Разбитое отражение - Дебора Николас

Утром в воскресенье Дрейк куда-то ушел, пока она еще спала, и вернулся со свежими булочками, корзинкой клубники и ворохом подарков для нее. Потом она пошла в ванную, а Дрейк следом, и завтракать они выбрались с большим опозданием. Во время завтрака Дрейк так смотрел на нее, что Рэйчел совсем расхотелось знакомиться с достопримечательностями, как было намечено. Еле успев добраться до квартиры своего невольного благодетеля, чтобы не заниматься любовью прямо на улице, они опять рухнули в постель и воспользовались ею по полной программе. С каждой минутой их объятия становились все исступленнее, будто за недолгое оставшееся им время они хотели успеть как можно больше.

А сегодняшнее утро! При воспоминании о том, как они переночевали дома у Дрейка, у Рейчел запылали щеки. Она ожидала, что в своей квартире, где у каждой стены есть уши, он не даст себе воли, но утром он опять заласкал ее до беспамятства, заглушая ее стоны бесчисленными поцелуями…

Рейчел подумала о его ловких пальцах, о медленной, чувственной улыбке, от которой у нее захватывало дух, о том, как таяло ее тело от прикосновений его голодных губ, и вздрогнула от наслаждения. Неужели она действительно почти трое суток без отдыха предавалась безудержной, сумасшедшей любви с человеком, которого едва знает? Да, так и было. В ее усталом теле трепетала от счастья каждая жилка, и она не могла дождаться вечера, чтобы снова остаться наедине с Дрейком, прижаться к нему, согреться его теплом.

Она не жалела о том, что произошло, и знала, что никогда не пожалеет, даже если потом будет больно. Всю жизнь она только и делала, что пряталась от боли, а значит – и от радости. Возможно, у них с Дрейком нет никакого будущего – они и не говорили о будущем, будто боялись, что такой разговор что-то нарушит, – но это ничего не меняет. Сейчас Дрейк с нею, и она твердо решила удерживать его с собою рядом сколько сможет…

Стук входной двери вернул Рейчел к действительности. На пороге, лучезарно улыбаясь, стоял Уолли.

– Доброе утро, девочки. Как вы тут?

– Хорошо, – хором ответили Рейчел и Лола.

Он лукаво подмигнул Рейчел.

– А как прошло свидание с нашим другом Дрейком?

«Господи, ну почему всем так не терпится узнать подробности?» – подумала Рейчел, заливаясь румянцем под внимательным взглядом Уолли.

– Рейчел и Дрейк провели все выходные во Французском квартале, – многозначительно изрекла Лола.

Улыбка сползла с лица Уолли.

– Да неужели?

Чтобы не смотреть ему в глаза, Рейчел склонилась над кружкой с кофе.

– Надеюсь, вы не возражаете? – огрызнулась она.

Уолли не отреагировал, и ей пришлось поднять голову. Он смотрел на нее как-то странно и натянуто улыбался.

– Слушай-ка, а ведь ты мне нужна. Пойдем в кабинет, мне надо срочно продиктовать тебе одно письмецо.

Рейчел кивнула и послушно взяла блокнот, гадая, чем могла вызвать его неудовольствие. Уолли был не настолько строгих правил, чтобы возмутиться тем, что она провела выходные с мужчиной. Ей, в конце концов, почти тридцать, и встречаться она может, с кем ей заблагорассудится, ни у кого не спрашивая разрешения! Да и вообще, какое Уолли дело до ее личной жизни?

Уолли пропустил ее вперед себя, вошел сам, плотно прикрыл дверь и указал Рейчел на ее обычное место у своего письменного стола. Когда она села, он взял у нее блокнот, отложил в сторону и принялся ходить из угла в угол.

– Рейчел, я понимаю, не мое дело, с кем ты встречаешься, но…

– Вы правы. Это только мое дело, – огрызнулась она.

Ей уже до смерти надоело, что все так интересуются их с Дрейком отношеними. В интересах расследования она честно постаралась, чтобы о них узнали Уолли с Тедом, но подробности рассчитывала все же оставить при себе.

Уолли вздохнул.

– Я только подумал, что тебе нелишне будет узнать историю Дрейка Хантера целиком.

– Целиком?

Уолли тяжело уселся за стол.

– О Дрейке я знаю такое, чего ты точно не знаешь. В пятницу я еще думал, что это не имеет значения, но Тед… Тед напомнил мне одну вещь, и я решил все-таки поговорить с тобой. – Теперь он глядел на Рейчел с неподдельной тревогой. – Не могу видеть, как ты совершаешь ошибку, и не остеречь. Видишь ли, когда Дрейк явился к нам наниматься на работу, он только что вышел из тюрьмы. Так что твой прекрасный принц – бывший заключенный.

Только-то и всего? Это и есть ужасная тайна Дрейка Хантера? Рейчел улыбнулась Уолли с явным облегчением.

– Я знаю. Он мне сказал.

– Хорошо… – задумчиво протянул Пеннелл. – Очень хорошо, что он от тебя такое не скрыл.

– Но вы ведь сами говорили: Дрейк – человек порядочный и надежный. Он мне не врет.

– А он… – начал Уолли, поднимая на нее глаза, – он говорил тебе, что в тюрьме убил человека?

Рейчел похолодела от ужаса, но быстро взяла себя в руки. Она уже знала, что с Дрейком в тюрьме должно было случиться нечто подобное, просто решила не спешить с выводами, пока не известно, при каких обстоятельствах это произошло. И вот теперь у нее, кажется, появилась возможность все узнать.

– Нет, не говорил.

Она намеренно не давала Уолли отвести взгляд, твердо решив выяснить правду, хоть и боялась, что эта правда окажется слишком страшной. Лучшего времени для беседы у нее не будет, и надо его использовать, пусть даже она услышит что-то неприятное. Если он заговорил о Дрейке, то вполне может потом перейти к тому, ради чего она здесь мучается.

Рейчел постаралась вложить в свой взгляд всю энергию, которой располагала. Уолли сделал робкую попытку отвернуться, но не смог.

– Считается, что Дрейк не был виноват, – продолжал он монотонным, негромким голосом, и в его словах Рейчел не чувствовала лжи. – То есть человека-то он убил, но убийство было расценено как мера самозащиты. Трое крепких парней загнали его в угол тюремного двора. Хотели перерезать ему глотку, потому что он не желал играть по их правилам. А он вырвал у одного из них нож и сам пырнул его.

Рейчел затаила дыхание.

– А вы откуда знаете?

Серые глаза Уолли, неотрывно глядевшие на нее, слезились от напряжения.

– Прежде чем взять Дрейка на работу, я проверил его досье. Разумеется, за то убийство его судили, но признали невиновным. Два охранника видели, как было дело. – Он прищурился. – Но пойми, девочка, охранников могли подкупить. И даже если это была самозащита, все равно – он убил человека, он способен на убийство, понимаешь ты? Посуди сама, легко ли нормальному человеку проткнуть ножом себе подобного, даже если он защищает свою жизнь?

Умом Рейчел понимала справедливость его слов, но сердце рвалось на части, стоило ей представить безоружного Дрейка перед тремя вооруженными подонками.