Сколько горя нужно для счастья? (СИ) - Филантроп

Кажется я ревную…

— Завозим господа. Кондратий вышел на свет. У него прорезиненные перчатки по самый локоть и все они были заляпаны в крови.

Мы спускаем людей в подвал, работа скучная и монотонная, но даже тут можно пострадать… Мы наступили в кровавый студень и испортили обувь. Подвал покрыт склизкой массой на десять сантиметров верх, сколько же тут умертвили людей…

— Ах да, забыл предупредить, мне нужны новые сапоги до колен и специалист что починит канализацию, а то работать совсем неприятно.

— Работа не волк! Все будет сделано мой друг. Искариот первым вызвался помочь.

В кого же мы превратились…

Мы сильная и жестокая власть.

Для таких людей не нужен эшафот, гильотины и публичные казни. Преступники на сцене могут сказать какую-нибудь глупость, что западёт людям в сердца и даст силы для сопротивления. Потому мы будем казнить их в подвале, негласная тайная утилизация непригодных людей. Такая смерть подавляет личность, после убийства не останется даже могилы, никто не узнает, а существовал ли человек вообще.

Трупы перекручиваются в фарш в большой мясорубке. Кондратий дьявольски силен, он перемалывает кости в муку без особых проблем. Ливер его помощники накладывают в ведра и уносят в лес, они ходят кругами почти круглосуточно, нынче много непокорных…

Кое-что капает на пол и от этого кое-что на полу расплывается кровавое желе, от которого потом воняют сапоги. Не нравится мне этот подвал… Есть в нём словно что-то не гуманное, наверное…

А еще стало на миг интересно, а вправду ли ведра уносят в лес, деревья ведь в другой стороне, почему подопечные шагают с ними в сторону замка?

Ладно это не моё дело, господин сам за нас всех думает.

Глава 32

Самый больной вопрос всех сознательных людей — воспитание детей. Главная проблема в том, что наш мир прогнил и мораль просела до таких низов, что Марианская впадина покажется Эверестом.

Если у тебя родится сын, он обязательно вырастет плохим примером для других, вместо образа сильного волевого мужчины, он будет сочетать в себе чахлость, безынициативность, зажатость. В самом работоспособном возрасте, когда можно горы сворачивать, он будет лежать на диване и жаловаться на депрессию, примеряя на себя десятки психологических терминов, которые он даже не понимает.

Уровень тестостерона упадет ниже, чем у женщины, принципами и убеждениями даже не запахнет, каждый встречный сможет подтереться им как бумагой в сортире, любая девка с улицы оставит его без твоего наследства. Он уже не сможет подарить тебе внуков, потому что ты сам кастрируешь его понимая, что лучше будет им никогда не рождаться и не увидеть кто их отец и кто твой сын.

С дочерями тоже не всё так радужно… Если ты душу положишь на воспитание, посвятишь ей каждую свободную секунду жизни, будешь жить целью воспитать её умной, достойной, целомудренной девушкой, то она всё равно начнет продавать своё тело сразу после созревания, даже при условии, что она материально обеспечена.

Может быть и хорошо, что в моём прошлом мире разыгрался демографический кризис. Великий классик сказал — Да чтоб вы все сдохли! Так оно и вышло…

Во втором мире, моём мире, я не допущу подобных ошибок. С Мару повезло, я смог передать ей себя, свои принципы, мировоззрение, характер. Если ты как родитель смог передать частичку того драгоценного что скопил за жизнь, то тебе уже не стоит ни о чём переживать, если ты уверен в себе, что ты не идиот.

* * *

Чуть позже стоит навестить моего второго отпрыска в бочонке. Или стоит подождать? Вдруг он приобретет свойства хорошего вина или станет сильным как Обеликс искупавшись в волшебном зелье? Ладно потом схожу, а то желудок сводит от голода…

Ранним утром я спустился в столовую. В такой час тут будут только два человека я и Таисия. Она вторая по старшинству сестра. Если пышущая здоровьем Емельяна как старшенькая больше походит на заботливую мать, то Таисия выбрала путь противоположности.

