Лесная кукла - Анна Васильевна Дубчак

25. Май 2024 г

Журавлев. Женя

Женя назначила Павлу встречу в парке «Музе-он». Сказала по телефону, что хочет «утонуть в черемухе». Говорила быстро, с придыханием и глотая слова, словно за ней кто-то бежал. Рассказала, в каком примерно месте хочет с ним встретиться, чтобы просто посидеть на скамейке и полюбоваться цветением черемухи. Добавила, что у него такая нервная работа, что время от времени надо отдыхать, менять обстановку и наслаждаться жизнью. Да, она так и сказала: наслаждаться жизнью.

Он все бросил и поехал в парк.

И нашел ее там, сидящую на скамейке, напряженную, бледную. Она выглядела так, как если бы у нее случилось что-то страшное и что ей не с кем поговорить.

– Женя, что случилось?

– Паша… не знаю даже, как тебе это сказать… Просто устала, понимаешь? У нас свой сад, и зимний сад, и много разных растений, и все это мне нравится, и я люблю этим заниматься… Но вот захотелось побыть здесь, в этом прекрасном месте. Знаю, что в мае самое пышное цветение черемухи здесь, в «Музеоне». Что люди специально приезжают сюда, чтобы подышать этим ароматом, насладиться, раствориться, если хочешь… Я живу за городом, на природе, казалось бы, все это у меня есть. Но меня там окружают люди, няни, прислуга, семья Наташи, муж, ребенок… Я их всех люблю, без них уже и не представляю себе жизни, но иногда, знаешь, хочется побыть одной… Вернее, оторваться от семьи, вырваться из привычной обстановки. Не знаю, получилось ли мне объяснить тебе, почему я назначила тебе встречу здесь.

Он развернул ее к себе и поцеловал. И она, ее губы и волосы, все ее лицо пахло уже черемухой. Она, верно, хотела сказать, что дома, в саду, даже в самом укромном месте, кто бы им дал поцеловаться? Сад охраняется, как и вся территория особняка. Везде камеры, повсюду люди…

– Ты пахнешь черемухой, – сказала она ему после того, как он ее отпустил.

– И ты тоже. Сладкая и душистая. Думаю, я когда-нибудь тебя съем. Женя, что случилось? Какие-то неприятности? Борис что-то заметил?

– А что он мог заметить? Нет, не в этом дело…

– Но ты взволнована, да ты вся дрожишь!

– Нет, все в порядке. Хотя… Знаешь, мне надо с тобой поговорить. Паша, я не следователь. Да, мне удавалось помочь Валере раскрыть кое-какие дела, но думаю, что мне просто везло. К тому же мне это нравилось, это интересно, да и полезно было тем, кого могли бы посадить ни за что. Мы просто спасали людей, которые могли бы попасть в самые настоящие жернова правосудия. Но дело, которым мы сейчас занимаемся, вернее, мы с Наташей пытаемся в нем разобраться и помочь тем самым следствию, кажется мне наисложнейшим. И я чувствую себя крайне неуверенно, я запуталась… И из-за этого я боюсь лишний раз позвонить тебе… Мне как бы неудобно перед тобой за то, что я ничего толком не сделала, хотя Ребров наверняка наделил меня какими-то волшебными способностями…

– Женя, да брось ты! Не надо тратить свое время, не надо так зацикливаться на этом деле… Это у нас есть возможности, средства, люди… Живи спокойно своей жизнью… Что же касается твоих способностей, то в них я нисколько не сомневаюсь. Но предполагаю, что у тебя хорошо развита женская интуиция. И да, признаюсь, мне поначалу хотелось, чтобы ты принимала участие в каких-то мероприятиях по этому делу или какому другому просто для того, чтобы чаще видеть тебя или слышать по телефону твой голос. Но разве нельзя встречаться не по делу, а просто так, здесь, к примеру, в черемуховых садах? Или где-нибудь на природе, в лесу или на озере, покататься на лодке, половить рыбу… Ты мне нравишься, мне тебя не хватает, я хочу видеть тебя чаще, разговаривать с тобой…

Он снова поцеловал ее. Она закрыла глаза, она отвечала на его поцелуи, она льнула к нему, но у него было такое чувство, словно она того и гляди заплачет. Она казалась травмированной, раненой.

– Женя, что случилось? Ты какая-то не такая… Может, ты все-таки поссорилась с мужем?

– Нет-нет… Вспомнила, как мы с Наташей недавно были у сестры Агневского, Лили, и как она послала нас… Да еще и забросала салатом… Короче, мы попались ей под горячую руку. Видать, она уже устала от допросов… А тут мы такие заявились… Мне кажется, что я до сих пор этим свекольным салатом с чесноком пахну… Вот тогда я и поняла, что прекращу свое вмешательство в расследование. Что не имею права мешать, лезть… Я так Наташе и сказала.

– Ты делай все, что тебе хочется. Что же касается каких-то неудач, то у меня их, поверь, тоже немало! Это же работа, всякое случается. Не бери в голову…

Они еще какое-то время сидели, говоря о каких-то простых вещах, целовались, и Павел пытался понять, стоит ли ему возвращаться к теме расследования или нет, на самом ли деле Женя решила отойти от дела, как все-таки не выдержал:

– Ты же знаешь, что я допрашивал Лилю Агневскую, правда, безрезультатно, к сожалению. Ясно, что ее телефоном просто воспользовались и с него отправляли Юрию сообщения. Лиля – человек умный, хотя и сложный, и не очень-то приятный в общении. С ней трудно, как я понял. Но она не стала бы так грубо подставляться, отправляя брату по телефону такого рода улики. Повторяю, она не дура. Уж она, если бы решила избавиться от брата, нашла бы способ более безопасный, чтобы на нее точно не подумали. Ведь, если разобраться, все нити вели именно к ней…

– И?! – оживилась Женя, словно минуту тому назад не отказывалась помогать следствию.

– Короче. Сегодня мне позвонила невеста Агневского, Настя, и сказала, что была в гостях у Лили, и вот там, у нее дома, в швейной машинке увидела кусок ткани, очень похожий на ту, из чего было сшито платье убитой Каштановой.

Реакция Жени была странной. Она почему-то встала и схватилась за голову. И так простояла несколько секунд, словно собираясь с мыслями. Затем, улыбнувшись загадочно, она вернулась на скамейку, села и даже дала себя обнять. И после очередного поцелуя спокойно ошарашила Павла:

– Вот теперь я точно знаю, кто все это подстроил и убил Каштанову.

26. Май 2024 г

Лиля

Сначала она укладывала вещи аккуратно, плотно, в большую дорожную сумку, как если бы они были женаты и она отправляла мужа в командировку. Но потом, когда прекращалась