Твин Пикс: Кто убил Лору Палмер - Джон Томпсон

Мистер Палмер смутился. — Да, конечно, — продолжал Бенжамин Хорн, — я думаю, Джерри там занялся не столько проверкой платежеспособности фирмы, сколько проверкой всех гейш на сто миль вокруг Токио.

Палмер улыбнулся в ответ. — Японцы тут? — спросил мистер Палмер. — Да, — кивнул мистер Хорн, — я собираюсь пригласить мистера Накамуро на ужин.

Пока Бенжамин Хорн говорил, мистер Палмер поглаживал чучело белого песца, стоящее на подоконнике. Улучив момент, когда Бен отвернулся к камину, он вырвал из чучела небольшой клочок шерсти и спрятал во внутренний карман пиджака. Когда Бенжамин Хорн повернулся, Палмер вновь сидел себе спокойно на диване, скрестив на груди руки и закинув ногу за ногу. — Но, Лиланд, нам придется немного потянуть время. Я вынужден так поступить, — продолжал Бенжамин. — Если ты хочешь услышать мое мнение, — вставил мистер Палмер, — то я бы предложил начать повторную геодезическую съемку всех земель, отходящих под новое строительство. — И чем мы это объясним? — спросил Бенжамин. — Ну, как же, это можно объяснить большим пожаром на лесопилке. Что во время спасательных работ немного изменился рельеф.

Бенжамин Хорн довольно улыбнулся. — А если этого покажется мало, — продолжал мистер Палмер, — мы напустим целую ораву инспекторов, которые будут мешать нам осуществлять контракт, — он подмигнул Бену. — И что, Лиланд, ты думаешь, компаньоны нам поверят, если это будет продолжаться долго? — Ну, знаешь ли, у нас же столько инспекторов, столько всяких инспекций… Сначала напустим на них инспекцию из мэрии, потом пожарную, потом земельную… Если этого покажется мало, перейдем на другой уровень и все повторим на уровне штата. — А потом? — спросил Бенжамин. — А потом можно подключить зеленое движение, экологическую инспекцию. Так что времени у нас будет, хоть отбавляй, до самого возвращения Джерри из Токио, пусть он даже обследует всех гейш в радиусе двухсот миль. — Ну, ты и хитер! — рассмеялся Бенжамин Хорн. — Я же тебе говорил, Бен, я в полном порядке.

На лице мистера Палмера заиграла лучезарная улыбка. Такой же улыбкой ответил ему Бенжамин. Улыбки мужчин становились все шире и шире и, наконец, превратились в два хищных оскала. — Вот теперь я узнаю своего Лиланда, — рассмеялся Бенжамин Хорн и направился к сидящему на диване мистеру Палмеру.

Тот, радостно улыбаясь, поднялся ему навстречу. — А я узнаю прежнего Бенжамина Хорна. Беды не сломили нас, ведь, правда?

Они сошлись на середине комнаты. Сначала Бенжамин хотел обнять Лиланда и притянуть его к себе. Но тот немного отстранился. Они так и стояли, похлопывая друг друга по плечам вытянутыми руками и улыбаясь. Они стояли так, будто между ними был кто-то третий, невидимый человек.

Вечером того же дня шериф Твин Пикса решил навестить свою любовницу — китаянку Джози. Он подъехал на джипе и остановил машину невдалеке от Дома На Холме.

Шериф быстро выскочил из машины и побежал по дорожке к дому, в котором ярко горели окна гостиной. Он постучал, но ему никто не открыл. Тогда Гарри Трумен толкнул дверь и вошел в дом.

Первое, что он увидел -это был невысокий мужчина, китаец с черной косичкой на затылке. Мужчина, нагруженный чемоданами и сумками, шел к двери. За ним, и шубе накинутой на плечи, следовала Джози. Гарри Трумен замер у входа. Женщина увидела его и громко воскликнула: — О, Гарри. — Джози? — в ответ воскликнул шериф.

