Тайновидец. Том 4: Обратное течение - Алекс Рудин

— Учтем, — кивнул я.

— Будьте очень осторожны. Опасайтесь неожиданного удара.

— Я ему ударю, — сказал Миша, угрожающе сжав кулак.

Сотрудник Тайной службы с удивлением покосился в зеркальце на хрупкую рыжеволосую девушку.

Въезд на Шепчущий пост был перекрыт временными ограждениями. Я увидел, что брусчатка на мосту частично разобрана. Вынутые из мостовой булыжники лежали кучками, блестя в лунном свете.

— Проезжую часть разобрала полиция под видом рабочих, — предупредил водитель. — Дальше вы пойдете пешком. Удачи вам!

— Спасибо, — ответил я, выбираясь из мобиля и подавая руку Мише.

— Я сам, — отмахнулся Миша.

— Правильно говорить «сама», — тихо рассмеялся я.

Высадив нас, мобиль сразу же отъехал и скрылся в переулке.

Я огляделся.

Вокруг не было ни души. Совершенно пустой Шепчущий мост и такая же пустынная набережная. В редких окнах горел тусклый свет магических ламп.

Я почувствовал гнетущую атмосферу этого места. Точно такое же давление я чувствовал на Смоленском кладбище, когда мы с Зотовым охотились за мастером снов Тимофеем Градовым.

Я догадался, что Зотов окружил Шепчущий мост Завесой Неприятия. Она должна была отпугнуть случайных прохожих.

— Что-то мне не по себе, — шепотом сказал Миша.

— Это магия, — объяснил я.

Холодный ветер бесцеремонно пробирался под одежду и леденил тело. Сияющий лунный диск висел над самой серединой реки. Бледный свет отражался в черной воде, выхватывая из темноты пенные гребни. Течение с шумом разбивалось о каменные опоры моста.

— Идем, — сказал я Мише.

Мы неторопливо пошли по мосту.

— А если никакой засады на мосту не будет? — тихо спросил Миша.

— Значит, завтра мы встретимся с графом Мясоедовым у меня дома, — улыбнулся я. — Там нам и помощь полиции не потребуется. Мой дом прекрасно справится сам.

Но засада все же была. Не успели мы дойти до середины Шепчущего моста, как впереди появились сразу три неясные фигуры. Они быстро шагали нам навстречу.

Они подошли ближе, и я узнал Мясоедова. Вместе с ним были двое парней из его охраны. Я вспомнил одного — именно он открывал мне калитку, когда я приходил к графу.

— Доброй ночи, господин Тайновидец, — оскалился Мясоедов. — Не ожидали?

— Здравствуйте, ваше сиятельство, — спокойно ответил я.

— Взять его! — коротко скомандовал граф своим подручным.

Охранники молча бросились на меня.

Отбиваясь от них, я увидел, что в руке Мясоедова что-то блеснуло. Мне показалось, что это нож.

Пригнувшись, я врезал одному из охранников Мясоедова в печень. Он согнулся от боли.

Мясоедов шагнул к Мише и замахнулся. Но Миша его опередил. Он резко выбросил руку вперед. Кулак Миши впечатался в тяжелый подбородок графа. Мясоедов поперхнулся, нелепо взмахнул руками и плюхнулся на мостовую.

И тут время остановилось.

Замерли охранники, почти добравшиеся до меня. Замер Мясоедов — в его зрачках отражалась крохотная луна. Застыл Миша с выброшенным вперед кулаком.

Замер даже ветер.

Только металлический предмет, который выронил Мясоедов, медленно падал на мостовую. Я узнал тяжелое бронзовое пресс-папье, которое видел в кабинете графа.

В ночном сумраке возникли темные фигуры и подбежали к нам. Это были полицейские. Четверо скрутили охранников графа, а двое подняли Мясоедова и надели на него кандалы.

Я услышал щелчок, и время снова пошло. Холодный ветер сердито взъерошил мои волосы. Пресс-папье звякнуло о камни и откатилось в сторону.

— Спектакль окончен! — услышал я голос Зотова.

А затем и сам Никита Михайлович подошел к нам.

— Как вам понравилось наше эффектное появление, господин Тайновидец? — весело спросил он.

— Впечатляет, — согласился я. — Что это было?

— Работа мага времени, — ответил Зотов. — Он иногда сотрудничает с нами, когда Тайной службе необходима его помощь. Я решил воспользоваться его услугами для вашей безопасности.

— Познакомите? — с интересом спросил я.

— Он предпочитает оставаться в тени, — покачал головой Зотов. — Разве что сам захочет представиться.

— А полицейские? Где вы их спрятали?

Зотов коротко рассмеялся.

— Господин артист замаскировал их под фонари. Неужели вы не заметили?

— Нет, — признался я. — Видимо, Завеса Неприятия сбила меня с толку.

Никита Михайлович повернулся к Мясоедову. Губы графа были разбиты, по подбородку текла кровь. Миша хорошо ему врезал, как и обещал. Полицейские крепко держали Мясоедова за руки.

— А ведь я до самого конца не верил, что это вы, — сказал Зотов. — Хорошо, что господин Тайновидец вас раскусил. Зачем вы это сделали? Ритуал? Или была другая причина?

Но Мясоедов не обратил на него никакого внимания. Граф смотрел только на меня, и в его светлых глазах горело безумие.

— Отдайте мне девушку! — хриплым голосом потребовал он. — У меня есть еще одна попытка.

Мясоедов попытался вырваться, но полицейские крепко держали его за руки.

— Ничего себе, — удивился Зотов. — Он до сих пор не понял. Ладно, уводите их. В управлении все расскажут.

— Подождите, Никита Михайлович, — вежливо попросил я.

И подошел к графу.

— Нет у вас никакой попытки. Видите, луна уже почти скрылась за деревьями. Вы не исполнили свой договор с магией.

— Отдайте девушку! — повторил Мясоедов. — Она моя! Я все сделал правильно, я разрушил ее жизнь. Остался последний шаг, и я получу могущество.

Его голос сорвался на визг.

— Поздно, — усмехнулся я. — Миша, выпей Зеркальное зелье. Покажи ему свое настоящее лицо.

— С удовольствием, — кивнул Миша, откупорив флакон. — Чуть пальцы не сломал об этого гада.

Он одним глотком выпил Зеркальное зелье. Фигура Миши дрогнула и расплылась. Затем снова стала четкой.

Вместо хрупкой рыжеволосой девушки перед нами стоял Миша Кожемяко собственной персоной.

— Кто это? — ошалело выдохнул Мясоедов.

— Полицейский следователь Кожемяко, — представился Миша. — Граф Мясоедов, вы арестованы по обвинению в нескольких убийствах.

Он шагнул вперед, и тонкое ситцевое платье с треском лопнуло на его могучем плече.

— Погодите, — возразил Зотов. — Арестованного забирает Тайная служба. Я должен разобраться с этим ритуалом.

Они заспорили, а я внимательно следил за незаметным движением лунного диска. Луна почти зашла. Еще секунда — и она полностью скроется за верхушками деревьев. Но в последний миг лунный диск ослепительно вспыхнул, словно задумал превратиться в новое солнце.

— Нет, — пронзительно выкрикнул Мясоедов. — Нет!!!

Его истошный крик перешел в звериный