Последний рыцарь Тулузы - Юлия Андреева

Следя за Ричардом, я подкупил служанку леди Жанны, но то, что передала она, внесло лишь еще большую неразбериху в этот вопрос.

Так, девушка утверждала, что сразу же после распятия Господа нашего Иисуса Христа и воскрешения его через три дня его возлюбленная Магдалина и сопровождающие ее апостолы были вынуждены нанять небольшое судно, чтобы бежать от преследовавших ее римских сановников.

Они плыли по воле волн, несколько раз сбиваясь с курса, пока, наконец, перед ними не развернулся прекрасный берег. Красивые горы и чистые реки, виноградники и фруктовые сады манили измученных людей. Ко всему прочему, Магдалина носила во чреве своем дитя, а в руках ее находилась шкатулка с драгоценным Граалем – камнем, сосредоточивающим в себе всю благость и чистоту горнего мира, который Иисус Христос завещал своим верным рыцарям.

Мария Магдалина ступила на благословенный берег Лангедока, и тут же в сердце несчастной дамы прозвучал голос ее любимого, который незримо присутствовал с ней во время всего путешествия.

– Останься здесь, душа моя. Воспитай в этих местах наше дитя и возглавь общину. Бог есть Любовь, счастье мое. Иди, неси этот свет людям. Создай на этой чудесной земле первую Церковь Любви и завещай ей камень Грааль.

Так появилась первая Церковь Любви, а позже и рыцари любви, с неба спустился золотой сокол, в лапах которого был зажат свиток с правилами Мене и уставом рыцарского ордена во имя любви.

Сейчас, как выяснила Жанна и повторила за ней служанка, хранительницей Святого Грааля является епископиня катар Эсклармонда де Фуа, которой помогает дева Репанс де Шой.

Сам камень хранится в крепости Монсегюр, в подземной церкви на алтаре, сделанном из растущего из земли сталактита.

Правда, остается загадкой: отчего же Ричарду понадобилось рыскать за священным камнем по всему белу свету, если четко и ясно известно место его нахождения?

На это служанка не знала ответа. По ее утверждению, хозяйка то говорила, что камень должен храниться в Монсегюре и только там, то вдруг сообщала, что хранители перепрятали сокровище.

То есть либо знавшие о поисках Ричарда катары постоянно перевозят камень из одного замка в другой, что вряд ли, учитывая тот факт, что Монсегюр во все времена была самой защищенной крепостью Лангедока, а значит, где прятать святыню, как не там? Либо охрану святыни поручили какому-нибудь сумасшедшему, который по собственному усмотрению таскал его с собой.

Я навел справки об Эсклармонде де Фуа и Репанс де Шой и выяснилось, что они преспокойно живут в Монсегюре, ведя полумонашескую, полусветскую жизнь. Вообще, идею о том, что прекрасная донна мотается по Лангедоку с сокровищем в руках, я отбросил сразу. Не могла женщина, тем более молодая женщина, бродить по дорогам, точно бродячий жонглер. Ее бы уже давно захватили в плен какие-нибудь разбойники, да и вообще – если бы кто-нибудь когда-нибудь узрел воочию странствующую даму, все говорили бы только об этом чуде, не заметив даже божественный свет Грааля. Поэтому я попытался сосредоточиться на образе рыцаря одной из этих дам, странствующем рыцаре, коих было много и среди которых можно было затеряться истинному хранителю.

Почему я выбрал рыцаря, а не катара-монаха – думаю, это очевидно. Катары не могли носить оружия, а значит, случись хранителю реликвии попасть в руки врагов, он не сумел бы отбиться от них и спасти Грааль.

Все эти предположения я передал Раймону, но дальше дело не сдвинулось, так как Раймон встретил Элеонору Арагонскую и не желал думать ни о ком другом, как только о новой даме своего сердца.

О том, как Раймон вновь спас Тулузу от посягательств Ричарда, и о том, как он снова был отлучен и проклят

В 1198 году на папский престол в Ватикане взошел Папа Иннокентий Третий. Мир еще не видел более деятельного и ревностного к истинной вере понтифика.

Не прошло и двух месяцев, как он начал рассылать письма прелатам, князьям, рыцарям и простым людям с повелением сжигать еретиков и забирать себе их имущество. Последнее предложение не могло не заинтересовать охочих до чужих земель и богатств нищих рыцарей. Но в Тулузском графстве подобные идеи не прижились. Граф проповедовал веротерпимость, и никто не желал ради нескольких монет или тюка с бельем соседа прослыть позорным Иудой.

Жанна Английская умерла в начале 1199 года от тяжелой простуды, что послужило началом новой серии сплетен про моего хозяина. Злые языки утверждали, в частности, что Раймон отравил сестру Ричарда, так как замыслил новый брак с дамой своего сердца Элеонорой из Арагона.

Не могу с этим согласиться, так как, во-первых, наличие жены для Раймона никогда не являлось препятствием для начала нового романа. Во-вторых, Жанна была больна уже много лет. И наконец, в-третьих, союз с Плантагенетом обеспечивал Тулузе мир с Англией. Сразу же после смерти сестры неугомонный король снова начал грозить войной, так что Раймону не осталось ничего иного, как спешно засылать сватов в Арагон, жениться на своей красавице, поставив, таким образом, силы Арагона как щит против алчной до чужих земель династии Плантагенетов.

Впервые Раймон женился по любви и впервые я видел его таким сияющим и счастливым. Казалось, все неприятности отошли прочь, и только Английский Лев свирепо скалился из темноты, сгущающейся вокруг нашей родной Тулузы, да со стороны Парижа тянулись черные тучи ненависти. Все это время я занимался ревизией укрепления крепостей и дополнительным набором и подготовкой воинов в отряды.

Время от времени, переезжая из одной крепости в другую, я встречал на дорогах разодетых в пурпур и золото католических священников, епископов, путешествующих в дорогих каретах и на специальных носилках с балдахинами. Из-за расшитых золотыми и серебряными нитками занавесок они смотрели на окружающий мир, проповедуя смирение, кротость и бедность. Было смешно и нелепо слышать, как эти чванливые и не привыкшие к работе люди рассказывали о Христе, который ходил по земле босым и нищим.

Пару раз я встречал Ричарда, не собирающегося, по всей видимости, покидать наших благословенных земель даже после кончины сестры. С досадой и разочарованием следил он за укреплением крепости Табор, куда я приехал за неделю до этого с инспекцией и артелью каменщиков, посланных хозяевам замка моим господином.

Я думал, что нам уже никогда не удастся избавиться от проклятого крестоносца, но в том же году он неожиданно погиб во время осады замка Шалю, принадлежащего его бывшему вассалу Аймерику виконту Лиможскому, посмевшему скрыть от жадного взора Ричарда, якобы принадлежащую ему драгоценность.

Уж не знаю, действительно ли Аймерик скрывал за стенами своего замка Святой Грааль, или речь шла о какой-то другой реликвии. Насколько мне известно, под стенами Шалю Ричард нашел бесславную смерть.