100 знаменитых символов советской эпохи - Андрей Хорошевский

Пять с лишним лет Эльдар Рязанов отработал в кинодокументалистике. Сделал несколько фильмов, снимал сюжеты для киножурналов «Пионерия», «Советский спорт», «Новости дня». И прямо скажем, особой известности не приобрёл. Нет, конечно, в кинематографическом кругу его знали, но обычному советскому зрителю имя и фамилия Эльдар Рязанов ничего не говорили. И вдруг, в 1956 году — настоящий прорыв. На экраны выходит фильм «Карнавальная ночь». Лёгкая комедия, насыщенная музыкой и песнями, пришлась зрителю по душе. В кинотеатрах её посмотрели почти 50 миллионов человек — рекордный показатель для советского кино. Знаменитый Игорь Ильинский, сыгравший роль бюрократа Огурцова, ещё раз подтвердил право называться великим артистом, а молоденькая дебютантка Люда Гурченко в один миг стала кинозвездой. Немалая доля славы досталась и режиссёру — Эльдара Рязанова узнала вся страна. Но мало кто знал о том, что если бы не настойчивость мэтра советского кино Ивана Александровича Пырьева, то фильм вряд ли был бы снят. Эльдар Рязанов четыре раза начинал съёмку «Карнавальной ночи» и четыре раза от неё отказывался, но Пырьев, который обратил внимание на молодого режиссёра, когда тот ещё учился во ВГИКе, буквально заставил Рязанова закончить съёмку.

После «Карнавальной ночи» каждый фильм Эльдара Рязанова становился событием. Зрителям достаточно было увидеть имя Эльдара Рязанова на афише, и они знали: этот фильм нужно обязательно посмотреть. «Девушка без адреса», «Человек ниоткуда», «Гусарская баллада», «Берегись автомобиля», «Невероятные приключения итальянцев в России», «Служебный роман», «Гараж», «Вокзал для двоих», «Забытая мелодия для флейты», «Небеса обетованные». И конечно, «Ирония судьбы, или С лёгким паром!». Фильм не просто популярный и любимый зрителем, фильм, ставший наряду с Дедом Морозом, ёлкой, шампанским и салатом оливье, непременной частью Нового Года, самого популярного в народе праздника, одним из атрибутов новогоднего культа.

Лиричная комедия «Ирония судьбы…», написанная Эльдаром Рязановым совместно с известным драматургом Эмилем Брагинским (они, кстати, в соавторстве написали большинство сценариев к фильмам Рязанова), с успехом шла в провинциальных театрах. История о том, как некий гражданин накануне Нового года, хорошо «посидев» с друзьями в московской бане, наутро оказывается в Ленинграде с двумя рублями в кармане и берёзовым веником в руках, зрителю нравилась, а главный герой неизменно вызывал симпатию. Но в Москве эту пьесу ставить запрещали из-за якобы «пропаганды пьянства и разврата». А уж когда речь зашла о том, чтобы снять телефильм, тут телевизионные начальники стали грудью на защиту «моральных устоев общества». Но неожиданно картину спас самый главный теленачальннк, тогдашний председатель Гостелерадио Сергей Лапин. Что стало полной неожиданностью для создателей «Иронии судьбы…». Лапин всегда отличался крутым нравом и всяких вольностей в своём ведомстве обычно не допускал. Но говорят, что председателю Гостелерадио были не чужды, так сказать, некоторые моменты в судьбе главного героя, в частности любовь к бане и почтительное отношение к «русскому национальному напитку», потому-то он и дал разрешение на начало съёмок. А кроме того, фильму в какой-то степени помогла вражда между двумя министрами — Лапиным и председателем Госкино Ермашом. Вообще, изначально «Ирония судьбы…» планировалась как кинофильм. Но Ермаш фильм снимать запретил, и Лапин, ему в пику, «приютил» «Иронию судьбы…» на телевидении.

