Джунгли зовут. Назад в прошлое. 2008 г - Валерия Корносенко

Я не знала, который час, сколько времени прошло с тех пор, как… как всё это случилось.

Первой мыслью было, что нас с Ариной, скорее всего, потеряли и сейчас ищут по всему острову. Представила себе разборки и объяснения, которые меня ждут, и невольно поморщилась.

Спрыгнула с камня. Ощущения в теле были странные, словно я долго плыла под водой и только сейчас вынырнула на поверхность. Всё произошедшее казалось сном, нереальным и пугающим.

Но в то же время я чувствовала, что изменилась. Будто раньше смотрела на мир через мутную пленку, а теперь всё стало чётким и ясным. Несмотря на глубокую ночь, я различала каждую травинку, каждое насекомое. Это было странно и в то же время правильно.

На небе уже висела луна, заливая джунгли призрачным светом, а я интуитивно чувствовала направление, в котором нужно идти. Ещё я чувствовала… что поблизости нет крупных животных.

Страха не было, только странное, почти мистическое спокойствие.

Меня переполняло странное чувство удовлетворения.

Я выручила Сенсея, не оставила своего наставника в трудной ситуации, не бросила его одного в этом… безвременье. Он достоин лучшей жизни, достоин быть счастливым, достоин простых человеческих радостей.

Я знала, какой тернистый и извилистый путь он прошёл в прошлой жизни, и что, несмотря на всю внешнюю крепость, в его душе царила пустота.

Я была его последним заданием, и он справился. Выполнил своё предназначение.

И я искренне надеялась, что Волчица даст ему шанс. Позволит прожить обычную жизнь, жить среди людей, обрести покой, познать счастье.

Я поспешила по едва заметной тропинке обратно к берегу. Двигалась вдоль кромки прибоя, вглядываясь в темноту, пытаясь определить направление к лагерю. Неожиданно вдали показался яркий свет прожекторов, и я увидела, что к острову подлетает вертолет. Освещая прожекторами площадку на песке, машина плавно совершала посадку.

Внутренний голос подсказал мне, что там Арина. Я побежала к вертолету.

С другой стороны, от лагеря, навстречу двигались темные фигуры — члены нашей команды. Меня поразило, что, несмотря на глубокую ночь, нас никто, как оказалось, не искал!

Этот факт вызвал во мне бурю негодования. С одной стороны, хорошо, что всё обошлось, а с другой — это было просто возмутительно! Мало ли что с нами могло случиться! А они тут себе спокойно кокосы ковыряли… Меня разобрала детская обида. Я поняла, что во мне бунтует моя вторая личность и улыбнулась этому понимаю.

Все было ново. Мироощущение и понимание себя.

От мощных винтов вертолета шли резкие порывы ветра. Шум в ушах стоял такой, что я не слышала собственных мыслей. Но когда винты, наконец, затихли, и наступила благословенная тишина, из вертолета вышла Арина.

Мы бросились друг другу в объятия.

— Ариночка! Как ты себя чувствуешь? Я так перепугалась! — выпалила я. — Слава богу, всё обошлось! А то не связи, ничего. Я уже что себе только не надумала!

— Эта змея оказалась ядовитая, но, видимо, либо мало яда попало, либо она ещё молодая, и яд неконцентрированный. А может недавно кого-то кусала и не успела накопить новый! — пояснила Арина, морщась от воспоминаний. — Мне насандалили полную попу уколов, теперь неделю сидеть не смогу. Но самое главное… я ведь прилетела попрощаться…

— Как так? — я не была готова к такому повороту. — А как же передача, съемки? Как же наше участие?

Мне хотелось по-детски расплакаться.

— Ну куда же ты, Ариночка? — с трудом сдерживая слезы, прошептала я. — Мы только сблизились, у нас ещё впереди столько задушевных разговоров…

— Да мне самой, если честно, уезжать не хочется, — вздохнула Арина. — Но мой… покровитель сильно распереживался. Ему не нравится это место… говорит, что природа здесь слишком «агрессивная» и мне может что-либо угрожать, а он никак не может это проконтролировать и меня обезопасить. Поэтому очень просил все мои эксперименты с телевизионной деятельностью временно свернуть и вернуться в Москву. А я… я не смогла ему отказать, — подруга широко улыбнулась, — Хочешь со мной полететь?

— Я даже не знаю… — растерялась я. — Как же я полечу, если мы участвуем в проекте? Наверное, мы подведем команду, если сразу два участника выйдут… Да и в Москву мне пока рано… — я чувствовала это, — Спасибо. Останусь.

— Но ведь скоро всё равно, рано или поздно, вылетишь с проекта… Испытание закончится, и ты вернешься. Мы ведь ещё встретимся?

— Конечно!

Арина бросилась мне на шею, обнимая и целуя.

— Спасибо тебе большое! Ты так меня поддержала! Ты даже не представляешь, у меня было столько сомнений, столько переживаний… Ну, ты сама знаешь, по какому поводу… А ты так всё грамотно разложила, так всё привела в порядок… Что все мои сомнения улетучились. Ты права, «лучше жалеть о сделанном, чем несделанном!», или лучше вообще ни о чем не жалеть! Наша жизнь слишком коротка, чтобы лишать себя радостей и удовольствий.

Я улыбнулась подруге, подбадривающе похлопав ее по плечу.

— Все так.

— Ну, я полетела! — сказала Арина. — Счастливо тебе тут оставаться… веселой кокосовой диеты! — она заливисто рассмеялась.

— О, боже, не напоминай, — закатила я глаза. — Хорошо вам долететь!

Я отошла назад, к членам нашей команды. Они растерянно перешептывались, спрашивали, что происходило. Я хотела им ответить, но тут снова запустили вертолетные лопасти. Машина начала подниматься в воздух, заглушая рёвом турбин любые слова.

Мы стояли, провожая взглядом улетающий вертолет. На душе у меня была такая лёгкость и радость, что всё обошлось, и я нечаянно не сломала ход истории. И Арина не пострадала.

Я знала. Сегодня был переломный день. Теперь точно все будет хорошо.

* * *

Мы сидели вокруг потрескивающего костра. Языки пламени плясали, отбрасывая причудливые тени на наши лица. Все возбужденно щебетали, перебивая друг друга, взахлеб делясь впечатлениями от прошедшего дня.

Вдруг Юлия Ковальчук, нервно теребя тоненькую серебряную цепочку на шее, обратилась ко мне.

— Анна, а ты ведь… экстрасенс, да? Я не ошибаюсь? — в ее голосе слышалась смесь любопытства и робости.

Я отмахнулась, словно отгоняя назойливую муху, и, напустив на себя вид таинственности, пробормотала:

— Ну, не то чтобы… так себе экстрасенс.

— А будущее предсказывать можешь? — Юлия не сдавалась, глаза ее блестели в свете костра, как два маленьких уголька.

В 2007-м все были просто помешаны на всякой мистике, и звездные участники шоу — не были исключением.

—