Дневник (1918-1919) - Евгений Харлампиевич Чикаленко

закона Ц. Рады, которая была тогда законодательной институцией, карают, бьют и всячески истязают. Не удивительно, что крестьяне затаили в себе злобу против панов и кое-где оказывают вооруженное сопротивление, а везде надеются то на большевиков, то на англо-французов, которые прогонят немцев, а тогда крестьяне вырежут всех панов до последнего.

8 августа

Из газетных новостей видно, что дела советской власти в Московии совсем плохи. Вся Сибирь уже отпала; чехословаки с дутовцами заняли уже всю Волгу и прервали железные дороги в Москву и таким образом отрезали от нее этот хлеборобный район, на Кубани и на Дону казаки с помощью добровольцев, русских офицеров, выбивают последние большевистские отряды; Мурманский и Архангельский края уже захвачены англичанами, среди которых есть сербские части, организованные еще самодержавным и правительством Керенского из австрийских пленных. А советских войск едва хватает, чтобы удерживать власть большевиков, как теперь называют Московию, потому что в газетах ежедневно читаешь, что тот или иной город или губерния отпали от Советской власти, а ко всему — в самом центре, то есть в Москве, еще не усмирено восстание левых эсеров, которые не без помощи Антанты убили немецкого посла Мирбаха{314} и пытаются втянуть и немцев в войну с большевиками. Такое теперь беспомощное состояние большевистского правительства. А между тем, существование Украинской державы, можно сказать, тесно связано с существованием Советской власти в Московии; благодаря большевистскому перевороту возникла самостийная Украина; возможно, что со смертью в Московии советского правительства погибнет и Украинская держава. Если бы правительство Керенского одолело в октябре большевиков, то он не допустил бы создания Украинской державы; известно, что он уже решил отдать под суд Генеральный секретариат во главе с Винниченко за то, что Ц. Рада постановила созвать Украинское Учредительное собрание и уже приготовил камеры, куда должны были посадить членов Генерального секретариата, когда они, вызванные для переговоров, приедут в Петербург, но они случайно приехали именно тогда, когда началось большевистское восстание, и правительство Керенского уже не имело сил арестовать их.

Украинцы, воспользовавшись ослаблением центральной власти, реорганизовали Секретариат в министерство и распространили свою компетенцию на всю этнографическую Украину, т.е. на девять губерний, а затем объявили Украину Республикой, а потом — и независимой державой. А если бы правительство Керенского одержало верх над большевиками, то оно до крайней возможности ограничило бы права секретариата, или совсем уничтожило бы его, распустив и Ц. Раду. Не помню, записал ли я в этих записках такой характерный факт. Дела самодержавной контрразведки, очевидно, перешли и к правительству Керенского, потому что украинский генеральный секретарь почты Зарубин сказал Ефремову, что есть распоряжение центрального правительства следить за моей корреспонденцией, а после неудачного восстания Корнилова какой-то контрразведчик сказал Льву:

— Счастье ваше, что Корнилову не повезло захватить власть, потому что тогда вашего отца, Антоновича и Грушевского наверняка повесили бы, потому что контрразведка уверена, что если бы не стало тех трех лиц, то и украинского движения не было бы. Такая была у охранки осведомленность об украинском движении!

А как теперь стало известно, Корнилов вовсе не был черносотенцем, а был рьяным русским республиканцем и единомышленником Керенского и только тем отличался от него, что требовал твердой власти как на фронте, так и в тылу, и что Керенский предал Корнилова, испугавшись в последнюю минуту. Если бы Керенский одолел Ленина и твердо встал на ноги, то нет сомнения в том, что он пытался бы укрепить централизованную республику по типу французской и тогда даже об автономии Украины не было бы речи, потому что Керенский разгромил бы украинское правительство, пользуясь тем, что украинская армия было рассредоточена по всей России и Сибири, и на фронте не было больших цельных частей, а в Киеве специально держали русскую армию из донцов и кирасир. Итак, повторяю, что с появлением у власти большевиков, хотя и наперекор этим самым большевикам, появилась на свет Украина. Если же теперь в Московии, под напором Антанты и внутренних контрреволюционеров, упадет большевистская власть, то Антанта вместе с Московией, под кадетским или черносотенным правлением, двинутся выгонять немцев с Украины и объединять Россию. Не может быть и речи о том, что у русского правительства, какое бы оно ни было, не найдется армии и без союзнической для завоевания Украины. Все россияне, без разницы положения, возраста и пола, пылают гневом против украинцев, и на призыв своего правительства соберется столько добровольцев, которые черной тучей покроют Украину; вокруг каждого организованного ядра из чехословаков и англосаксов соберутся тучи голодных кацапов с винтовками и мешками за плечами, чтобы грабить и разрушать все, что встретится на пути. К кацапам будут везде по селам присоединяться наши беднейшие крестьяне, которые ждут не дождутся от кого-нибудь помощи, чтобы изгнать немцев и вырезать свою буржуазию, считая ее своим злейшим врагом, а кацапа считая своим братом, с которым они вместе сидели в одних окопах и которых «одна вошь ела».

В городах городское население, так называемые меньшинства, с духовенством и с колокольным звоном будут встречать русских и Антанту, как освободителей от украинского ига. В селах будут вырезать панов, более зажиточных крестьян-буржуев и сельскую украинскую интеллигенцию, а в городах будут расстреливать всех, кого заподозрят в украинстве. Все, кто пострадал материально от войны, от революции, от украинизации, будут во всем обвинять украинцев, им поставят в вину прежде всего разгром немцами российской армии на фронте, потому что украинцы первыми стали раскалывать армию, заведя украинизацию, им поставят в вину распад России, потому что пусть бы от нее отпала Финляндия, Польша, Литва, Прибалтика, Кавказ, но все-таки Россия существовала бы, а когда от нее отпала Украины, то России не стало. Украинцам одни поставят в вину то, что Ц. Рада заводила на Украине большевистский строй, отняла у помещиков и мелких землевладельцев землю, а другие поставят в вину то, что она призвала немцев, выгнала большевиков, отобрала у крестьян землю и вообще завела на Украине реакцию. Украинцам поставят в вину и чрезвычайную дороговизну жизни и отсутствие продуктов и орудий производства. Одним словом, украинцев, смешав все партии и политические направления, начиная с социалистов и заканчивая гетманцами, в один ряд, всех украинцев скопом будет обвинять каждый в том, от чего он натерпелся, настрадался, намучился, и все будут вымещать свои обиды на украинцах.

Если русским с помощью Антанты удастся выгнать с Украины немцев, то нет на свете тех скорпионов, которых они не употребляли бы, чтобы уничтожить само имя украинцев; меры самодержавного правительства по уничтожению украинского движения покажутся нам детскими игрушками по сравнению