Я наблюдал за тобой - Стейси Рум

Вот только я и так дома, а родителей нет. Ни здесь, ни в другом городе, ни вообще где-то на этой планете.

– Ладно, – вздохнула я, решив сменить тему, – надо еще Вике позвонить, предупредить, где нахожусь. А то она и не знает даже, что я якобы ночевала у нее.

– Я пока приготовлю нам завтрак, – Герман поцеловал меня в лоб, выбрался из-под одеяла и исчез в кабинете. Оттуда он выходил в белой льняной рубашке с закатанными рукавами и песочного цвета джинсах. Даже в домашней обстановке умудрялся оставаться чертовски красивым и элегантным!

Герман исчез, оставляя меня в комнате одну. Я позвонила подруге, и та долго не отвечала. Я уже собиралась сбросить вызов и отправить сообщение с просьбой перезвонить, как освободится, когда Вика наконец взяла трубку. Да еще как – по видеосвязи! На экране телефона крупным планом возникло ее лицо. Подруга что-то настраивала в телефоне, после чего отошла от камеры, и моему взору предстала кухня и Вика в фартуке.

– Профти, фто долго не отфечала, – сказала она, что-то жуя. – Мы тут ф мамой пирог готовим. Скоро гости придут.

Я тоже включила видео, прикрываясь одеялом.

– Так, стоп, – подруга наконец прожевала еду и вновь возникла на экране крупным планом, пристально что-то разглядывая. Впрочем, известно, что – меня! – А ты где вообще находишься?

– Ничего не спрашивай, – отмахнулась я.

– Можно было и вправду не спрашивать. У Германа, понятно.

– Вик, я маме сказала, что у тебя ночую, – молящими глазами я посмотрела на подругу, пытаясь через камеру передать всю важность положения дел.

– Да без проблем. Кстати, Даша, слушай, мне тут Ромыч звонил… Вы там что с Германом учудили?

Вот черт, только не это. Я не была готова говорить о Роме прямо сейчас. Но если не расколюсь, подруга не отстанет, знаю ее как облупленную. Поэтому пришлось рассказать. Все, начиная с того, как вдруг эта идея вообще пришла Герману в голову, и заканчивая тем, кто попался в нашу ловушку.

После моего рассказа подруга какое-то время молчала, и если бы не видео, я бы решила, что она уснула.

– И…ты думаешь, что это Ромыч? – наконец произнесла Вика.

– Вик, я, если честно, вообще не знаю, что думать.

– Нет, чушь, исключено. Ромыч на такое не способен. Как минимум, он втюрился в тебя по уши. А способен ли влюблённый человек на такие ужасные поступки? Да и вообще, этот аноним явно не глуп, он знает, как просчитать каждый твой шаг и при этом остаться незамеченным. Не удивлюсь, если он какой-нибудь профессиональный киллер, мафиози, или кого там обычно нанимают для подобных дел. А Ромыч у нас особым умом не отличается. Его интеллект едва перерос уровень интеллекта тумбочки.

Я хмыкнула.

– Но кто-то же это делает! А у Ромы есть идеальный мотив: он знал о нас с Германом и наверняка ревновал меня к нему.

– Он узнал о вас с Германом совсем недавно, а этот особо одарённый терроризирует тебя уже больше месяца, – заметила подруга.

– Но до Германа был Туре. Он мог ревновать меня к нему.

– Даш, – перебила меня Вика, – это бред. Вот уж кто точно меньше всего подходит на роль анонимного сталкера, так это Ромыч. Даю не только зуб, но и почку – это не он.

– Но что за бредовая отмазка про клюкву? – не сдавалась я. – Неужели нельзя собирать ее где-нибудь в другом месте? Почему именно у нас? Он даже живет почти в другом конце города. И разве вообще что-то растёт в такое время? На улице почти зима!

– Клюкву можно собирать до первого декабря, дурында. А про то, что у вас клюквенные места, твоя мама сама нам всем рассказала! Помнишь, на первом курсе, когда мы праздновали твой день рождения у вас дома? Подумай сама, Ромыч не местный, ну куда еще ему пойти, как не в те самые клюквенные места, о которых он знает?

– В магазин, куда-куда, – проворчала я. – Если бы у меня заболела мама, я бы пошла за клюквой в магазин.

– В общем, Даша, я не верю, что это он.

– Хотелось бы и мне в это верить.

Мы еще немного поговорили на эту тему, после чего Вику позвала мама – настало время доставать пирог из духовки. Я накинула футболку Германа, в которой он был вчера, и спустилась вниз. Из кухни доносился приятный аромат еды. Кажется, сегодня и у нас на завтрак будет что-то вкусненькое.

– А вы болтушки, – улыбнулся Герман, заметив меня около барной стойки. – Присаживайся за стол, панкейки почти готовы.

– Слушай, а ты точно выбрал правильную профессию? Может, стоило стать поваром? Кажется, на этой кухне создаются настоящие кулинарные шедевры!

– Надеюсь, хирург из меня вышел все-таки не хуже, чем повар, – усмехнулся он.

Панкейки, испечённые Германом, оказались и вправду нереально вкусными. А в сочетании с жидкой карамелью и ягодами голубики и вовсе были божественными.

– Что говорит Вика?

– Не верит, что это Ромыч, – ответила я, с аппетитом уплетая очередной блинчик.

– Послушай, Даша, пока ты спала, я долго думал…

Я бросила на него вопросительный взгляд.

– Давай сбежим? Просто уедем. Навсегда. Далеко, туда, где нас никто не найдёт. Я серьезно, если что.

ГЕРМАН

Рука с чашкой чая, которую в тот момент Даша как раз подносила ко рту, чтобы сделать глоток, так и зависла в воздухе.

– То есть как это – уедем?

– Просто возьмём и уедем, – я был невозмутим. – Если мы не можем одолеть врага, то просто спрячемся. Далеко, туда, где нас никто не найдёт. Его возможности не безграничны. Он не последует за нами на край света, это просто смешно. Кем бы ни был этот аноним, он человек, а не сверхсущество. Как минимум у него есть дом, наверняка имеется и работа, ведь нужно ему на что-то жить. Он не сможет так легко и быстро от этого отказаться.

– А мы? Мы сможем? Ведь у тебя тоже есть работа, дом, за который надо платить счета. А я вообще учусь! Вот уж кто не сможет отказаться от этого всего, так это точно не аноним.

– У нас будет фора. Три недели. За это время я напишу заявление на увольнение и отработаю положенные по закону четырнадцать дней. Ты закончишь семестр, так что в дальнейшем у тебя не будет долгов. Сможешь продолжить уже с нового, не закрывая пробелы старого. Это может произойти когда и где угодно – можно взять академический отпуск, отчислиться, перевестись. Мы разберёмся с этим. Но прежде – исчезнем.

Глава 26

ГЕРМАН

В то