Мужчина-китаец недовольно посмотрел на вошедшего шерифа. Но он не стал ставить чемоданы на пол, а так и застыл с ними в руках. — Гарри, ты еще не знаком с моим помощником мистером Ли? — Джози указала рукой на китайца с чемоданами.

Тот едва заметно кивнул головой и улыбнулся шерифу. — Что происходит, Джози? Я ничего не могу понять, — спросил шериф. — Ли, пожалуйста, все чемоданы — в машину. Китаец кивнул и двинулся к выходу. — Джози, я не могу понять, что происходит, — шериф остановился в шаге от своей любовницы. — Гарри, я уезжаю. — Что? — не понял шериф. — Я тебе говорю, что сейчас уезжаю.

Китаец задержался у порога, чтобы услышать хотя бы начало разговора Джози и шерифа Твин Пикса. — Надолго, Джози? — спросил Гарри и попытался обнять китаянку.

Но та осторожно сняла его руку со своей талии и кивнула головой. — Не знаю. Не знаю, Гарри. Я не хочу об этом сейчас говорить.

Несколько мгновений они стояли и молча глядели друг другу в глаза. На лице Джози была растерянность, а на лице шерифа -недоумение. — Джози, — наконец выдохнул шериф. — Гарри, — ответила на его восклицание женщина. — Знаешь, ведь я всегда звонила тебе отсюда.

Шериф кивнул головой. — Гарри, я всегда могла звонить тебе отсюда и разговаривать с тобой. Я даже могла быть такой, какой ты хотел меня видеть, такой, какой я, может быть, не была на самом деле. — Джози, я не понимаю… о чем ты? Что случилось? — Гарри сжал ладони Джози, — к чему весь этот отъезд? — Я продала лесопилку, — Джози виновато опустила голову и поцеловала руку Гарри. — Я уезжаю домой. — Нет, нет, Джози, нет, — быстро заговорил Трумен. — Да-да, — ответила женщина, глядя прямо в глаза шерифу.

Наконец, не выдержав напряжения, они бросились друг к другу и принялись жадно целоваться. Скрипнула входная дверь и Джози резко отпрянула от Гарри. — Прости меня, прости, не думай обо мне ничего плохого.

Китаец застыл в двери. — Мистер Ли, — увидев китайца сурово сказал Гарри, — оставьте нас двоих, нам надо поговорить.

Китаец согласно закивал головой и вышел за дверь. — Джози, но ведь ты не можешь уехать. — Я должна ехать, Гарри. — Нет, нет, Джози, — пытался убедить и остановить женщину шериф. — Гарри, будет лучше, если ты обо мне забудешь. На ее лице появились слезы, она отвернулась от Гарри Трумена и пошла к двери. Шериф остался стоять один посреди гостиной.

Застыв в пороге с небольшим кожаным кейсом в руках, Джози обернулась. Казалось, еще мгновенье, еще секунда и она бросится в объятья шерифа и навсегда останется в Твин Пиксе. Это мгновенье показалось Гарри вечностью. Но Джози, сжав губы, решительно отвернулась. На ее глазах сверкнули слезы. Она вышла на крыльцо, а Гарри так и остался стоять посреди гостиной. — Джози, но ведь я люблю тебя, Джози, — последние слова шерифа заглушил звук захлопнувшейся двери.

Шериф стоял неподвижно, пока не услышал шум удаляющейся машины. — Что ты наделала? Зачем? Что-то, наверное, случилось, а я… я ничего не знаю. Все прошло мимо. Почему я ничего не знаю? — сам с собой рассуждал шериф.-Ведь казалось, все хорошо. Ведь казалось, мы можем быть вместе. Но опять, опять какие-то тайны и этот отъезд… Я ничего не понимаю. И это, скорее всего, неспроста. Что-то в этом кроется… — шериф сжал кулаки.