Приходи в прошлое - Лия Тихая

«Береги себя», — надпись сменилась, всё ещё представая перед внутренним взором в виде полыхающих огненных букв.

«Хорошо. Если ты мне поможешь», — ответила я.

Стихия радостно закружила вокруг меня, ластясь, словно котёнок, облизывая пальцы, но не обжигая.

Тут я вспомнила о втором вопросе, который меня попросили задать своей магии. Теперь это уже не казалось чем-то странным или бессмысленным, после этого взаимодействия с явно живым и вполне разумным огнём. Хотя, конечно, где-то внутри притаилось лёгкое беспокойство, вызванное мыслью о том, что он может захватить надо мной контроль.

«Спрашивай», — поторопили меня приплясывающие от нетерпения буквы.

«Ладно-ладно, — мысленно рассмеялась я, позабавленная таким поведением стихии. — Какие эмоции руководят тобой?»

И, хотя я сама не до конца понимала суть этого вопроса, огонь, кажется, точно знал, о чём идёт речь. Вот он взметнулся вверх ярко-оранжевыми языками, сыпля во все стороны горячими искрами. Я отчётливо ощутила ту ярость, которую он хотел передать. Затем огонь словно свернулся в кокон, и мне не нужно было слов, чтобы понять, что он имеет в виду страх и обиду, смешавшиеся в одну причудливую эмоцию. Наконец, огонь потянулся куда-то наверх и, оторвавшись от насиженного места, переместился в район сердца, отзываясь приятным теплом. И я ни капли не сомневалась в том, для кого это тепло предназначалось.

— Теперь попрощайтесь со своей стихией. Если есть желание, то можете поблагодарить её за разговор, — раздался голос откуда-то извне.

Я не сразу вспомнила о том, где вообще нахожусь. Мне потребовалась пара мгновений, чтобы снова почувствовать своё тело. Кажется, шея всё-таки затекла от неудобного сидения.

«До свидания, — помахала я своему огню. — Мы ещё встретимся».

«Обязательно», — в этой огненной надписи мне показалось, я почувствовала улыбку.

«Спасибо за разговор», — решила всё-таки последовать совету учителя. Мне показалось, что так будет правильно.

Огонёчек на мгновение вспыхнул ярче, а потом свернулся калачиком, словно смутившись, вызывая у меня улыбку.

Ещё раз махнув ему на прощание, я, наконец, открыла глаза. Сознание было кристально чистым и полным безмятежного спокойствия. В теле чувствовалась лёгкая приятная усталость. Улыбка всё так же держалась на губах. Как же всё-таки хорошо жить.

Глава 21

Лекс же расслабленным вовсе не выглядел. Принц был задумчив и хмур, одним своим видом заставляя меня растерять добрую половину своего спокойствия. Неужели за то короткое время, что я провела, прислушиваясь к себе, успело случиться что-то стоящее его волнения?

— Любимый, — тихонько позвала я его, нежно убирая с лица светлую прядь. — Что-то не так?

— Нет, — поспешно заверил меня Лексиан, заключая в объятия. Огонь в моей груди снова затрепетал. — Просто немного повоевал с собой, вот и всё.

— Хотите поделиться своими ощущениями? Возможно, я смогу помочь вам советом, — предложил учитель.

Лекс замялся, наверное, в первый раз на моей памяти выглядя настолько неуверенным. Я поняла, что он может и хотел бы поделиться своими чувствами, но что-то останавливало его. Ужасно хотелось хоть немного подбодрить любимого, и я заговорила первой.

— Давайте, я начну, — постаралась придать своему голосу оптимистичную интонацию.

Кратко описав всё, что думала, чувствовала и обсуждала в разговоре с огнём, выжидающе посмотрела на учителя. Отчасти потому, что мне правда интересно было узнать его вердикт, отчасти потому, что я хотела узнать, насколько корректные слова он выберет для того, чтобы озвучить сделанные выводы. Если он будет груб, то зачем Лексиан будет тратить на него время? А я уж как-нибудь переживу возможные колкие слова.

— Это замечательные результаты, Ваше Высочество! — кажется, Пол был искренне воодушевлён. — Даже несмотря на то, что вы на два года лишились своей магии, вы всё ещё в хорошем контакте со своей внутренней стихией. Если вы и дальше продолжите прислушиваться к своим чувствам, то сможете легко контролировать свою силу, не позволяя ей обрести разрушительный характер.

Я озадаченно моргнула, чувствуя, как щёки слегка розовеют от столь искренней похвалы. Вот чего я точно не ожидала, так это того, что мои результаты окажутся хорошими. Более того, замечательными. Мне казалось, что это будет чем-то… средненьким, если не посредственным. В конце концов, у него занимаются дети, которые, я уверена, могут достигнуть гораздо более высоких результатов, чем я.

Огонь недовольно завозился внутри, не соглашаясь, и мне пришлось уступить всеобщему мнению. Что ж, в конце концов, похвалу тоже нужно уметь принимать, верно?

— Сп-пасибо, — растерянно пробормотала я, а потом, пытаясь собраться с мыслями, обратилась к Лексиану. — Ну, что ж, теперь ваша очередь, мой принц.

— Боюсь, насчёт меня вердикт будет менее радужным, — усмехнулся Лекс. Вышло мрачновато. — Сначала всё было неплохо…

Расслабиться получилось легко. Особенно после того, как он сосредоточился на моей тёплой тушке под боком. Всё время, что он провёл с закрытыми глазами, Лексиан, оказывается, видел и ощущал меня как яркое огненное пятно, уютно устроившееся рядом.

Трудности начались, когда он попытался найти источник своей стихии. В районе солнечного сплетения ничего не обнаружилось. Лексиан мысленно блуждал вниманием по своему телу, как по неосвещённым коридорам, в поисках того, что хотя бы примерно ощущалось, как его магия.

В какой-то момент тьма вокруг начала сгущаться, и он понял, что приближается к своей цели. Тьма прочно поселилась в его голове, где-то на задворках разума. И теперь, найдя её, Лекс подошёл к клетке, в которой когда-то с большим трудом запер рвущуюся наружу стихию. Сдерживать её, чтобы никому не навредить, всегда было его главной целью.

— Что, снова пришёл ко мне? — насмешливо поинтересовалось нечто в клетке. — Я знал, что ты слишком слаб, чтобы справиться без моей помощи.

— Как агрессивно, — неодобрительно пробормотал себе под нос Лексиан, напрягаясь в ожидании атаки.

— А что ты хотел?! — существо в ярости ударило по прутьям, заставив те жалобно лязгнуть. — Ты запер меня здесь! В одиночестве! Да я света белого почти не вижу! Всё время на цепи, взаперти, под строгим контролем! А я жить хочу. Свободно. Но ты поступаешь со мной так же, как отец поступает с тобой.

Эти слова отозвались в груди острой колющей