Алхимик (СИ) - Пастырь Роман

– Не зеваем! – крикнула на нас Людмила Васильевна, – Все идем за мной в сторону метро!

Наваждение спало. Спустились в подземный переход, математичка купила на всех нас билеты, мы прошли через турникеты, вызвавшие кратковременное замешательство и... попали на эскалатор, который двигался куда-то под землю.

– Охренеть! – выдал Артём, за что тут же получил подзатыльник от сзади стоящей математички.

Когда спустились вниз, то нашли там ещё один перрон. Когда что-то загромыхало, подул ветер, я, если честно, не хило так струхнул. Казалось, что вся масса камня над нами сейчас рухнет. Или река прорвется из тоннелей, захлестнет нас и утащит. Это будет глупая смерть.

Но нет. Вместо этого приехал поезд. Серьезно? Ещё один? Зачем его было прятать под землю? Странные люди.

– Да чтоб я так всегда жил! – заявил Артём, когда мы зашли в комнату, которую нам выделили.

– Неплохо, неплохо, – согласился с ним Тимур и поспешил занять приглянувшуюся ему койку.

Я никак не мог понять этого. Какая разница, где спать? Нет, я знаю, что разница есть. Спать в холодном лесу на снегу и спать в теплом доме – это совсем разные вещи. Но разницу между идентичными кроватями, отличие которых состояло лишь в местоположение относительно квартиры – хоть убейте, не понимаю.

Как нам рассказали, общежитие находилось не там же, где будут проходить экзамены. Для меня это тоже не имело значение. Ну придется прокатиться на подземном поезде, что такого? Ничего. Само здание выглядело, как недавно построенное. Многоэтажное, длинное, светлое. Внутри нас встретила вахтерша, которая проверила документы и передала ключи. Лену отправили в комнату для девочек. У неё будут три соседки. К нам же тоже обещали подселить четвертого парня. Людмилу Васильевну отправили в отдельную комнату для учителей.

В комнате находились две двухъярусные кровати, рядом с каждой тумбочка. Ещё два шкафа и два стола. Не знаю, насколько удобно на четверых жильцов, но выглядело свежо. Даже пахло «ремонтом».

– Что, парни, в душ и айда гулять? – предложил Артём.

– В душ было бы неплохо, – согласился с ним я.

– Чур я первый! – выбежал Тимур из комнаты.

Через минуту он вернулся, чтобы забрать вещи и получил наши смешки в ответ на его поспешность.

Когда я переворачивал листы и вчитывался в строки, то мои ладони вспотели, а сердце сжалось. Да, не ожидал такого, сам себя загнал в ловушку мышления.

В столицу мы прибыли за сутки, утром. Пока добрались до общежития, пока помылись и отдохнули, наступил обед, который прошёл там же, в местной столовой. После этого мы отправились в центр гулять. Особо разгуляться не получилось, потому что математичка следовала за нами неустанно, не собираясь оставлять одних.

На следующий день к девяти часам приехали к месту проведения финальной части олимпиады. Поехал только я, Лена и, разумеется, Людмила Васильевна. Всего экзамены будут идти шесть дней. По одному дню на каждый предмет. Продолжительность экзамена – четыре часа.

Первой назначили математику. Учеников распределяли методом жеребьевки. Я засунул руку в мешок, который мне протянула одна из женщин распределителей, достал оттуда бумажку, где был записан номер аудитории и место. Женщина тут же записала его, внеся данные в документ напротив моей фамилии и имени. Как я догадался, они таким образом убирали вероятность того, что знакомые друг другу школьники окажутся рядом. Ну и добавляли волю случая, что, как по мне, делало мероприятие более оживленным.

Когда я готовился, то предположил, что третий экзамен продолжит тенденцию первых двух. То есть, если задания первого отборочного включали школьную программу, а задания второго начинались с самого сложного, что было на первом и заканчивались продвинутыми темами, логично ожидать, что тенденция продолжится. Я ждал появления серьезных задач институтского уровня.

