Босиком по звездам, или Лабиринты чувств - Лана Берг

могу хоть чуточку расслабиться. Пока варила кофе, вспомнила разговор с провидицей. Она появилась из ниоткуда, я после разговора обошла всю лужайку, но ничего не обнаружила. Так вот, предсказательница-то оказалась не простой.

— Кэтрин Флер отныне ты единственная хранительница священного леса. Запомни, что сила, которой ты восстановила лес, дана тебе только здесь. Телепатический дар пропадет, но, — она замерла на минутку, погрузившись в мысли и продолжила, — не хмурься. Вам, людям, сверхспособности не помогают. Что твориться с планетой: воздух загрязнен, отходы от производства сливаются в моря, драгоценные камни добываются излишне, растительный и животный мир на грани исчезновения. Ведь дар планеты Асоль давался человечеству для защиты ресурсов. Поэтому сейчас рождаются дети, которые при труде и желании могут развить в себе таланты, но без усилий никто не получить и каплю дарования.

— Почему же должны страдать те, кто не причастен к разрушению планеты? — я не переставала изумляться несправедливости.

— Вашему поколению достались крохи от потомков. Некогда цветущий Совенхолл — в руинах. Браденбург — сожжен. Вы те, кто принесет мир Асоль. Вы те, кто будет восстанавливать страны, леса, деревни.

— Вы же не ответили на мой вопрос, — разозлилась я.

— Разве это страдание — быть миротворцем? — улыбнулась провидица. — Стихийный дар останется у королевской семьи до тех пор, пока они служат своему народу.

— Телепортацию тоже заберете?

— Нет, дорогая. Вдруг тебе понадобиться срочно оказаться здесь. Драконы наказаны не меньше людей. За свою жестокость они заплатят сполна.

— Вы говорите об их ошибках, но сами имеете суровый характер!

— Отнюдь.

Прорицательница отвернулась, а затем достала целую корзину растений. Чего я только в ней не обнаружила: цветки, корешки, листочки и даже кора.

— Я прощаюсь с тобой, здесь ты обрела силу. — Она обвела рукой живописный луг у озера. — Но тебе решать, что делать дальше. Мои звездочки не приснятся, не предскажут путь и не уберегут от опасности. Я вела тебя в священный лес, подавала знаки, намеки. Теперь ты хранительница. Будь достойна этого призвания.

— Подождите, — попросила я, но провидица снова испарилась.

Мне хотелось узнать, что будет, если мой избранник окажется драконом, но видно до истины придется докапываться самой. Вода забурлила, и кофейная гуща поднялась до верха, я схватила за ручку и перелила напиток в кружку. Есть не хотелось и собрав вещи, учебники и склянки, я покинула священный лес. Мама сидела на балконе и всматривалась вдаль, моего появления она не заметила.

— Мамуль, — крикнула я из комнаты.

— Дорогая, откуда ты? — удивилась она.

— Садись, я тебе сейчас такое расскажу, закачаешься!

В красках, не без преувеличения, я поведала о своих приключениях с самого начала. Упомянула обо всем, щадить ее чувства не стала, кому как не близкому человеку, я могла вывалить о себе все, даже про поцелуй с Котийяром, не удержалась, сказала. Мама охала, да ахала, схватилась за сердце, потом за голову, а в конце и вовсе прилегла с мигренью.

— Узнаю свою дочь, а то я переживала, что ты какая-то не такая.

— Ну спасибо, мам! Что мне делать, ума не приложу? — спросила я у нее.

— Ой, вот я не знаю. Как же Ноланд? Тем более ты не уверена в чувствах ни в своих, ни в Яра, — подчеркнула мама. — Понимаешь, дочунь, влюбленность может быстренько перегореть, а любовь вызревает, временем испытывается. Ты поучись пока, годик как раз остался, общайся с обоими, а потом и решишь.

— О, точно! Я пятый курс закончу, с Ноландом мы вместе в группе. А вот с Котийяром буду переписываться, созваниваться. Могу и в священном лесу с ним встречаться, мне же надо целебные снадобья передавать.

— Вот видишь, какая ты умничка. Сама и сообразила, — облегченно выдохнула мама.

— Давай я тебе настой дам? А, — предложила я, — что ты будешь мучаться.

Я достала одну бутылочку, откупорила и помогла маме выпить. Она заснула, я накрыла ее пледом и на цыпочках вышла в коридор. Поднялась на самый вверх дворца и стала ждать, вдруг наши защитники прилетят. Сидела я долго, глаза начали слипаться, но сквозь полудрему услышала пронзительный клич. Я соскочила и увидела парящих драконов, Яр и владыка сливались с небом, а Маркус от них отличался, его чешуя имела насыщено-синий цвет. Наконец они спешились, и отец крепко обнял меня и закружил по крыше.

— Победили! — смеялся он.

— Да, жаль, что Патрик так и не пришел в сознание, — сказал Аристарх.

— Аделин поставит его на ноги, гарантирую, — довольным голосом ответил Яр.

— Принцесса дала им жару, верней заморозила слегка, — поддержал его Ник.

— Мелиде сейчас невесело, она настояла на разговоре с Робом, захотела попрощаться, — обратился ко мне Маркус.

— Ее отец подонок, вы бы знали, как он обращался с ней, — пояснила я.

— Лукас, Ноланд и Дэн остались наводить порядок, — сказал папа. — Мы выдвигаемся завтра домой.

— Уже? — уточнила я, не веря своим ушам.

— Да, котенок. Работы много. Грядут зачистки.

Мы спустились по лестнице, я даже выучила бесконечные лабиринты дворца. Все разбрелись по комнатам, чтобы восстановить силы и отдохнуть. Мама встречала нас с улыбкой, родители целовались, а я смотрела и радовалась тому, что обрела семью. Любовь затопила меня с ног до головы и в таком блаженном состоянии я уснула у горящего камина, думая о том, как мне повезло.

Глава 44

Шел снег, ложился на мостовую и тротуар, одевал белым, словно пуховым одеялом город. В Южном береге, равно как и в Восточном, снегопады были редкостью. Я помнила, как мы с Жани катались с горки, лепили снеговиков и строили крепости. Подготовившись к лекциям на следующей неделе, я рванула в священный лес. Выходные я проводила за стеной, а в будни ходила на учебу. Стефан так и не вернулся, ректором назначили Леона, что вызвало всеобщее одобрение. Рози частенько приезжала в университет, с должности музыкального руководителя она уволилась. Мы продолжали практиковаться у профессора Николя, вот только артефакты больше мне не поддавались. Зато на целительском факультете я стала одной из лучших студенток, сама удивлялась этому факту. Мадам Жабинскую осудили за превышение полномочий и отправили на штрафные работы.

Отец мотался из города в город, укреплял границы, искал сообщников Роба, дома, к нашему сожалению, был не частым гостем. Ноланд и Дэн также колесили по стране с тайными агентами разведки и ловили преступников. Минуло полгода после захвата лжекороля, Лукас подписал приказ о пожизненном сроке для бывшего соратника. Его, закованного в блокирующие наручники, доставили на остров заключенных, откуда не сбежал ни один преступник. Мелида простилась с отцом, теперь уже навсегда, он презрительно