Меч некроманта - Леонид Кудрявцев

— Как он быстро рассыпался, — сказал Кусака.

— Так всегда с этими волшебниками и магами происходит, — с презрением объяснила тиранозавриха. — Все у них красиво и прочно, но стоит только магу погибнуть, как большая часть созданного им великолепия растворяется в воздухе.

— Такова их судьба?

— Да, такова. Это называется жизнь — поучающим тоном сказала тиранозавриха.

Кусака поморщился.

Вот крысиный король никогда его не поучал. Хотя он не был настоящей мамой и значит... Что именно?

Искоса взглянув на тиранозавриху, Кусака предложил:

— А может, все-таки догоним крысиного короля и с ним попрощаемся?

— Не надо, — послышалось в ответ. — Боюсь, все-таки не удержусь и его съем. Потом, конечно, мне будет неудобно, но я могу это сделать. Я самка и подвержена эмоциям больше, чем нужно. Съем и все.

— Ты к нему не ревнуешь? — спросил Кусака.

— Может быть... А впрочем, какая разница? Он ушел из нашей жизни, и ты его больше не увидишь. Думаю, он уже где-нибудь возле ворот миров. Еще немного, он перейдет перемычку и станет для нас недосягаем.

— Ты уверена?

— Конечно. Он ведь — крыса, хоть и королевская. А крысам, более чем кому-нибудь, присуще чувство опасности. Он знает, что ему лучше не оставаться в пределах моей досягаемости.

— Потому, что ты можешь не совладать с эмоциями?

— Верно, — сказала тиранозавриха. — Хотя... ты ведь сделал свой выбор... И правильно сделал, не так ли?

— Так, — подтвердил Кусака. — Правильно.

— Вот одного не могу понять, — проговорила его мама. — Как я здесь оказалась? Словно какое-то на меня нашло затмение. А потом я от него очнулась и увидела тебя. Наверное — это чудо.

— Именно, — откликнулся Кусака. — Оно и есть.

— Да. Меня словно что-то привело сюда. Судьба? А может быть есть дух, помогающий матерям отыскивать их пропавших детенышей?

— Может и так, — согласился Кусака. — Может, я его даже видел.

Он сел поудобнее и подумал, что все завершилось на удивление хорошо. Он сделал правильный выбор, настоящая мама довольна, а крысиный король умудрился убежать.

Что может быть лучше? Каждый выиграл.

Хотя...

Кусака посмотрел в ту сторону, где должны были находиться ворота между мирами.

Он жалел о том, что не попрощался с крысиным королем.

И вообще, было бы здорово иметь не одну маму, а — две. Чем плохо? Вот только настоящая мама, наверное, будет возражать. И значит... Да ничего это не значит. И если нельзя чтобы у тебя было две мамы, то почему у тебя не может быть друга, надолго, такого, как крысиный король?

79

— Ты меня обманул, — угрюмо сказал дракон.

— Я? — поразился джинн. — Тебя? Обманул? Ты что, с печки упал?

— С чего? — удивленно спросил дракон. — С какой печи? Это что, новый подвох?

— Нет. Ну — печка... Я хотел сказать, что ты городишь чушь.

— А-а-а... понятно. И все равно, ты поступил со мной неправильно. Обманул, обманул, обманул.

Тяжело вздохнув, Джинн поинтересовался:

— Каким это образом я тебя обманул? Выкладывай.

— Ты обещал, что я совершу подвиг, слопав злого мага.

— Ну да, и ты его съел. Какие могут быть лично ко мне претензии?

— Но это оказался не маг, а некромант. У меня от него теперь живот болит.

— А некроманты разве не маги? Конечно, у них другая магия, но она все равно — магия. Они ей пользуются. И значит, кем они являются фактически? Ответь-ка мне, пожалуйста.

— Ты кого угодно заболтаешь, — немного подумав, сообщил дракон.

Голос у него все еще был обиженный.

Джинн вздохнул.

Ну вот, и старайся потом, помогай другим.

— Между прочим, ты все-таки получил свой подвиг, — сказал он дракону. — И если честно, должен мне за подсказку быть благодарен. Нет?

— Ну, вообще-то... тут ты прав, — признал дракон. — Хорошо, уболтал, признаю. С твоей помощью я наконец-то совершил подвиг. И могу вернуться в свои владения.

— Так возвращайся. Кто тебя держит?

— Ты. У меня теперь осталось только одно дело. Отомстить.

— А в знак благодарности...

— Не могу. Нельзя. Я не должен таким образом ронять свою честь.

Джинн подумал, что бесконечно так продолжаться не может. И ничего не остается, как попытаться взять быка за рога.

— Хорошо, — сказал он. — Ты меня уговорил. Хочешь знать мое местонахождение?

— Конечно.

— Если я тебе его скажу, то ты сейчас же попытаешься меня слопать. Не так ли?

— Да, так.

— В любой ситуации?

— В любой.

— А если ты не захочешь меня есть? Что тогда?

— Этого не может быть.

— Но все-таки... Не захочешь меня есть, и все. Вот прямо сейчас. Будет ли это означать, что из твоего правила есть исключения?

— Но это невозможно, — возмущенно заявил дракон. — Ты опять задумал какую-то хитрость.

— Задумал, — сказал джинн.

Остановиться он уже не мог. Да и не собирался. Вообще, у него было ощущение, словно он бежит по тонкому льду. Такому тонкому, что стоит хотя бы немного притормозить — и провалишься.

— Я в твои игры играть не намерен.

— А придется, — жестко сказал джинн. — Придется. Итак, если ты откажешься, то значит, из твоего правила есть исключения. Я правильно говорю?

— Но их нет.

— Посмотрим. И если я прав, то ты, в знак благодарности за то, что я помог тебе совершить подвиг, оставишь меня в покое. Договорились?

— Это абсурдно. Такого не будет никогда, — взревел дракон.

— Тогда чем ты рискуешь? Я открою тебе свое местонахождение, и ты, сожрав меня, отправишься домой. Ну как, согласен? Или ты боишься заключать со мной соглашение даже на таких условиях?

— Ничего я не боюсь, — заявил дракон. — Ничего.

— В таком случае — заключаем соглашение?

— Хорошо, заключаем.

— И ты при этом не отговоришься тем, что я заключил соглашение с меньшей частью твоего разума?

— Да.

— Заключили, — объявил джинн.

— Заключили, — подхватил дракон.

Джинн ударил себя ладонями по коленям и, откинувшись на спинку кресла, удовлетворенно оглядел драконью голову.

Ну вот, теперь он, так или иначе, но от этого зануды избавится. Так или иначе.

— Говори, — приказал дракон. — Мне не терпится тебя проглотить.

— Сейчас, сейчас, — поспешно сказал джинн. — Только, сначала мне хотелось тебя спросить об одной вещи.

— Ну, вот... начинается, — протянул дракон. — Я так и знал...