Отрок - Евгений Красницкий

"Да, сэр, как любил говорить один Ваш знакомый в ХХ веке: "Женщина в умелых руках — страшная сила". Ну кто бы еще Вам столько полезной информации выкатил?".

Двор княжеского терема был забит до отказа, пришли все, кто имел хоть какое-то право здесь находиться. Князь с княгиней сидели в креслах на верхней площадке крыльца, на ступеньках стояли наиболее приближенные, а остальные расположились кто где смог. Работникам Никифора расставлявшим барьер, даже пришлось немного потеснить толпу.

Привычка взяла свое, и с первыми звуками музыки нервное напряжение спало, представление покатилось по наезженной колее. На свое удивление Мишка увидел в толпе зрителей довольно много знакомых лиц, даже и среди тех, кто стоял достаточно близко к княжеской чете. Это, впрочем, было на пользу. Те, кто видел представление не в первый раз, уже знали, в каких местах нужно аплодировать, и дружно отзывались на мишкин крик "Слава Православному воинству!".

Заминка случилась когда Мишка начал показывать стрельбу вслепую. Он уже поразил две мишени, когда от княжеского крыльца раздался голос:

— Эй, парень, а повязка-то у тебя не просвечивает?

Мишка сорвал с головы повязку и протянул ее в сторону зрителей.

— Кто хочет проверить? Берите!

Пока повязка ходила по рукам, Мишка подчеркнуто не интересуясь результатами проверки, разглядывал князя и княгиню. Князь Вячеслав был уже не молод — за сорок. Выглядел он неважно: почти совершенно седой, под глазами мешки, лоб в морщинах, плечи опущены. Не зная, можно было подумать, что князю Вячеславу под шестьдесят.

"Сын Владимира Мономаха и Гиты — дочери последнего короля саксов Гаральда II, погибшего при завоевании Британии Вильгельмом Нормандским, в битве при Гастингсе. Русский князь, а какой только крови в нем не намешано: варяжской, византийской, саксонской… Всего и не перечислишь. Смешно, конечно, но по материнской линии имеет права на английскую корону. Впрочем, почему же смешно? Из-за точно таких же прав на французскую корону началась Столетняя война.

А жена гораздо моложе, второй брак, что ли? Но брак, видимо, счастливый — вон как на жену поглядывает. И дочка действительно на ангела похожа, а вот княжич подкачал — худой, бледный, квелый какой-то. Даже и не понять, сколько ему лет — десять, одиннадцать?".

Наконец из толпы раздался голос:

— Не просвечивает! Все без обмана, княже!

Мишка поймал брошенную ему повязку, но прежде чем продолжить исполнение номера громко спросил:

— Дозволишь продолжать, княже?

Получив в ответ кивок головой, натянул повязку на глаза и уже взял самострел наизготовку, как вдруг сзади, из толпы зрителей, раздался звон маленького колокольчика.

"Шутить изволите, господа? Ну ладно, и мы пошутим!".

Мишка резко развернулся и направил самострел в сторону зрителей. Послышались испуганные крики и шум, производимый людьми, шарахающимися с линии выстрела. Наконец наступила тишина и снова раздался звон колокольчика. Мишка нажал на спуск. Дружный выдох толпы, звяк наконечника болта по металлу и звук удара в стену терема. Мишка снова сорвал с головы повязку. На пустом пространстве стоял богато одетый купец откуда-то с востока (то ли перс, то ли араб) и держал на вытянутой руке веревочку, на которой болтался покореженный попаданием колокольчик.

— Маладэс! Карош воин!

Мусульманин стянул с пальца массивный золотой перстень с камнем и швырнул Мишке. Мишка даже не шевельнулся, что бы поймать награду, перстень упал ему под ноги.

— Дозволишь принять, княже?

Араб (или перс?) что-то зло выкрикнул по-своему. Князь Вячеслав пристукнул ладонью по подлокотнику кресла, а стоящий рядом с ним боярин выкрикнул:

— Почто гостя княжьего обижаешь? Головы лишиться захотел?

— Я твой подданный, а не ханский! — Ответил Мишка, глядя на князя в упор. — Волкодав из чужих рук корм не берет!

— А ты — волкодав? — Теперь вопрос уже прозвучал из уст самого Вячеслава.

— Пока — нет! — Мишка нахмурился, сжал губы и, вскинув голову, подчеркнуто выпрямился. — Пока — нет, но буду!

Невербальный ряд, соответствующий эмоции "непреклонная решительность" в исполнении мальчишки, должен был выглядеть смешно, и Мишка не ошибся — сработало!

Князь хмыкнул, покосился на половца и произнес, вроде бы про себя, но так, что слышно было всем:

— А щенок-то — породистый.