«Женя Лукашин — Андрей Миронов, Надя — Светлана Немоляева, Ипполит — Олег Басилашвили…». Увидев такие титры к «Иронии судьбы…», зритель наверняка бы удивился. А ведь именно таким перед началом съёмок видел актёрский состав Эльдар Рязанов. Но… Как только начинаются кинопробы, вместе с ними начинаются и «муки режиссёрские». Хороший ли актёр Андрей Миронов? На первый взгляд, этот вопрос может показаться попросту глупым. Конечно, Миронов — гениальный артист, народный не только по званию, но и по любви у советского зрителя. Казалось бы, стоит пригласить его на любую роль — и он сделает из неё «конфетку». Но в том-то и дело, что настоящий режиссёр должен рассуждать не категориями «хороший артист — плохой артист», а должен ответить сам себе на вопрос: «Подходит ли данный конкретный актёр на данную конкретную роль?». Миронов, при всей его гениальности, на роль Лукашина не подходил. «Началась кинопроба, — вспоминал Эльдар Александрович. — Миронов, пряча глаза, застенчиво произносил такие реплики: „А я у женщин никогда не пользовался успехом… ещё со школьной скамьи… Была у нас девочка — Ира… Что-то в ней было… Я в неё ещё в восьмом классе… как тогда говорили… втюрился… А она не обращала на меня ну никакого внимания… Потом, уже после школы, она вышла за Павла“. Но почему-то ощущения правды жизни, веры в актёрскую убедительность не возникало… Поверить в то, что какая-то неведомая Ира могла пренебречь таким парнем, как Миронов, было невозможно…». В итоге Рязанов Миронову отказал. Правда, без всяких проб предложил роль Ипполита. Но тут уже забастовал Миронов: «Или Лукашин, или никто». Несмотря на лёгкий конфликт, режиссёр и актёр остались друзьями, но в «Иронии судьбы…» Андрей Миронов так и не снялся. После него на роль Лукашина пробовались Пётр Вельяминов и Станислав Любшин. Всё не то…

Давным-давно пора начинать съёмки, а исполнителя главной роли как не было, так и нет. Помощник Рязанова буквально от отчаяния предложил попробовать на роль Лукашина не очень известного тогда актёра Андрея Мягкова. Первая же проба показала — Женю Лукашина будет играть Андрей Мягков. Правда, и тут была своя загвоздка. В те времена одного желания режиссёра и актёра было мало, артиста на роль должен утвердить худсовет. А до «Иронии судьбы…» Андрею Мягкову «посчастливилось» сыграть весьма «характерные» роли — Герцена, писателя Аркадия Гайдара и, наконец, самого Владимира Ильича Ленина в фильме «Надежда». В том что его не утвердят на роль Жени Лукашина, Андрей Мягков был уверен на все сто процентов — после таких персонажей Мягкову предстояло сыграть человека, значительную часть фильма пребывающего, скажем так, в не очень трезвом состоянии, а затем изменяющего своей невесте. Но Мягкова, к счастью, утвердили. И эта роль стала одной из самых лучших и значимых не только в карьере артиста, но и в истории всего советского кино.

Одну проблему режиссёр решил. Но головной боли от этого меньше не стало. Трудностей с выбором актрисы на главную женскую роль было даже больше, чем с ролью Жени Лукашина. Десяток актрис, сотни проб, и всё безрезультатно. «Все актрисы работали превосходно, точно, талантливо, — рассказывал Эльдар Рязанов. — Но личные качества актрис… не совпадали со свойствами героини. Одна при поразительной нюансировке чувств была несколько вульгарна… Скорее, получилась бы история об однодневной интрижке. Другую предал киноаппарат… Очарование неправильных черт лица пропало, и осталась одна некрасивость… Третья оказалась начисто лишённой юмора… А сроки съёмок неумолимо приближались! И тут мне вспомнилась актриса из довольно среднего польского фильма „Анатомия любви“. Я сохранил в памяти её имя и фамилию — Барбара Брыльска…».

Надо сказать, что выбор Эльдара Рязанова у коллег-киношников вызвал недоумение. Да, Барбара Брыльска была хорошо известна советскому зрителю. Кроме польских фильмов, шедших в советском прокате, она снялась в фильме А. Зархи «Города и годы» и сериале Ю. Озерова «Освобождение». Но в «Иронии судьбы…» хотели сниматься лучшие актрисы советского кино, а Рязанов вдруг выбрал на главную роль полячку. А женская половина актёрского цеха откровенно ревновала Брыльску, некоторые актрисы говорили, что Рязанова будто бы заставили взять Барбару на роль Нади Шевелёвой. Конечно же, это не так. «Барбара продемонстрировала удивительную деликатность в интимных сценах; в ней угадывалась, как это ни странно, подлинно ленинградская интеллигентность, она подходила по возрасту — годы актрисы и героини совпадали, — писал о Брыльской Эльдар Рязанов в своей книге „Неподведённые итоги“. — За её очаровательной внешностью чувствовалась биография, прожитая жизнь, нелёгкая судьба…». Так что режиссёр знал, за что он выбрал польскую актрису. Интересно, что для самой Барбары Брыльской огромная популярность, которую она завоевала в СССР, имела и обратную сторону. Когда она встречалась со зрителями в разных уголках Союза, её часто звали Надей, а однажды, когда Барбара шла по коридору ереванской гостиницы, горничная, увидев её, всплеснула руками и воскликнула: «Ой, с лёгким паром идёт!». Однако после выхода на экраны «Иронии судьбы…» отношение к Брыльской на родине изменилось. «Ты теперь русская!» — говорили ей соотечественники. А в те годы в Польше к СССР относились, мягко говоря, с прохладцей. Долгие годы польские режиссёры игнорировали Барбару, и в Польше она оставалась невостребованной.