Бастион – N - Кира Уайт

пойдешь со мной и займешь наблюдательную позицию, не показываясь ему на глаза, будет идеально.

– У тебя странные представления об идеальности.

Устало потираю глаза, не обращая внимания на колкость.

– Встреча состоится во время обмена обсидиановых дисков. Тебе все равно там делать нечего, не хватало еще случайно встретиться с кем-нибудь из тех, кто может тебя узнать, как из заключенных, так и представителей закона. Я придумаю, как отвертеться, встречусь с Кейдом и выясню, каковы его намерения.

Ксандер сокрушенно качает головой, его жевательные мышцы ни на миг не прекращают движение, что выдает недовольство, которое он испытывает.

– Черт! Не нравится мне все это.

– Я тоже не в восторге, но либо так, либо бежать придется уже завтра. Мы к этому не готовы.

Он с шумом выдыхает и откидывается в кресле, какое-то время молча смотрит в потолок. Рассеянно рассматриваю темный рисунок татуировки на его руке. Наконец, Ксандер выпрямляется и тут же заглядывает мне в глаза, как-то до странного проникновенно, отчего по коже пробегает озноб. И прохладный ветер, проникающий через окно, здесь совсем ни при чем.

– Хорошо. Я подстрахую. И Хэтти… спасибо, – внезапно говорит Рид, а глядя на мои нахмуренные брови, поясняет, – за то, что все рассказала.

Киваю, ощущая, как ком в горле разрастается с новой силой.

Все. Слишком громко сказано.

Но несмотря ни на что, никто не должен знать правду. Это я уяснила раз и навсегда. И теперь, спустя несколько часов после встречи с Кейдом, могу трезво оценивать ситуацию. Мне во что бы то ни стало необходимо выяснить, откуда Органа знает такие подробности, которые никоим образом не должны были попасть к нему в руки, а также с кем он успел поделиться. Но это даже не главное. Получив информацию от Кейда, я должна буду искоренить проблему.

Сократить посвященных в правду до одного человека.

Глава 19

Два дня пролетели незаметно. За это время мы постепенно влились в налаженный ритм жизни Бастиона N. Ежедневно в разное время ходили на охоту, а вечера неизменно проводили в компании Эмер и Зейда, а также вечно ошивающихся поблизости членов их групп.

Толком пообщаться с Кейси не вышло, потому как поблизости всегда кто-то находился, будь то Ксандер или Эмер, в присутствии которых по молчаливому согласию мы старались не обсуждать совместное прошлое. Мне даже не пришлось ничего объяснять, Керриган сам все понял.

Он только сообщил, по каким причинам пять лет назад его группа сменила направление сбыта контрабандного оружия и прекратила поставки в Алерт. По его словам, это произошло из-за того, что в моем родном городе завелся какой-то неподкупный представитель закона и договориться с ним было решительно невозможно. Именно поэтому контрабандисты наладили сотрудничество с другими городами и больше не показывались в наших краях. Затем Кейси поведал о том, как по неосторожности попался и оказался в Бастионе. Он был не один, но все, с кем Керриган прибыл в тюрьму, погибли в течение нескольких месяцев.

Я, в свою очередь, рассказала о том, как потеряла отца, но вдаваться в подробности о том, как попала в группу Ксандера и начала заниматься контрабандой не стала. Кейси принял это без возражений, а я лишь выдохнула с облегчением оттого, что не пришлось сочинять очередную ложь.

Из всего общения с Керриганом я сделала вывод, что за эти пять лет он ничуть не изменился, но стоило в разговоре упомянуть восточную часть Бастиона, как черты его лица тут же ожесточались. Это еще раз подтвердило правоту моего решения рассказать Ксандеру о предстоящей встрече с Органа. Неизвестно, как на просьбу о помощи отреагировал бы Кейси, если одно упоминание востока приводило его в мрачное расположение духа.

Вечер накануне обмена обсидиановыми дисками мы провели за беседой с Эмер и Зейдом, которые рассказали подробности о предстоящем действе. И эти подробности сыграли нам на руку и позволили без подозрений отвертеться от похода в центр тюрьмы.

– На обмене могут присутствовать не больше шести человек от каждой стороны Бастиона, – рассказывала Эмер. – Проносить туда оружие строго запрещено, и с нарушителями никто церемониться не будет.

– Пару лет назад, еще до того, как мы сюда попали, был такой случай, – добавил Зейд. – Заключенного из Бастиона S, пришедшего с оружием, представители закона убили на месте и в довесок отказались проводить обмен с южанами. Им предстояло целый месяц обходиться без жизненно необходимых запасов, чтобы попытать удачи в следующий обмен.

Бросив короткий взгляд на хмурого Ксандера, я осторожно уточнила:

– Как же они выживали?

Эмер фыркнула и сокрушенно покачала головой:

– Не думаешь же ты, что южане сели на тридцатидневную диету? Как только представители закона забрали обсидиановые диски и погрузились в вертолет, чертовы психи напали на малочисленную тогда группу западников и попытались отнять у них припасы.

Ничего удивительного в этом я не увидела и даже в какой-то мере поняла поведение южан. Из-за глупой ошибки одного они должны были умереть от голода.

– И как эта проблема решается сейчас? – уточнил Ксандер. – Что мешает представителям других стен нападать друг на друга сразу после обмена?

Зейд одобрительно кивнул, будто только и ждал этого вопроса.

– На время обмена в центре Бастиона объявляется перемирие, которое никто не смеет нарушить, о последствиях, думаю, напоминать не стоит. Но за пределами центрального квадрата эти правила не действуют, поэтому там собирается подавляющее большинство жителей стен. Они охраняют свои границы от посягательств и следят за тем, чтобы полученный товар в целости доставили до места. Ну и отстреливают тварей, если те сунутся на их территорию.

Получив эту информацию, мы с Ксандером, не сговариваясь, вызвались остаться в группе охраны. Так Рид беспрепятственно раздобыл винтовку дальнего действия. В тот же вечер, оставшись наедине, мы обсудили стратегию поведения при встрече с Кейдом. Ксандер займет выгодную позицию в нескольких сотнях метров и будет следить за происходящим в прицел.

Меня это более чем устраивало. Во-первых, я не оставалась без прикрытия на случай, если Кейд решится выкинуть какую-нибудь гадость. Во-вторых, Ксандер не услышит разговор.

Риду все это не нравилось как раз по тем же причинам. Он был не в восторге от слишком большого расстояния, из-за которого не услышит ни слова и, если что-то пойдет не так, не сможет оказаться рядом в то же мгновение. И сколько бы я его не заверяла в том, что все пройдет спокойно, Ксандера это не убедило. Да и меня, честно говоря, тоже.

В утро перед обменом мы с поредевшей группой Эмер