Его должница. Бой за любовь - Евсения Медведева

не стесняется вставить слово, а активно участвует в спорах. Как может…

Сонька тоже заливалась румянцем, хлопала ресницами, не понимая, как реагировать. Но на помощь пришёл звонок в дверь…

Она бросилась в коридор, чуть не перевернув кресло.

Слышал, как щелкнул замок… Топот и хлопок закрывающейся двери. А после тихое:

— Игорь, к тебе пришли…

Глава 40

40

Я машинально бросил взгляд на часы. Лютый с Савиным не стали бы приезжать без звонка, если, конечно, не конец света. Но раз гость дошёл до квартиры, значит, охрана с первого этажа пропустила его?

— Тём, ешь, пока мама не увидела, как ты ковыряешься, — я повернул пацана к столу, а сам поднялся, направляясь в прихожую.

София стояла у стены, сложив на груди руки, а когда заметила меня, встрепенулась и машинально спряталась за спину, интуитивно ища защиты.

У двери стояла охрана, а за ними высилась до сих пор внушительная фигура генерала.

Какого чёрта? Одного моего взгляда хватило, чтобы парни смутились и осознали всю тяжесть своего косяка. Как он тут очутился? Но с ними я потом разберусь.

Генерал… Что ты задумал?

— Спасибо, ребят, — проскрипел, транслируя злость, но именно в этот момент Сонька сцапала меня за руку, переплела наши пальцы, дав понять, что никуда не уйдёт. — Товарищ генерал? Чем обязан?

— Что, я на ужин не могу прийти к сыну? — генерал шагнул в квартиру слишком смело, на что получил отпор… Я просто вскинул руку, упираясь ладонью в мощную грудину, отчего мой незваный гость отпружинил, правда, вовремя схватился за дверной косяк.

— Мама? А это кто? Вау… — Тёмка появился из ниоткуда и завис, рассматривая парадный китель отца. — Дядя, вы что, адмирал?

— Да-да, подводно-канальной флотилии, — прошептал я, оборачиваясь к Соне. Она поняла все и без слов, наклонилась к Тёмке, что-то шепнула, а после взяла его за руку и повела в столовую.

— Хочешь посмотреть поближе? — генерал всегда был сообразительным, вот и сейчас понял, что проникнуть в квартиру он сможет, лишь находясь на глазах у ребёнка.

Знал, что при нём я не стану орать, и уж тем более не подниму руки. Ведь в противном случае дам ему козырь. Стану, как мой отец…

— Хочу! — Тёма даже не представлял, на что только что обрёк всех нас.

Генерал откинул мою руку, ловко вышагнул из ботинок и припустился за пацаном, тактично кивнув опешившей Соне.

— Я не понял… Какого хрена? — я на миг выглянул в холл, где уже вовсю творился хаос.

Прискакавший начальник службы безопасности говорил по телефону, нарезая круги, парни и вовсе выстроились в струну, виновато уставившись в пол.

— Шеф… Он не входил через парадную! — Санёк раскраснелся от ярости, периодически что-то гаркал в трубку, а после и вовсе замер, очевидно, услышав то, к чему не был готов. — Прокофьев купил своей новой жене здесь квартиру. Мы пробили камеры, он поднялся прямо из паркинга, воспользовавшись электронным ключом жильца.

Какого хрена? Я захлопнул дверь и поспешил опередить генерала, дабы он не возомнил, что, просочившись один раз, теперь будет заходить на запеканку по утрам.

И что за новость? Когда он успел жениться-то? И какого черта ему нужно от моей семьи?

— Не смотри на меня голодным зверем, я пришёл один, без дурных намерений. Во всяком случае, в присутствии дам, — генерал попытался улыбнуться, но все равно сорвался в гадкую ухмылку. — Ну? Ты меня представишь? Или самому?

— Лизавета Михайловна, Артём, это генерал Прокофьев, — я выставил ногу, предупредив желание генерала сесть рядом с пацаном.

На помощь мне пришла София, она отодвинула для гостя кресло и довольно мило улыбнулась. Генерал спорить не стал, присел на указанное место и откровенно стал озираться по сторонам. А когда его взгляд упал на накрытый ужин, он сначала застыл, даже лицо побледнело, а после вырвался смешок.

— Тысячу лет не ел домашних котлет. А пюре на молоке? — Прокофьев игнорировал наши взгляды, не замечал и недовольства Лизаветы Михайловны, что уже интуитивно поняла, кто это и зачем пожаловал.

И весь этот фарс разыгрывался исключительно ради одного человека — маленького мальчика Артёма. Генерал всё понял, правок в мой рассказ вносить не стал.

Вот она, плата за ложь! Стоит похоронить в своих мыслях человека, что биологически тебе является отцом, а на деле — полной гнидой, как карма притягивает тебя за уши, заставляя платить за каждое неаккуратное слово. Дорого… Очень дорого.

— Тогда отужинайте с нами, товарищ генерал, — Соня так похоже процедила «товарищ генерал», что Прокофьев усмехнулся. Он скинул китель, к которому был приклеен взгляд мальца, повесил его на спинку кресла, явно устаиваясь поудобнее.

— Я тоже буду генералом, — промычал Артем с набитым ртом. Он так торопился покончить с ужином, что почти не жевал. — Буду убивать преступников. Показать как?

Закончив с котлетой, пацан вскочил и начал нарезать круги, вертеться вроде черепашек-ниндзя, стоящих на страже правопорядка.

Но Артём даже не понимал, что демонстрирует он своё намеренье драться с негодяями не кому иному, как одному из главных злодеев этого города. Тому, кто долгие годы покрывает мерзость, подлость, жадность и трусость.

Он — самый охраняемый объект. Генерал нужен всем, кто вознамерился обогатиться за счет государства. Он даже дышит за вознаграждение!

— Артём, ты поел? — вдруг довольно громко произнесла Лизавета Михайловна и застучала тростью. — Читать!

— Ну, ба…

— Артём, идём, уже поздно, — Соня буквально швырнула тарелку перед генералом. — Приятного аппетита.

— Благодарю, — он улыбнулся, внимательно осматривая мою жену, после перевёл взгляд на грустного Тёму, хмурую бабулю, шустро укатывавшую подальше на своей электрокарете.

Соня быстро чмокнула меня и прошептала:

— Игорь, он того не стоит. Пусть говорит, зачем пришёл, и уходит. Я буду ждать тебя в спальне.

— Звучит как десерт.

— А это он и есть, Князев. Пусть изольет душу и проваливает. Договорились? Ты — не он… Генерал этого никогда не скажет, но я-то знаю! Ты добрый, справедливый, любящий и ответственный. А он — преступник, и его место в тюрьме, — она встала на цыпочки, прижалась лбом и улыбнулась. — Жду тебя…

Когда за Софией захлопнулась дверь, я все же обернулся, рассчитывая наткнуться на пристальный взгляд отца. Но нет… Он был слишком увлечен поеданием ужина, чтобы смотреть в мою сторону.

— Хватит жрать, жена накормит, — я нарочно пнул ногой ножку стула и вышел на террасу.

Вчера закончили монтаж небольшого крытого уголка, где стояли мягкие диваны. Здесь Соня отвела мне место для встреч с друзьями, если нужно уединиться и перекурить. Ну и заодно — высокое ограждение перекрывало любой доступ к