Секрет ассасинов - Марио Эскобар

Линкольн передал бинокль Роланду, и тот некоторое время смотрел в него.

— Ведь это Геркулес, так? — нетерпеливо спросил Линкольн.

— Я поклялся бы, что это он. Его нельзя ни с кем спутать. Но почему он идет с этим арабом?

— Не знаю, но он объяснит нам это очень скоро.

Роланд вернул бинокль Линкольну.

— Похоже, они собираются выйти. Нужно срочно сообщить остальным.

Линкольн и Роланд побежали вниз по склону и минут через десять оказались в своем импровизированном лагере. Алиса, Никос и их проводник ожидали новостей. Каждый делал это по-своему.

— Алиса, с Геркулесом все в порядке. Я видел его собственными глазами. Кажется, он собирается пойти куда-то с аль-Мундиром. Возможно, к нам.

— Тебе это не кажется очень странным?

— Согласен. Но Геркулесу, несомненно, удалось достичь какого-то соглашения с мусульманином.

— Тогда почему он не связался с нами?

— По-моему, — заговорил Никос, — нам лучше где-то укрыться. Эти ассасины могут вести его под угрозой расправы.

— Да, будет лучше куда-нибудь исчезнуть, — поддержала его Алиса.

По основной дороге до крепости было расстояние в один километр, но путешественники расположились на открытой местности, а их мулы мирно паслись на близлежащей лужайке. Друзья привязали мулов к дереву и укрылись рядом с дорогой.

Долго ждать им не пришлось. Группа верховых, человек двадцать, сопровождала крытую деревянную повозку. Геркулес ехал верхом впереди, рядом с аль-Мундиром. Разглядеть выражение его лица с такого расстояния было невозможно, но он, по всей видимости, не был запуган, ему ничто не угрожало.

Процессия двигалась вниз по дороге, и Линкольн со спутниками стал строить предположения:

— Он не производит впечатления запуганного человека.

— Куда они направляются? — поинтересовался Никос.

— Существует три возможности. Они могут двигаться в Багдад, Тегеран или в Стамбул. В это время года проходимыми остаются дороги, ведущие только в этих направлениях, — пояснила Алиса.

— Но как мы это узнаем? Пока мы соберемся следовать за ними, они могут исчезнуть, — засомневался Линкольн.

— Есть один способ, — заговорил до сих пор молчавший проводник.

— Какой? — поинтересовалась Алиса. Она начинала понимать, что происходит что-то не так, как того хотелось бы. Геркулес не мог уехать и оставить их одних. Единственным объяснением его поведения было то, что он пытается каким-то способом отвести угрозу от своих друзей.

— Я очень хорошо знаю здешние дороги, куда бы они ни вели, в Казвине они непременно пересекутся. Я могу добраться туда раньше них, а когда узнаю, куда они направляются, дождусь вас и сообщу, какое направление они избрали.

— Эта идея, Азиз, мне кажется вполне приемлемой, — согласился Линкольн.

Проводник побежал на лужайку, отвязал одного из мулов и помчался во весь опор по уходящей вверх дороге. Прежде чем скрыться из вида, он сказал:

— Не волнуйтесь, я пришлю вам кого-то, кто покажет вам обратный путь.

Четверо друзей не сводили глаз с тропы. Они остались без проводника посреди пустынной местности. Геркулес исчез, и всех охватила тревога.

— Не беспокойтесь, — заговорил первым Линкольн, пытаясь взбодрить павших духом товарищей. — Геркулес бывал в ситуациях куда более сложных, чем эта, и всегда выходил победителем.

Алиса подошла и обняла его. Она постаралась поверить в слова друга, но в каком-то смысле чувствовала, что на этот раз ситуация была совершенно иной. Они остались одни, и ими уже овладевали сомнения относительно того, как они будут продолжать начатое опасное дело без Геркулеса. Линкольн стиснул зубы, пытаясь взять под контроль охватившее его беспокойство, и прочитал короткую молитву. Бог оставался единственным, на кого еще можно было надеяться, когда все остальные возможности утрачены.

69

Железнодорожная станция была переполнена пассажирами. Многим, бежавшим от войны, приближавшейся к их землям, хотелось попасть в Стамбул. Британская армия пыталась пробиться через иракскую Басру. Дела на египетском фронте шли не очень хорошо, поскольку арабские племена взбунтовались против турок.

Азиз, как и обещал, отправил к друзьям своего родственника в качестве проводника, а когда встретился с ними сам в Казвине, рекомендовал им следовать через Ирак и Сирию, избегая Армении. Необходимо было помнить, что восстание армян и близость русского фронта превратили этот регион в настоящий пороховой погреб. Кроме того, проводнику удалось услышать и увидеть, что ассасины с Геркулесом направились в сторону Мосула, а оттуда — на Стамбул.

Путь через Мосул был длиннее, но у них не было иного выбора, кроме как обогнуть сирийскую пустыню и двигаться дальше старыми турецкими дорогами. Тем временем Линкольн и его друзья пересекли бы пустыню, а в Алеппо сели бы на поезд «Дамаск — Берлин». Так они достигли бы Стамбула за два дня, сэкономив один день и опередив таким образом аль-Мундира и ассасинов на целые сутки.

Линкольн и его товарищи во время путешествия сотни раз размышляли над поведением Геркулеса. Наконец все пришли к единому выводу: речь идет о какой-то хитрости. У Геркулеса, должно быть, имелись весомые основания делать то, что он делал, а им оставалось только следовать за ним и помогать ему.

Поезд отошел от Алеппо точно по расписанию. Друзьям удалось устроиться в двух отдельных купе: Алиса — в одном, все остальные — в другом. Впрочем, Линкольн все равно проводил больше времени с ней, чем в своем купе.

Друзья пересекли всю Анатолию и оказались в самом сердце Оттоманской империи. Они понимали, что отыскать Геркулеса в Стамбуле будет трудно, но надеялись на то, что судьба все-таки улыбнется им. Линкольн с Алисой не раз планировали, как они будут искать его. Несмотря на то что во многих случаях обстоятельства бывали сильнее их, они не теряли веры в Геркулеса.

— Не отчаивайся, Джордж, — успокаивала Линкольна Алиса, кладя ему руку на плечо.

— Город огромен, он набит до отказа солдатней. Нам ничего не удастся сделать.

— Геркулес найдет возможность протянуть нам руку помощи. Не знаю как, но он это сделает.

— Надеюсь.

— Мы пересекли Египет, мы пережили несколько нападений бандитов и смогли в конце концов добраться до самого сердца долины ассасинов, и мы достигнем цели.

Линкольн посмотрел на девушку. Если ему что-то и нравилось в ней, так это ее надежность и мужество. Она была готова пойти на любые жертвы ради доброго дела. Ее сердце было чисто, а ее решительность толкала его идти вперед.