Полковник Гуров. Компиляция (сборник) (СИ) - Леонов Николай Иванович

Казалось, что у Морозовой и Григоряна было больше возможностей, чтобы завести дружбу с политиком. Актер в эту компанию как-то не очень вписывался. Как ни пытался Гуров привязать его к заказному убийству журналиста, в любой из цепочек событий Ермаков оказывался лишним. Ни его образ жизни, ни его отношение к мнению общественности не давали повода думать, что за оскорбление актер мог бы убить.

Если только у Челнокова не было каких-то документов, способных «похоронить» карьеру и бизнес Ермакова. В этом случае актер идеально вписывался в сложившуюся картину. Умом он явно не блистал, а все, что происходило в этом деле, явно говорило о недальновидности заказчика. И само убийство журналиста не выглядело работой профессионала, и инсценировка ограбления явно не удалась по всем статьям. Да и глупый обыск в доме Челнокова явно не выказывал большого ума организатора преступления. Если только тот не был доведен до отчаяния. Вот только Ермаков отчаявшимся не выглядел. Впрочем, на то он и актер, чтобы уметь скрывать свои эмоции!

Прерывая размышления Гурова, телефон зазвонил вновь, и опять номер оказался неизвестным. Несколько секунд Лев удивленно смотрел на трубку, раздумывая, кто на этот раз пробует вмешаться в ход расследования – политик, бизнесмен, чиновник или очередной полицейский генерал, а затем решил не ломать голову и ответил на звонок.

Голос в трубке он узнал сразу. Это был Евсеев Иосиф Владимирович по кличке Вождь, бизнесмен и вор в законе, которого сыщику ни разу не удавалось прижать как следует. Евсеев вел дела очень осторожно, и привязать его к какому-нибудь значительному преступлению казалось просто невозможным.

– Здравствуй, Лев Иванович, – чуть хрипловатым голосом проговорил звонивший. – Узнал старика?

– Не такой уж ты старик, Иосиф Владимирович, каким пытаешься казаться, – с легкой усмешкой ответил Гуров. – Ты никак на пенсию захотел? От дел решил отойти и прийти ко мне с повинной?

– На пенсию хочется очень, но некому дела передавать, – в тон ему ответил Евсеев. – К тому же в будущем году еще двух внуков в Англию на учебу отправлять, а по нынешним временам это дело затратное!

– Ну, уж мне о своей тяжкой доле можешь не рассказывать, – прервал его Лев. – Тебе от меня что потребовалось?

– А что, до меня кто-то с просьбами обращался? – поинтересовался авторитет.

– Иосиф Владимирович, ты же меня знаешь. Я на вопросы преступников редко отвечаю, – отрезал Гуров. – Чего хотел, говори?

– Ну, Лев Иванович, какой из меня преступник. Я обычный бизнесмен средней руки. Примерный семьянин и все такое, – начал было старую песню Евсеев, но, словно почувствовав возрастающее недовольство сыщика, сменил тему: – Лев Иванович, ты бы придержал своего друга-волкодава. Зачем он уважаемых людей беспокоит и беспредел вытворяет? Не там он ищет, честное слово!

– Чего-то я не пойму, о чем ты говоришь, – удивился Гуров.

– О друге твоем, Станиславе, – пояснил вор. – Он начал шалманы штурмом брать, хватает всех без разбора. Может быть, ты его притормозишь, а мы с тобой встретимся и обсудим, чем друг другу можем помочь.

– А кто сказал, что я тебе помогать собираюсь? – спросил Лев, старательно пытаясь скрыть удивление: с Крячко нужно было срочно потребовать объяснений.

– А мне большой помощи и не требуется, – ответил Евсеев. – Ты дашь команду наших ребят по убийству журналиста не трогать, а я тебе помогу киллеров отыскать.

– И с чего это ты такой сегодня щедрый? Точно на пенсию не собираешься? Так тебя же свои туда насильно могут отправить.

– Лев Иванович, может, все-таки подъедешь ко мне и побеседуем? Тет-а-тет подробности обсудим? – настаивал на своем криминальный авторитет. – Не телефонный это разговор, сам понимаешь.

Ехать домой к вору в законе Гуров, конечно же, не собирался. Как и Евсеев наотрез отказывался наведаться в полицию. Для вора это было «не по понятиям», дескать, уважать его перестанут. В итоге местом встречи был выбран один из ресторанов, до которого Гурову было минут двадцать езды. Отправившись на встречу, он набрал номер Крячко:

– Стас, что ты натворить успел? Мне уже на тебя жалобы поступать начали.

