Нечеловеческие хроники - Наталья Лустина

— Брат?! — переспросила пораженная Моника.

— Да, как ни странно это звучит. — ответил ей Маркус.

— А как же ваша взаимная ненависть? — не унималась она.

— Он изменился, и мне давно стоило признать это.

— Но он порождение зла!

— Человеческое насилие и жажда породили его и он до сих пор раб этого, но сам он не является злом в чистом виде!

— Как ты можешь так говорить?!

— Когда ты, наконец, повзрослеешь? — спросил Маркус со вздохом, — Посмотри на Елизара и ему подобных, он вроде как представитель света, но это не мешает ему пользоваться своими возможностями в личных целях, которым до благих, очень далеко!

Моника насупилась, а я с благодарностью и робкой надеждой посмотрела на Маркуса.

«Понимает ли он, ЧТО значат для меня его слова? Судя по тому, как он кивнул мне в ответ на мой невысказанный вопрос, понимает!» подумала я и мои мысли умчались далеко в прошлое. Сколько раз Дарий на моих глазах предотвращал чью-либо смерть? Множество раз! Был ли он хорошим, в общепринятом понимании? А кто из нас может похвастаться своей святостью? Люди порой более изощренны в своей жестокости, чем многие из бессмертных, сколько интриг, убийств, переворотов, войн?! Я не оправдывала его и прекрасно понимала, на что он в действительности способен, однако мне очень хотелось верить в его лучшую часть и Дарий, словно чувствуя мои надежды, все чаще оправдывал эти ожидания. Маркус очень вовремя прервал наше затянувшееся молчание.

— Девочки, ужин готов, двигайтесь ближе к нашему импровизированному столу.

Мы подвинулись, но Моника выглядела очень встревоженной.

— Я все еще не могу ему доверять без оглядки. — прошептала она, глядя прямо перед собой, словно опасаясь смотреть в глаза.

Маркус посмотрел на нее очень внимательно, а затем сказал:

— Ты не представляешь, чего мне стоило не убить Елизара, когда он решил убить тебя! Я до безумия завидовал тогда Дарию, как я хотел иметь возможность остановить время и без помех добраться до этого выродка!

— А он этого не сделал… — дошло до нее.

— Именно, в теории, он может убить любого из нас, но как видишь, по непонятным причинам, почти все его враги до сих пор живы. — сказал Маркус с горькой усмешкой. — Так что я тоже не святой, моя дорогая.

— Перестаньте, — вмешалась я, — не ссорьтесь, все мы хороши, давайте лучше ужинать, тем более что все как в старые добрые времена, у нас есть замечательная передышка, предлагаю перемирие.

— Принимается. — сказал Маркус, возвращая взглядом, мою недавнюю благодарность.

Я поняла, что он уже сам не рад был затеянному разговору и не знал как его быстрее закончить.

По мере поглощения прекрасно прожаренной птицы, хорошее настроение снова возвращалось в нашу разношерстную компанию. Закончив с ужином, Маркус извлек из своего рюкзака походную флягу.

— Что это? — не удержалась я.

— Это? Хорошее, старое, доброе вино, лучший спутник в мирной беседе.

В наших руках оказались, не бокалы, а стаканчики из пластика, но в них плескалось вино, достойное лучшего хрусталя! Это стало понятно сразу же, как только мы ощутили его запах и сделали первый глоток.

— Маркус, ты волшебник! — воскликнула Моника восторженно, а я лишь согласно улыбнулась, услышав из ее уст такое обращение к Маркусу, ведь это было созвучно моим собственным мыслям, только о Дарии.

Я всматривалась в тьму леса, начиная беспокоиться долгим отсутствием своего обожаемого рыцаря. «Он не мог уйти далеко, да и что для него время?» беспокоилась я.

Словно в ответ на мои мысли, в лесу, поблизости от нашего лагеря, раздался шорох.

— Это не Дарий! — тихо предупредила Ника, со стеклянным взглядом, — он еще далеко, но уже спешит к нам, обеспокоенный.

Маркус, вместе с моей подругой, мгновенно оказались по бокам от меня в боевой стойке, а я своим слабым человеческим зрением, все еще не видела угрозы.

На нашу поляну вышла женщина и медленно двинулась к нам, словно крадучись, но так, чтобы мы ее заметили, это казалось очень странным. Подойдя на расстояние броска, она остановилась, явно давая нам возможность ее хорошо рассмотреть. Вампир! Цвет ее горящих глаз, не оставлял никаких сомнений. Она продолжила осторожно приближаться, затем остановилась таким образом, чтобы костер был между нами.

— Мир вам! — прозвучал ее певучий звонкий голос, затем из ее горла вырвался сдавленный хрип!

Я поняла, что произошло, только когда увидела Дария, сжимавшего ее горло.

— Полегче, Дарий, это же Ревекка! — Быстро сказал Маркус.

Легкий шелест ветерка дал мне представление о быстром движении Дария, и вот он уже стоит радом со мной, держа меня за руку.

— С чем пожаловала? — жестко спросил он.

— Вот так прием! — сказала нечаянная гостья, откашлявшись и растирая сдавленное горло.

— А чего ты ожидала?!

— Ну, явно не того, что мне без разговоров открутят голову. — все еще сипло сказала она.

— Что ты здесь делаешь? — настаивал Дарий, готовый броситься на нее в любую минуту.

Я помнила ее. Красивая, смуглая с тонким гибким станом, окутанным черными длинными кудрями, с ангельским, иконописным лицом, на котором почти нелепо светились красные горящие глаза, она из очень древних, сильных, хитрых и опасных представителей своего вида.

— Я охотилась неподалеку и учуяла странное сочетание запахов, не часто можно встретить, путешествующих вместе вампира, азария, хранителя и человека, не так ли?

— И? — Дарий не был удовлетворен ее ответом.

— И я решила посмотреть, кто путешествует с тобой и Маркусом, тем более, что его запах я давненько не ощущала. — сказала она с иронией.

— На чьей ты стороне? — вмешался Маркус.

— Хорошенький вопрос, — развеселилась Ревекка, — обычно, на своей собственной, а что, намечается противостояние?

— Как давно ты видела Гертруду? — давил Дарий.

— Ну, она не из моих любимиц, — поморщилась миниатюрная вампирша, — лет двести… Что вообще происходит, и кто этот человек, подозрительно похожий на Дезирэ?

Пока все молчали, она сверлила меня взглядом, а потом, осознав, что ответа не последует, рассмеявшись с детским восторгом, тыча в меня пальцем, заявила:

— Так слухи не зря поползли? Это действительно Дезирэ?

— Это Катя. — отрезала Моника, ледяным тоном.

— Отлично! И из-за какой-то Кати, вы готовы были только что меня убить?! — ее лицо сморщилось, как у ребенка, который только что уличил взрослого во лжи, — Моника, ты считаешь меня идиоткой?

— Довольно! — перебил Ревекку Дарий, прекращая ее поток недовольства и странного веселья, — Кто тебя послал?