Элирм V - Владимир Посмыгаев

— И не завтракает.

— И не завтракает — кивнул я.

Герман приложил ухо к двери.

— Не понимаю, каким образом Глас умудряется трезво мыслить на пьяную голову? Лично я и двух слов связать не могу. Тупо фразы не клеятся. А у него, наоборот, просыпается дар красноречия.

— Спроси, что попроще. Не знаю — я указал взглядом на дверь — Ну, что там?

— Вообще ни звука. Может, спит?

— Спит? Честно говоря, я не помню, чтобы Гундахар когда-либо спал. Скорее попросту игнорирует.

— По типу: «Вы кто такие? Я вас не звал»?

— Угу.

— Блин. А ведь я хотел поздравить его раньше остальных. Даже торт испек — танк с грустью покосился на чуть помятое кондитерское изделие.

— Что поделать? Видимо, не судьба. Пошли.

Я направился в сторону лестницы.

— Погоди, а вдруг ему стало плохо?

— Плохо? Гер, он три тысячи лет просидел в тесном карцере без еды и воды. Под землей. Как ему может стать плохо в президентском номере? С душем, холодильником и видом на океан.

— Ну мало ли. Мы же, по сути, ничего про игвов не знаем. Вдруг у них там какие-то особые биологические циклы, от чего они раз в год чувствуют себя крайне паршиво? Я, между прочим, за неделю до своего дня рождения тоже всегда болею. Что не апрель, то ангина.

— Биологические циклы. У мертвеца. Который, ко всему прочему, бессмертен, как бы парадоксально это не звучало. Тебе не кажется, что твои опасения явно беспочвенны?

— И всё равно.

Я остановился. После чего шагнул в сторону и поправил ботинком загнутый уголочек ковра.

Не знаю почему, но эта мелкая деталь уже третий день как не давала мне покоя.

— Ладно. И что ты предлагаешь?

— Давай перелезем к нему через балкон?

— Сомневаюсь, что это хорошая идея.

— А что такого? Заглянем, поздравим и всё. Он же к нам лазал.

— Слышал поговорку: что дозволено Юпитеру, не позволено быку?

— Нет.

Я тяжело вздохнул.

— Ладно, тогда пошли.

«Тысяча людей. Две тысячи орков. Трехразовое питание. Соответственно, девять тысяч порций ежедневно или шестьдесят три тысячи порций в неделю. И это не учитывая тех, кто прибудет сюда вечером».

Элли медленно катила повозку с овощами, размышляя над тем, каким образом накормить всю ту ораву людей, что без конца сновала туда-сюда по территории крепости. Как и за её пределами.

«Шесть тонн картофеля. Полторы тонны репчатого лука. Три тонны мяса и рыбы. Мешок соли, три мешка сахара, дюжина мешков муки и столько же риса. Также необходимо заказать: масло, сыр, яйца, специи, столовые приборы, новые кастрюли, сковородки, крахмал, разрыхлитель, каких-нибудь свежих фруктов…».

— … а ну пошли нахрен отсюда…

Сдвоенный вскрик, приближающиеся к земле тени, и хрупкая повозка с грохотом разлетается в мелкие щепки.

БУМ!

— МАТЕРЬ БОЖЬЯ!

Испуганно вздрогнув, Элли резко отпрыгнула в сторону, а затем и вовсе бросилась наутёк, поспешив спрятаться за ближайшей грудой камней. На мгновение ей показалось, что крепость Вергилия была атакована, от чего на неё начала обрушаться западная башня.

Однако прошла минута, и повторных атак не последовало.

— … вот подонок…

Куча побитых овощей медленно пришла в движение.

— … а я тебе говорил, тупая затея…

Вниз по дорожке покатились кочан капусты и две тыквы.

— … да кто ж знал… Он ведь нам и слова не дал сказать… Сразу вышвырнул в окно…

— … хотя бы уникальная способность сработала… и то хорошо… Так бы разбились насмерть…

— … и не говори… Потерять уровень из-за такой ерунды…

Элли осторожно высунула голову из-за укрытия.

— Мальчики, вы чего?! Что случилось?!

— Да так — ответил я — Отведали коктейль из недопонимания и скверного характера.

— Скверного характера?! О чем ты говоришь? Кто вас обидел?

— Верховный главнокомандующий балуется.

Друг указал пальцем вверх.

— Ясно — нахмурилась женщина — Опять этот неупокоенный хам. Ну ничего, он у меня еще получит.

— Что?! Думали застать меня врасплох?! — послышался насмешливый крик — А вот хрена вам лысого! Будете знать, как подкрадываться к Гундахару, щенки!

— Ай, да пошел ты к черту! — взревел танк — Старый дурак! Я тебе, между прочим, торт принёс! Сливочный! В честь дня рож…

Бум!

Герману прилетел в лицо его же собственный шедевр кулинарии.

— Сам жри своё дерьмо, тупица! Я тебе сто раз говорил, что игвы не переносят лактозу!

— У-у-у, сука… — танк аккуратно протер залитые кремом глаза — Влад, знаешь что? Да пошел он. Вот реально. Еще пять минут назад я планировал потратить кучу денег и устроить для него грандиозный пир, но более не хочу. Пускай и дальше сидит у себя в комнате, полирует криолитовый кол и болтает с камнями. Надоело. Столько стараний и ради чего? Ради какого-то мертвого психа?

Я протянул Герману платок.

— Ладно, не злись. Он просто не знал, что мы хотели поздравить его с днем рождения. Скорее наоборот, решил, что мы затеяли какую-то пакость. Ты же его знаешь. Вечная бдительность, эхо войны и прочие маниакальные причуды.

— Что ты сказал?! — донеслось сверху.

Как оказалось, Гундахар по-прежнему наблюдал за нами с балкона, словно Саурон.

— Что слышал, ваше благородие — проорал я — С днем рождения!

Игв замер в недоумении.

— Как вы узнали?! Когда?!

— Глас подсказал. Точнее — его бабуля. Пару дней назад.

— Минуточку. Так значит, тупой амбал принёс мне…?

Удивительно, но прямо сейчас я впервые услышал, как в голосе Гундахара прозвучали нотки смущения.

— Да. Подарок.

— Надо же… — генерал перевесился через край парапета — Я почему-то был уверен, что вы решили пробраться ко мне в комнату, дабы испоганить мне настроение очередной ублюдской клоунадой. Велор, ты это… не обижайся, понял?

— Ладно.

Танк улыбнулся. Я, в свою очередь, тоже.

Вот чем мне особенно нравился Герман, так это своей отходчивостью. Что бы с ним не происходило, он всегда оставался по-настоящему большим добряком и просто не мог подолгу держать зло в себе.

— Подарок твой, конечно, дерьмо. Но я ценю.

— Так. Всё. Я жрать.

Вновь помрачнев, друг развернулся на каблуках и зашагал прочь. Я за ним.

— Вайоми, а кто еще знает об этом? — послышался вопрос.

— Все.

— А еще подарки будут? Или это всё, на что вы, жадные уроды, сподобились?

— Не спустишься — не узнаешь.

— Проклятье… Ладно. Так уж и быть.

— Тьфу ты. Он еще и одолжение из этого делает — буркнул Герман.

— А ты ожидал от Гундахара чего-то другого? — улыбнулся я.

— Да Влад. Ну что это вообще такое?! Три часа. Три часа я потратил на этот долбанный заварной крем и коржи! Смазывал противень маслом, протыкал тесто вилкой, чтобы не пузырилось. Плюс не поленился и сделал присыпку из шоколадной крошки и тертых грецких