– Кто-то из воров в законе на связь вышел? – догадался Крячко. – Я немножко осиное гнездо поворошил, а то скучно как-то стало.

После обычной порции шуток собственного изготовления Станислав наконец рассказал Гурову, что случилось. Дело в том, что, проверяя один из тренажерных залов, куда наведывался Челноков, в списке членов он увидел фамилию одного рецидивиста, которого они с Гуровым арестовали несколько лет назад. Оказалось, этот субъект записался в тренировочный зал около двух недель назад. Причем именно к тому тренеру, с которым занимался покойный Челноков, и в то же самое время.

Крячко проверил секцию рукопашного боя, и оказалось, что Алиев и там появился примерно в тот же срок. Вдобавок история с тренером и временем занятий и там повторилась! Недолго думая, Станислав прихватил бойцов ОМОНа и отправился сначала на квартиру рецидивиста, а когда того дома не оказалось, начал рейд по известным адресам воровских притонов, разыскивая Алиева. Ну, и прихватывал с объектов по несколько человек, чтобы им «жизнь медом не казалась»!

– Завязывай с этим, Стас! – потребовал Гуров, когда Крячко закончил рассказ. – Евсеев говорит, что у него какая-то информация по убийцам Челнокова имеется.

– Ого, я самому Вождю хвост прищемил?! – рассмеялся Станислав. – Лева, я еще Алиева не нашел.

– Нужен будет Алиев, возьмем. А пока я Евсеева послушать хочу, – отрезал Гуров.

– Ну, Вождь тебе столько пламенных речей натолкает, что на своей таратайке не увезешь, – фыркнул Крячко. – Ладно, коней пока попридержу. Начну тогда видеозаписи с камер наблюдения изучать. Я с пяти точек информацию взял.

– Ах, какой ты молодец, возьми с полки пирожок! И, Стас, если опять захочешь в боевиках поучаствовать, мне сообщи. А то стыдно информацию о друзьях от воров узнавать.

Евсеев был суховатым старичком с лицом православного святого. Глядя на него, было трудно предположить, что в 90-х годах прошлого столетия он обвинялся в соучастии в нескольких громких преступлениях. Правда, нормальную доказательную базу следователям тогда собрать не удалось, и Евсеева посадили на несколько лет за какую-то ерунду. А из зоны он вернулся уже коронованным вором в законе и перебрался из провинции в Москву. С тех пор ни с какими преступлениями связать его напрямую никому не удавалось. У Гурова складывалось ощущение, что вора в законе покрывают весьма серьезные люди. Может быть, даже из ФСБ.

Официант проводил сыщика в отдельный кабинет, и Евсеев с отеческой улыбкой на лице поднялся ему навстречу. Рукопожатиями они обмениваться не стали. Вор в законе лишь широким жестом предложил Гурову присоединиться к трапезе.

– Спасибо, меня уж сегодня кормили, – отказался Лев. – Рассказывай, зачем звал.

– Лев Иванович, не обижай старика, – укоризненно посмотрел на него Евсеев. – Я же тебе от чистой души и с уважением предлагаю. Наверняка весь день у тебя во рту ни крошки не было. Одни чаи да кофеи гоняешь. Хоть бутербродик съешь. Буженинка отменная!

Секунду поколебавшись, Гуров все-таки решил перекусить. Действительно, с самого утра он еще ничего не ел, а от аппетитного аромата блюд невольно началось обильное слюновыделение. Взяв буженины, хлеба и лист салата, он соорудил нехитрый бутерброд и вопросительно посмотрел на Евсеева:

– Так что, Иосиф Владимирович, объясняться будешь?

– Ну, Лев Иванович, сам понимаешь, слухи быстро распространяются, – ответил тот. – Так что о том, что журналиста убили по заказу, я часа три назад уже знал. Сам знаешь, я с такими делами стараюсь не связываться, но тут твой Станислав начал беспредельничать. Пришлось кое-какие справки навести.

– Не тяни кота за хвост, – поморщился Лев. – Я уже вышел из того возраста, чтобы сказками заслушиваться.

– Какой ты нетерпеливый, Лев Иванович. Не дашь старику себя байками потешить, – вздохнул Евсеев. – Мне, может быть, с умными людьми общения не хватает!.. Ладно, Челнокова убили не наши. Никто из авторитетов ничего о заказе не слышал. Гастролеры поработали, однозначно. Или кто-то, кто за такую работу в первый раз взялся.