После того, как нас загнали в классы, зачитали регламент и дали отмашку начинать, я перевернул листы и пробежался взглядом по заданиям. Потратить на это несколько минут, чтобы разобраться, что меня ждет, счел оправданным.

Прочитал и удивился. Всего пятьдесят заданий. Первые двадцать были повторением того, что было на вторых отборочных. Может чуть сложнее, но не сильно. А вот дальше...

Изменилась сама логика заданий. До этого всё было в четких рамках. Используя какую-то конкретную тему из области математики, тебе надо было решить конкретную задачу, конкретным образом. Сейчас же в оставшихся тридцати заданиях появилось гораздо больше... творчества.

«Каким образом вы бы провели перепись населения?»

Чего? Они это серьезно? Для особо тупых будущих «математиков», шла приписка, что такое перепись. Составление списка всех граждан, их фамилии, имена и отчества, их возраст, место жительство, профессия.

Но дальше – больше.

«Проведя перепись, какие данные можно извлечь из неё? Приведите как можно больше вариантов и те способы, которыми вы проведете исследования»

Этот вопрос совсем в ступор поставил. С переписью напрашивались очевидные ответы. Нужны люди, которые будут ходить по домам и описывать жильцов. Ещё нужно дать отмашку на все предприятия, и в официальные учреждения. Начать проще с государственных мест, таких, как школы, например. Там уже есть доступ к ученикам, а значит и родителям. Больницы, администрация, да полно вариантов, если подумать. Только на один этот вопрос я испытал лист с двух сторон мелким почерком, перечисляя, что делал бы лично я. В конце добавил, что в первую очередь надо уделить внимание систематизации полученной информации, чтобы упростить дальнейшие исследования.

Но какие данные извлечь из набора данных? Кто бы не составлял этот тест, он явно преследует какие-то свои цели.

Очевидные ответы, такие как подсчет продолжительности жизни, выявление причин смерти, учет человеческих ресурсов и прочего, я перечислил довольно быстро. А потом глянул на тест несколько иначе.

Если большая часть заданий творческого плана, проверяющая свободу мысли школьников и их способность решать нестандартные задания... А я уверен, что для школьников они нестандартные. Ну кто из них задумывается про население? То встаёт вопрос, зачем именно такие задания. В чем смысл?

Прочитав ещё раз все вопросы (после того, как разобрался с первой, «обычной» частью), я постарался определить, зачем всё это надо. Выделялись вполне конкретные интересы. Исходя из них я и решил писать задания, чтобы заинтересовать тех, кто это устроил.

По некоторым заданиям можно было определить более конкретные интересы. Например, один из вопросов, который как раздавленная вишня на белом листе, выделялся на фоне остальных, звучал так:

«Каким образом и по каким параметрам можно оценить силу одаренного? Опишите критерии и то, как организовать анализ этих критериев»

Да легко, блин. Я уже придумал специальные печати для этого и много думал на эту тему. Жаль, что всего рассказать нельзя.

Я достаточно прожил в этом мире, чтобы прочувствовать, насколько важную роль играют одаренные и аристократы. В учебниках по истории по большей части только про них и пишут. В художественной литературе – тоже об этом упоминается. У власти – аристо. А встреча с бесом наглядно показала, насколько один человек может быть опасен.

Значит, государство или скорее князя лично интересует поиск одаренных? Я не знал, насколько мои выводы верны, но кое-где ответы дополнил. Вернулся к вопросу про анализ населения и добавил, что можно делать выводы об одаренных, с кем они в родстве, у кого в роду случались спонтанные скачки силы и тем самым выявлять, у кого есть доступ к зверям. Как бы таким ответом проблем кому-нибудь не создать. Сам лично я ничего не опасался. Вроде никаких законов мы своей охотой не нарушали.

Хотел ещё добавить, как именно выявить одаренных. На ум пришли соревнования. Бесы ведь часто сильнее в этом плане, чем обычные люди... Как только эта мысль оформилась, я чуть на стуле не подскочил. Физкультура!