Пожиратели сознания - Фрэнсис Вилсон

— На Первой авеню? — От них это было прямо на востоке. Двадцать седьмая выведет их. — В дорогу?

— Почему бы и нет? Нанесем доктору Филдингу маленький неожиданный визит. — Она направилась к дверям, но остановилась. — А что, если он не захочет разговаривать? Что, если он нас выставит?

Может, и попытается. Но Жаннет была так важна для его сестры, что такой же она стала и для Джека. Так что не будет никаких попыток выставить. Джек в этом не сомневался.

— Еще как будет разговаривать, — сказал ей Джек. И когда она как-то странно на него посмотрела, он добавил: — Людям нравится откровенничать со мной. Это мой дар. Вот увидишь.

10

— Ага, — сказал Джой, — но как мы выясним, здесь ли он живет? Может, он просто зашел в гости?

Стэн Козловски закусил изнутри щеку и пожевал ее, глядя на разукрашенный фасад здания на Западной Двадцать седьмой улице. Джой задавал ему этот вопрос, должно быть, в шестой раз, но Стэн, как и в первый раз, не знал, что ему ответить.

Они следовали за своим объектом слежки всю дорогу из Риверсайд-парка. Это было нетрудно. Похоже, он не подозревал о существовании хвоста, но они принимали все меры предосторожности, отпуская его так далеко, что один раз чуть не потеряли из виду. Они видели, как он вошел в этот дом. Поскольку они не могли последовать за ним внутрь, братья нашли укромное местечко на той же стороне улицы и продолжили наблюдение за входом.

— Есть только один способ выяснить, — сказал Стэн. — Следить за ним, куда бы он ни пошел, куда бы ни возвращался, где бы ни проводил ночь, — так и узнаем, где он живет.

— Надейся.

— Поскольку мы не знаем его имени и вообще ничего о нем…

— Мы вроде услышали, что его, кажись, зовут Джек.

— «Вроде» нам не поможет. Джек — не такое уж редкое имя. Неужто ты не понимаешь, что у нас нет иного шанса, кроме как наблюдать и ждать.

— Я не могу ждать, Стэн. Я и так жду слишком долго.

— Потерпи, Джой. Неделю назад у нас не было даже надежды, что мы его снова встретим. А теперь мы его не упустим.

— Ка-пут! — ухмыльнулся Джой.

— Это ты верно сказал. Мы… эй, а это не он? Да. Точно он. И не один. Обнимает за плечи какую-то блондинку.

— Вот черт, — проворчал Джой, когда им снова пришлось прижаться к стене. — Подцепил куколку. Просто классно.

— Если она живет здесь, братец, то, значит, мы нашли его кроватку. Но для надежности давай-ка проследим за ним.

— Ага, — сказал Джой и, расплывшись в улыбке, потер изуродованную руку здоровой. — Потому что хотим точно знать.

Стэн смотрел, как пара направилась к Шестой авеню. Пока все получается классно. И приятнее всего было то, что он уже несколько лет не видел Джоя в таком хорошем настроении.

11

— Все, что я могу посоветовать, — сказал доктор Филдинг, беспомощно разводя руками, — это проявлять терпение.

Кейт, сидя рядом с его столом в тесном кабине-тике доктора на третьем этаже Центра клинических исследований Соломона и Мариам Броди, смотрела, как лоснятся напомаженные волосы доктора. Кейт была хорошо знакома с мраморным вестибюлем этого двухэтажного здания с кирпичным фасадом. Ей часто приходилось тут бывать вместе с Жаннет.

Филдинг засуетился, когда они неожиданно вошли к нему — Джек не стал слушать никаких слов секретарши, — но быстро обрел свой облик самоуверенного врача-исповедника. Кейт была хорошо знакома с такой манерой поведения, часто сталкиваясь с ней на работе.

Он поклялся, что на этих днях связался с Национальным институтом здравоохранения и с таким же волнением, как и Кейт, ждет от них помощи и поддержки.

— Но ей с каждым днем становится все хуже. — Кейт старалась говорить спокойно, хотя ей хотелось кричать.

— Знаю, знаю, — скорбно покивал он. — Но нам приходится иметь дело с бюрократией масштаба Пентагона.

Кейт знала, что он преувеличивает. Скорее всего, знал это и Филдинг. Он бросил взгляд на Джека — он все время посматривал на него. Может, потому, что, войдя, Джек сообщил, что у его сестры есть несколько вопросов, и с тех пор не произнес ни слова. Он просто сидел и смотрел на Филдинга. От его взгляда и Кейт было не по себе; она могла только догадываться, как он действует на Филдинга.

Внезапно Джек ожил. Он хлопнул ладонями по бедрам и встал.

— Что ж, наверно, так и есть. — Он протянул руку Филдингу. — Спасибо, что уделили нам время, док.

Филдинг тоже встал, и они обменялись рукопожатиями.

— Не сомневаюсь, что скоро все выяснится.

— Еще один вопрос, — сказал Джек, не выпуская руки Филдинга. — Почему вы врете?

— Что? Как вы смеете…

Джек сменил хватку и, зажав большой палец Филдинга, взял его на излом. У Филдинга подогнулись колени, и он застонал.

— Джек! — воскликнула Кейт, кидаясь к нему. — Боже милостивый, что ты делаешь? Прекрати!

— Я извиняюсь за то, что мы тут устроили армрестлинг, — сказал он ей. — Будь у нас время, я бы нашел другой способ. Но поскольку время поджимает…

— Я позову охрану! — выдохнул Филдинг. Он пустил в ход свободную руку, чтобы освободиться от хватки Джека, но его старания привели лишь к тому, что Джек перехватил большой палец и левой его руки. — Полиция!

— Прекрасно, — мягко и спокойно, словно объясняя прохожему, как пройти к ближайшей станции подземки, сказал Джек. — Но это не помешает мне вывихнуть вам оба больших пальца и вывернуть их на триста шестьдесят градусов. Вы врач. И можете представить, как долго вы не сможете пользоваться ими, если вообще сможете. Копы могут явиться, но вам придется жить без больших пальцев. Как низшей форме жизни.

— Джек, прошу тебя! — Кейт никогда не видела брата таким — воплощением необоримой силы и неумолимости; от него шло грозное обещание жестокости. Она ужаснулась, испытывая страх. — Он же не…

— Правду! — Джек повысил голос, выворачивая оба пальца на четверть оборота. — Вы не звонили в НИЗ. Ни разу. Я прав?

Филдинг что-то пролепетал. По его искаженному лицу градом тек пот. Наконец он кивнул.

— Подонок! — вырвалось у Кейт. Джек посмотрел на нее:

— Что это за слово?

Не обращая на него внимания, Кейт подошла к столу Филдинга. Только что она испытывала сочувствие к этому человеку — она не выносила, когда кому-то причиняют боль, — но сейчас она хотела взять его медный письменный прибор и вышибить ему мозги. Джеку потребовалось всего тридцать секунд, чтобы сорвать с Филдинга маску респектабельности, после чего некогда уважаемый коллега представлял собой жалкое зрелище.

— Почему не звонили? — закричала она. — Объясните!

— Прошу вас… — выдохнул он, кивая на свои беспомощные руки.