Перстень остался лежать на земле, представление покатилось дальше. В конце, уже выведя под уздцы коня с гордо восседающим на нем дедом, Мишка махнул музыкантам, чтобы умокли и громко спросил:

— Матушка княгиня, дозволь красавице твоей Анне Вячеславовне подарок поднести? — И не дожидаясь ответа бросился сквозь расступающихся зрителей к крыльцу. — Погляди, княжна, куколка-то с секретом!

Сидящая у княгини Ольги на коленях маленькая княжна, расширенными от удивления глазами следила, как матрешки одна за другой появляются на свет, а когда опрокинутый «Ванька-встанька» сам собой принял вертикальное положение, даже пискнула от восторга.

— Вот, Анна Вячеславна, ты здесь самая красивая, у тебя и игрушки должны быть самыми красивыми!

— Что ж ты… волкодав, — подал голос князь, с интересом, как заметил Мишка, наблюдавший за «размножением» матрешек — сам даришь, а принять подарок гордишься?

— Так среди своих же, княже, Мне с тобой в поле не ратиться, я в бой под твоим стягом пойду.

— Так уверен?

Что имел в виду князь, Мишка не понял, но делая вид, что поправляет одну из матрешек, ответил так, чтобы слышно было одному князю:

— Киев далеко, а мы все — здесь.

Вячеслав Туровский, кажется, заинтересовался — даже слегка склонился в кресле в мишкину сторону.

— Сам придумал, или слыхал от кого?

— Вся сотня в том заедино. Вон сотник Корней твоего слова ждет.

— А ты ему внук, говорят?

— Так, княже, Михаилом крещен.

— Гляди-ка, сынок, тезка твой! — Вячеслав обернулся к княжичу, но тот остался равнодушен. Мишка понял, что предлагать ему стрельнуть из самострела не стоит.

— Збройко! — Князь сделал знак одному из рынд. — Сотников внук Михаил перстень обронил. Принеси-ка!

Парень вмиг слетел с крыльца, подобрал перстень, и взбежав по ступенькам протянул его Мишке. Мишка, не дотрагиваясь до перстня, указал глазами на князя. Рында поколебался, но подчинился.

— Значит, все-таки из одних только рук? — Князь покрутил в пальцах перстень. — Так, что ли?

— Только так, княже, иначе — беда!

— Держи, заслужил. — Вячеслав подал перстень Мишке. — Но и гостя моего поблагодари.

Мишка нашел глазами купца, приложил перстень ко лбу, потом к губам. Прижав руку к сердцу поклонился. Княжий гость дернул щекой, но все же слегка кивнул в ответ.

— Восточные обычаи знаешь? — Заинтересовался князь. — Откуда?

— Мы же не смерды, княже! Род свой в восьмом колене считаем — от десятника Лисовина, который еще с вещим князем Олегом на Царьград ходил! Потому не только ратному делу, но и наукам…

Мишка запнулся, наткнувшись на какой-то уж очень пристальный взгляд княгини.

— Может быть, — княгиня секунду помолчала, — тебе и рыцарские обычаи известны?

Она разжала пальцы и к мишкиным ногам упал маленький платочек. Мишка подхватил его и опустившись на одно колено протянул княгине.

— И галантное обхождение тоже… Ваше Высочество.

"Блин, что за спектакль? Дед там внизу уже наверно в землю врос, а они тут со мной беседуют, да еще как беседуют! В чем дело?"

— Вижу, правду о тебе рассказывают — необычный ты… мальчик. — Проворковала княгиня. — Аннушка, что ж ты Михаила за подарок не поблагодаришь?

— Благодарствую, Михаил. — Старательно выговорила княжна, чувствовалось, что букву «р» она научилась выговаривать совсем недавно.

— Рад служить, государыня Анна Вячеславна! Только позови!

— А если и вправду позовем? — Негромко спросила княгиня.

"Да что тут происходит-то? Князь, вроде бы и не слушает — о чем-то с боярином говорит. Во что же я опять влипаю?".

— У меня пока только три самострела, матушка, но будет больше. Всегда, по первому твоему зову…

— Тебе сколько лет?

— Четырнадцать… Скоро.

— А когда настоящим ратником станешь?

— В шестнадцать.

"Те же вопросы, что и у Иллариона! Он, что ли, ей про меня наболтал?".

— Видишь эту ленточку? — Княгиня показала на красную шелковую ленту, вплетенную в косу дочери. — Если тебе ее передадут, это будет значить, что ты нужен… княжне Анне. И все, кого ты сможешь с собой привести. Не беспокойся, это будет не завтра. Может быть и никогда… Но помни!

— Запомню… Нужен — княжне.

— Правильно запомнил, молодец. Наклонись-ка.