Нелюбимая жена - Злата Романова

Я не могу сдержать смешок.

– Да нет же, люстру мы с Мирой выбирали, а потом, когда сидели в кафе, Тимур позвонил и подъехал, чтобы поужинать. Он к Самире относится совсем как к любой другой моей кузине. Они даже умудрились поспорить за едой. Мире показалось, что Тимур ведет себя слишком властно со мной.

– Мне все равно этого не понять, подруга. Бывшие – это бывшие. Не смогла бы я так спокойно реагировать, видя рядом с Васимом его бывшую девушку. Даже если они не спали.

– Ну, я не смотрю на это так, – отвечаю я, не желая вдаваться в подробные объяснения. – Если бы заметила у кого-либо из них интерес друг к другу, то уже другое дело. Но если честно, Мира даже когда они встречались, не сказать, что сильно любила его. Она и сама признавала, что Тимур – хорошая партия и поэтому она согласилась на брак.

– Как цинично, – фыркает Вика. – Видимо, твоя кузина очень продуманная.

– У всех свое понятие счастья, – дипломатично замечаю я. – Но Тимур действительно хорошая партия. Я-то знаю. Сколько наших женщин живут с любимыми мужчинами, терпя измены, потребительское отношение, отсутствие денег? А мой муж заботливый и добрый, ни в чем мне не отказывает, балует. Знаешь, Вик, я поумнела за эти годы, сняла розовые очки. Любовь – не главное в браке. Если человек тебя устраивает в интимном плане, не противен, то почему бы и нет? Мужа надо выбирать так, чтобы быть уверенной в своем будущем. Если он не бабник, не лентяй, что еще надо? Любовь – это просто приятный бонус, если она есть. Печальный опыт моих кузин, да и других окружающих женщин окончательно убедил меня в этом.

– В чем-то ты и права, – соглашается Вика. – Но ведь в этом подходе к выбору будущего мужа никакой романтики!

– В любом случае, Мире сейчас мужа выбирать будет отец, – признаюсь я. – Это пока секрет, но поиски уже начались. Думаю, ее единственное желание сейчас – это чтобы им оказался нормальный парень, а не какой-нибудь мужик под сорок, заплывший жиром. Мира не из тех, кто может влюбиться за душевные качества, внешность важна для нее.

– Еще одна дикость! – возмущается Вика. – Где это видано, чтобы за взрослую женщину решал отец, тем более в вопросах брака?

Мы еще долго болтаем с ней, пока не приходит время ужина. Я привыкла к постоянному общению с Викой и даже представить не могла, что буду так скучать по своей подруге.

Положив трубку, иду на кухню, обнаруживая, что Тимур уже приехал домой, а я и не заметила. Он сидит за столом и пьет кофе, а при моем появлении, встает и крепко целует, буквально трахая мой рот языком и жадно кусая за губы, пока у меня не отнимаются ноги и мозг не превращается в кашу от возбуждения.

– Ты чего? – удивляюсь я, задыхаясь после такого напора.

– Ничего. Соскучился, – выдыхает он, и отпустив меня, уходит в гостиную.

Видимо, это была не прелюдия и ужин готовить все же нужно.

За три года, что мы женаты, я хорошо узнал Лейлу. Она никогда не была щедра на эмоции, ласку, но по ее взгляду или улыбке я без труда научился считывать, что она чувствует в тот или иной момент. Поэтому, когда Лейла призналась, что любит меня, я знал, что это не просто слова. Она ими никогда не разбрасывается.

Услышав же часть ее разговора с Викой, я засомневался.

Сидел в кухне и долго размышлял, было ли это сказано теоретически или она имела в виду наш брак. Потому что проверить это невозможно. Целовать ее с этой целью было глупо, ведь влечение не всегда вызывает любовь, а в сексуальном плане у нас всегда порядок, Ляля очень страстная в постели и только там забывается настолько, чтобы забыть о всех условностях и правилах, которые ей вбивали в голову с детства. Вырастили идеальную невестку для будущей семьи, убив в ней жену. Идеальная кавказская женщина, млять!

Не могу перестать сомневаться. В нашем браке я – тот, кто любит, а она позволяет себя любить. Ей удалось научить меня тому, чего не добились родители – терпению. Ведь моя жена всегда такая собранная и невозмутимая, что я со своей вспыльчивостью казался просто незрелым переростком рядом с ней. Не могу сказать, что все наши ссоры были спровоцированы мной, но то, что именно я предпринимал первые шаги к примирению – факт.

С другой стороны, Ляля – сама нежность. В ней нет агрессии, она такая девочка – беззащитная, милая, наивная, что я даже злиться на нее не могу. Смотрит на меня виноватым взглядом, при этом гордо задирая нос для вида, и я сразу же таю и иду мириться. Если бы кто-то сказал мне, что меня вот так вот обведет вокруг своего пальчика женщина, я бы посмеялся и послал его на три буквы, но реальность такова, что моя жена меня полностью приручила. Вот только тот факт, что я не нужен ей так, как она мне, сводит меня с ума. Я ревную ее к каждому, кому она улыбается, разговаривает, уделяет свое внимание, которого даже я не всегда удостаиваюсь.

Как я могу настолько сильно зависеть от нее? Это даже не любовь, это какая-то болезнь. Будь моей женой любая другая женщина, уверен, такого бы не было. Да даже Самира, в которую я действительно был влюблен, по которой я страдал так, как ни разу в жизни, не могла держать меня в узде, а этой робкой упрямой святоше удалось! И даже являясь ее законным мужем, я не чувствую того, что она полностью моя. А Ляле еще ребенка вздумалось завести! Да будь я уверен, что она не забудет о том, что у нее вообще есть муж за своими бесконечными делами и интересами, я бы с удовольствием подарил ей хоть троих детей! Но так стремно тосковать по тому, кто живет вместе с тобой. Я не хочу срывать злость на ребенке из-за того, что его мать забывает обо мне и дарит всю себя ему. Потому что я-то знаю, что Лейла будет идеальной матерью-наседкой.

Этот ее разговор с Викой дико выбивает