Худенькая, элегантная, бледная как аристократ, имеет симпатичные хронические темные круги под глазами, черные длинные волосы, черные ногти и даже губы умудряется красить в черный как мазут цвет, откуда только косметику берет…

От неё исходит такой холод что в помещение даже кондиционера не нужно, если она найдет себе мужика, то он на утро пообнимавшись с ней рискует заработает пневмонию или как минимум отморозить пару пальцев до ампутации.

Мне же приятна прохлада…

— Моя драгоценная, я голоден как бык, что у нас на сегодня?

— Ваши любимые щечки. Ответила она, аппетитно облизнув ведьмовские губы.

Передо мной огромная тарелка, на ней аккуратно разложены жареные человеческие щечки, причём она заботливо рассортировала их по размеру, полу и возрасту. Цепляю на вилку сразу три и поглощаю… Какая же нежность, даже жевать не успеваешь, они тают во рту как сливочное масло…

Теперь я понимаю почему люди целуют друг друга в щеку. Может они не осознают, но это точно подсознательно желание укусить и съесть ближнего своего.

Заместо оливок на блюде разложены глазные яблоки и опять-таки, все зрачки голубые как я люблю… Таисия, словно любящая мать, смотрит как господин уплетает еду, от милой картины её бледное лицо зарумянилось.

Помню она случайно заметила, как я, идя по коридору обгладывал руку. В те поры я стеснялся каннибализма и хотел было разволноваться что меня спалили, но она сказала, что сырое мясо вредно и может поспособствовать.

С того самого дня мы и сотрудничаем.

Она мой личный повар. Я освободил её от остальной работы, обжаренные в масле и фаршированные люди так задобрили мой желудок, что я предложил ей шикарное поместье, бесконечное количество золота, собственных слуг и всевозможных благ, но она наотрез отказалась.

Её желание кормить меня. — Люблю, когда мужчина ест с аппетитом.

— Но у нас же много других мужчин в коллективе, уверен после тренировки у них потрясающий голод. Один только Герасим съедает две коровы на полдник.

— У нас много ребятишек, верно, вот только мужчиной в широком смысле этого слова, я могу назвать и считать только вас мой господин. Самое забавное что это даже флиртом не было, я уверен на сто процентов, что она не чувствует ко мне ничего сексуального и романтического, это значит что её желания более глубинные и связаны с приготовлением людей.

— Я приготовила для вас кое-что особенное. Она открыла перед моим носом блюдо, и я очень громко сглотнул слюну.

Груди… Две женские шикарные, ровные груди лежат на небольшом коржике из песочного теста.

— Десерт! Каждая из них нафарширована сладкой начинкой. Интересно, а если подростку в пубертате, мечтающему увидеть женскую грудь, подать это на ужин, как он отреагирует? А впрочем, к черту его, главное, что я в восторге.

Я облизал одну и не мог остановиться. Грех лучшая приправа для еды.

— Правда, есть кое какой нюанс, при жизни она была воровкой и по закону должна была избежать смертной казни, но я замолвила словечко и девушку все же привели на эшафот. Когда я увидела её, я сразу подумала, что она взрослела для того, чтобы стать вашей трапезой. Таисия расцветает, когда говорит о еде…

Я прожевал последний сосочек и на мгновенье замер с вилкой в руках, чтобы собраться с мыслями, после чего встал из-за стола, схватил её за тонкие плечи, по-отечески поцеловал в щеку и обнял.

— Умница моя! Если ты продолжишь радовать меня такими шедеврами, то можешь ходить по городу и просто указывать пальцем на самых аппетитных прохожих. Их украдут и уже к вечеру приволокут к тебе помытыми и готовыми к шинкованию.

— Ах господин… Я так рада угождать вам. Между нами дружба. Раньше я считал, что дружбу между парнем и девушкой придумали девушки, чтобы было удобнее изменять парням, но теперь я допускаю что такое возможно, при условии, что твоя подруга готовит тебе человеческое мясо, все остальные взаимодействия так же бред!