелось по две закорючки. На голове клыкастого незнакомца была надета полусфера, не то шляпа без полей, не то слишком уж плотная каска. Рука командира лежала на чем — то напоминавшем кобуру. Не дойдя метров десять, орк остановился и с интересом на нас взглянул. Произнес что — то, гортанно, почти по слогам.

— Кто понимает по орочьи? — Осторожно, так, чтобы не спугнуть удачу, поинтересовался я.

— Я понимаю. — Пискнул Коба, прячась за мной. Голос его дрожал от волнения. — Только не орочий это, точнее, не наш орочий. Он какой — то вроде и знакомый, а как заговорит, так и не понять.

— Ничего удивительно. — Тихо произнес Фалько. — Язык мог видоизмениться. Орки тут обособленны, так что вполне могут говорить на своем первоначальном наречии.

— Нихт фирштейн. — Развел я руками виновато, извиняясь. Внутри уже закипала магия, готовая в любой момент вырваться наружу и пройтись огненным смерчем по солдатам. Я для себя решил, что сейчас церемониться не буду, коли уж проклятущий Ворон на хвосте. Выживу, так попытаюсь вину загладить, а нет, так нет, все одно в котле вариться. — Ноу, найн, в общем, ни хрена мы тебя, товарищ орк, не понимаем.

Густые черные брови командира сдвинулись на переносице. Клапан того, что больше походило на кобуру, откинулся, и оттуда выглянуло что — то донельзя похожее на рукоять пистолета.

— Документы.

Сказано это было почти без акцента, однако с такой интонацией, с которой у тебя права инспектор требует.

Магия мысли — штука универсальная, и не только грязные мыслишки из серого вещества может срисовывать, но еще и служит мощным источником обучения. Это я понял еще в ходе своего путешествия, когда встречал на рынке или на улице странных и удивительных людей, прибывших явно из — за моря — океана. Когда ты касаешься их мыслей, аккуратно, почти крадучись, ты совершенно ничего не понимаешь. Человек говорить — то может на чужом языке, а вот думы у него на родном, том, что с младенчества освоил. Полная тарабарщина льется рекой, потом начинают проявляться первые признаки понимания, связи речевых схем. Обычно хватает минут десяти, чтобы начать понимать, что тебе говорит иностранец, а изъясняться на его наречии достаточно бегло, однако без особых идиоматических выражений, можно уже через пару часов. Практики такой у меня, конечно, было не густо. Тренировался от скуки, и вот представился шанс испытать мыслительную магию на полную катушку.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Умение это было отличным. Уже через минуту я начал понимать, что говорят орки. В основном они переругивались между собой, но был и вполне себе нормальный диалог, между тем мужиком, что у нас документы требовал, и стоящим в отдалении зубастым.

— Документы то какие, мил человек? — Улыбнулся я, напрягая магический слух. — Путники мы, идем в Лесной удел.