Двойной удар - Владимир Поселягин

Воины хмуро оглядывались вокруг, не сходя на пристань. Команда заканчивала со швартовочными делами и готовилась отдыхать. Варить похлебку сегодня выпала очередь десятку Корнилова.

Выйдя из каюты, я проверил, как сидит пояс с саблями на расписном халате, поправил кошель и подошел ко второй мачте. Тут собрались все офицеры ушкуя.

— Корнилов за старшего, на борт никого не пускать, — велел я. — Со мной Ветров и двое воинов, что покрепче. Оружие оставить на судне, с собой взять только ножи, нечего местных дразнить. Да и вообще незачем его тут показывать.

— Продовольствие закупать? — поинтересовался Немцов.

— Оно тут нормальное?

— Баранина, свежие лепешки, уже хорошо, — ответил кормчий.

— За ним идти надо или сами доставят?

— Сами.

— Тогда покупай, вот держи мелочь, — отсыпал я ему медяков и десяток серебрушек.

Проверив суда купцов, они тоже заказывали продовольствие, и, оставив их ругаться с местными поставщиками, мы вчетвером направились в город. Я с большим интересом — хотелось на кремль посмотреть, знал, что ранние постройки уже есть, а спутники, чтобы осмотреть вражеское гнездо.

Поймав за ухо местного мальчишку, я покрутил у него перед глазами медную монетку.

— Заработать хочешь?

— А что делать?

— Гидом поработаешь.

— Кем? — сморщился мальчишка в недоумении.

— Проводником.

— А-а-а. Что хочет посмотреть русский господин? — спросил мальчишка, требовательно протянув руку ладошкой вверх.

Кинув ему монетку, я известил:

— Нужны торговые ряды, хочу свинца прикупить. Потом кремль осмотреть. У вас тут огненное зелье продают?

— Дурачок Хазив продает, — кивнул мальчишка. Он действительно знал тут все, служил помощником в лавке отца.

— Сперва сделаем покупки, потом будем осматривать город, — решил я.

Мальчишка был свободен и не прочь подзаработать. Так что мы достаточно быстро оказались на базаре.

— Вон лавка моего отца. Мы продаем ковры, — указал мальчишка, потом мы прошли в открытые торговые ряды. Рядом с оружейными мальчишка указал на седобородого татарина, стоявшего за прилавком: — Это дядя Аслан-бек, он продает металлы.

Проводник не обманул, у старика был свинец в чушках, но, к сожалению, всего сорок килограммов.

— Какое количество желает господин? — подобострастно поклонился старик, чувствуя жирного клиента.

— Двадцать пудов, — брякнул я.

— Это будет дорого, господин.

— Не дороже денег, — хмыкнул я.

Говорить приходилось громко. Базар восточный, крику и шуму много. Постоянно прохожие и покупатели шныряют мимо, нужно отслеживать не только их, но и карманников. Вмиг кошель срежут.

— Вам доставить его на корабль?

— Да, спросишь ушкуй боярина Красновского. Это я. По доставке и оплата.

— Хорошо, господин. Достану сколько смогу.

— Договорились.

Потом мы зашли в другую лавку, там продавали огненное зелье, то бишь порох. Самого товара в лавке не было, только образцы, но, на мой взгляд, он был неплох. Поэтому я с чистой совестью заказал три бочонка с доставкой. Один с оружейным порохом и два для пушек. Сообщив адрес доставки, мы направились к кремлю.

Ничего особенного я там не увидел, частью каменные стены, частью бревенчатые. Экскурсии внутрь еще не водили, так что пришлось рассматривать его со стороны.

Наш интерес не понравился патрулю татарских воинов, они были пешими.

— Что тебе тут нужно, урус? — грубо спросил старший патруля.

— О, неужели в столь славном и благословенном городе есть такие невоспитанные мусульмане, как ты? — изумился я.

Лицо татарина стало наливаться красным.

— Да вы шпионы! — радостно воскликнул он, быстро найдя выход из ситуации. А что, назвал шпионами, так теперь попробуй докажи обратное. Хитрый ход.

Вокруг нас стала собираться толпа. Со стороны кремля тоже появились воины и стали спускаться к нам на площадь.

— Ты меня оскорбил! — громко сказал я, ткнув пальцем в татарина. — Вызываю тебя на бой, сын шакала!

Тут единственный шанс отмазаться — это вызвать старшего патрульного на поединок и эффектно убить. Если, конечно, он не откажется, татарин на службе, вполне может, и это не нанесет урон его чести.

— Я принимаю, — прошипел он.

Обратно к ушкую нас сопровождали восемь воинов из гвардии хана.

— Наверное, не следовало так их убивать, — негромко проговорил Ветров, косясь на гвардейцев.

— Следовало-следовало, — невнятно пробормотал я, откусывая очередной кусок лаваша с бараньим мясом. — Сам понимаешь, они ценят только силу, а если предъявить им и силу, и умение, и отмороженность, берсеркость по-вашему, то будут уважать, но обходить стороной.

— Он так кричал, когда ты понемногу отрубал ему руки.

— Да, — улыбнулся я, но вспомнил поединок, и улыбка сползла с моего лица. — Только, сволочь, сдох раньше времени, сердце, похоже, оказалось слабое и болевой порог низкий.

— Но ты сделал то же самое и со вторым воином, что вызвал тебя.

— И с третьим и с четвертым, — поддакнул я, доедая лаваш.

Татары потеряли шестерых, пока не сообразили, что выходить против меня, это такая форма самоубийства. Даже хан почтил нас своим присутствием, или не хан? Но очень похож, и свита у него большая была.

— А это еще что за людишки у моего ушкуя пасутся? Повозки понятно, заказанный товар привезли, но кто эти два хмыря?

— Мне не совсем понятны твои слова, боярин, но эти двое явно русские. Тот, что повыше, похоже, приходской священник.

— Дэ? А чего они к моему кораблю подошли. Пусть к купцам идут.

— Видимо, наш был первый. Ищут, чтобы по пути было.

— Ну-ну.

В это время мы в сопровождении гвардейцев хана подошли к кораблю.

— Боярин! — сразу же спрыгнул на пристань Федор и стал докладывать: — Пришли две арбы, привезли порох и свинец.

— Грузи в трюм, я оплачу.

— Хорошо. Еще двое путников ищут судно, которое идет на Нижний Новгород. Отец сына выкупил из рабства.

В это же время произошло то, что шокировало весь порт. Священник, глядя на меня выпученными глазами, упал на колени и пополз ко мне, кланяясь и что-то выкрикивая. Его спутник в грязном рубище тоже удивленно посмотрел на сумасшедшего.

— Святой! Святой! — расслышал я.

— Че это он? — спросил я Ветрова.

Тот, озадаченно хмурясь, пожал плечами.

— Как твое имя? — спросил меня псих.

— Артур, — озадаченно ответил я, отодвигаясь, вдруг это заразно.

— Сегодня великий день. Я ПЕРВЫЙ ЛИЦЕЗРЕЛ ЛИК СВЯТОГО АРТУРА! — возопил он.

— Чего? — удивился я.