Земля: Начало. Том II - Михаил Ран

— Я тут… — хрипло ответила она, посильнее цепляясь в руку брата. — Пап, это прям... как в фильмах. Только хуже, там хоть сценарий есть.

— А тут его уже нет. — пробормотал Артём. — Чистая импровизация.

Они были почти у пункта пропуска, где стояли военные в броне. Несколько человек сидели за столом, записывали фамилии, сверяли что-то в бумагах. Рядом – коробки с серыми свёртками. Одежда? Продукты? Никто не знал точно.

В этот момент слева вспыхнула волна шума. В толпе завозился мужчина средних лет – седоватый, взъерошенный, дорогие часы на руке, костюм тройка, пиджак висел на сгибе локтя. Он шагнул вперёд, расталкивая плечами тех, кто стоял на его пути.

— Что происходит?! Объяснитесь! — рявкнул он, и голос его дрогнул на высоких нотах. — Вы что, не видите, что снаружи ТВО-РИ-ТСЯ?! Мы заслуживаем ответы!

— Проходите дальше. — монотонно бросил один из бойцов у пункта, даже не поднимая головы на оратора. — Как пройдете на платформу, спустя время будет вам инструктаж. Всё там.

— Нет! — мужчина уже кричал. — Мы вам не скот! Вы хоть слово скажите! Что это были за твари?! Где правительство?! Где… армия?

Видимо его выкрики нашли отклик, потому что со временем ему начали поддакивать из глубины толпы. Сначала робко, потом громче и громче. Гул пошёл по народу, как подземный ток.

Кто-то выкрикнул:

— Нас бросили!

— Они что-то скрывают!

— Почему вы записываете некоторых отдельно?!

Толпа сдвинулась, и хлынула вперёд как цунами. Металлические ограждения затрещали, сейчас они походили на волнорезы, но со своей задачей, к сожалению, не справлялись…

Евгений резко потянул семью к стене.

— Все назад. Быстро. К стене! — скомандовал он, заслоняя Веронику и детей спиной.

— Женя… они сейчас… — Вероника не договорила. Она смотрела только на Алису. Та была бледна, как полотно, и дышала прерывисто.

— Мама… — прошептала девочка. Но стоило ей увидеть лицо матери, как она проглотила свои слова. И старалась стать сильной. Ещё одной опорой для своей семьи — Не волнуйся, всё хорошо… Просто слегка заволновалась.

В этот момент раздалась короткая автоматная очередь в воздух.

И голос, хриплый, уверенный, разнесся над толпой.

— ТИ-И-И-ХО!

Военный – высокий, с лицом как из гранита, в чёрной форме без опознавательных знаков. Он шагнул на ящик, из которого как раз доставали серые свертки, и поднялся над головами.

— Вы – граждане нашей страны. Мы здесь, чтобы защитить вас. Для того и существуют военные. Прошу вас содействовать нам, никто не желает причинить вам зла. Вы получите те ответы, которые есть у нас, но после.

Гул начал стихать, как если бы кто-то сжал весь “звук” в кулак.

— Сейчас каждый из вас проходит на платформу. Там – готовится эвакуационный план, и штаб. Уже размещаются временные укрытия, а всем, кому необходимо – будет оказана медицинская помощь. Вы взрослые люди, должны понимать, паника провоцирует хаос. Те, кто будут её инициаторами, готовьтесь к жестким последствиям.

Он провёл взглядом по людям. Жёстко, по-солдатски, но с некоторой выстраданной тревогой, наполненной человеческой печалью.

— Дайте нам работать.

Мужчина в костюме отступил опустив голову. Толпа замерла… и сдвинулась, очень неохотно, но послушно. И не ясно, что внушало больше уважения, сам военный, или стрельба в воздух.

— Видели, как надо. — пробормотал Евгений. — Настоящий командир.

— Нам бы такого в университет. — буркнул Артём.

Вероника просто молча подошла к детям, и крепко-крепко их прижала к себе.

И семья, держась друг за друга, пошла вперёд, в глубину подземки, навстречу неизвестности. Каждый из них думал о чем-то своем. Но если бы они поделились своими мыслями, то очень сильно удивились бы.

Потому что у всех она была одинаковой: “Саша, надеюсь, что у тебя все в порядке.”

Глава 20

Прогулка, на удивление, началась очень удачно. Стоило мне отойти от подвала и места где я сражался с Форсуном. Вокруг не было слышно ни единого шороха, ни единого монстра. Да и сканирование, тоже, молчало. Это было вполне логично, потому что если бы они тут были, то на дневное представление сбежались бы всем скопом.

А пока только тишина и мягкий шелест мусора, гоняемого ветром по разбитому и холодному асфальту, сопровождали меня в прогулке. В голову пришла идея, сходить до торгового центра, о котором говорила девушка. Тем более так будет безопаснее, и если что я смогу сам сбежать.

Луна отражалась в разбитых окнах домов, и осколках стекла на земле. Уличные фонари, мертвые, – торчали из асфальта, как черные кости самой улицы. Недалеко поскрипывали мусорные баки, стоящие рядом с подъездами.

— Алекс, ты бы глаза включил. — неожиданно подала голос Вейла. — Только не в смысле “посмотри вокруг”, а буквально, активируй их.

— Я ж уже это делал… — отозвался я, поворачивая в переулок. — Ты же помнишь, когда все тело напитывал энергией, усиляя его.

— Не “делал”, а только “пробовал”. — буркнула она. — Я говорю не про просто залить энергию в тело и в глаза, а направить её отдельно по глазам, их нервам, соединяющим каналам... В общем со всем, что связано с обработкой сигнала в мозге. Ты, вообще-то, собирался быть врачом. Или ты думал, что знания по нейроанатомии нужны только для того, чтобы на экзаменах блистать?

— Да я как-то… — я почесал затылок. — Не думал, что это может пригодиться. Ну и вообще, усиливать глаза казалось... непрактично.

— Конечно, непрактично. — с сарказмом передразнила она меня. — Просто попробуй, и всё, потом ещё спасибо будешь говорить.

Я вздохнул. Логика у неё железобетонная, ничего не скажешь. Просто попробуй. Тогда попробуем, от меня явно не убудет.

Замедлив шаг, сделал несколько вдохов и выдохов выравнивая дыхание, после чего сосредоточенно потянулся к энергии. Медленно соединил все потоки, и направил пси вверх, к глазам. Но на этот раз не тупо загоняя её в глаза. А запускал глубже – к самим каналам связи между глазами и мозгом. Почувствовал, как что-то щёлкнуло внутри, прямо за глазными яблоками. Было не больно, но чувство крайне новое. Подобно тому, когда иголкой тыкаешь себя в палец. Только тут она кольнула изнутри.

Необычное, тонкое ощущение, сопровождалось и снаружи. Кожа вокруг глаз мягко натягивалась, а сами глаза стали горячее, как если