Золотые узы - Зита Кристиан

Мэйбл, громко хлюпая, допила какао. Эмма поежилась, видимо, стесняясь поведения матери.

– Что ж, неплохая мысль, – одобрила Аурелия, – Говорят, в Доусоне ничего не стоит сделаться миллионером. Одни открывают чайную, другие – прачечную, третьи – гостиницу. Магазин тоже хорошее дело…

– Вы, видно, меня не расслышали. Мы думали открыть магазин в Доусоне. Но решили вернуться домой, как только Эд закончит лодку и продаст ее. Видите ли, я снова в положении. – Мэйбл похлопала себя по животу, обтянутому тканью в горошек. – После Эммы-то у меня было пять выкидышей. Что-то они не держатся. А уж здесь я точно не смогу выносить ребенка.

Аурелия не возражала против откровенных разговоров между матерью и дочерью, правда, считала, что их не стоит вести при посторонних. Но Эмма, видимо, все это уже неоднократно слышала. Ее больше интересовала кружевная скатерть.

– У вас было пять выкидышей?

Пока Мэйбл рассказывала ей подробности, Аурелия сварила еще какао. Невежество, которое проявила Мэйбл в вопросах секса и деторождения, поразило бы Аурелию, если бы в колледже им не рассказывали и о более вопиющих случаях. Сев за стол, Аурелия взглянула на Эмму и попросила:

– Расскажи мне о своих головных болях.

Эмма теребила прядь волос, упавшую на лоб, перебирая ее пальцами, пока не остался один волосок, который она беспощадно вырвала, сказав:

– И откуда берутся седые?

– Хочешь, я тебя осмотрю? А ты мне расскажешь, что тебя беспокоит. Может быть, найдем причину этих мигреней.

Эмма посмотрела на мать. Мэйбл изогнула бровь и спросила:

– Вам за это надо будет заплатить?

– Нет, я это сделаю по дружбе. Что ты сказала, Эмма?

– Я бы не прочь, но не сегодня.

Аурелия поняла, что девушка не хочет, чтобы ее осматривали в присутствии матери, и предложила прийти на следующей неделе.

– А завтра утром можно?

– Но ты же знаешь, Эмма, что я по утрам занимаюсь стиркой, – возмутилась миссис Уобл. – У меня нет времени два дня подряд ходить в гости.

– Я могу и одна прийти, мама. Дорогу теперь знаю.

– Осмотр не займет много времени. – Аурелия тоже хотела поговорить с девушкой наедине.

Выпив третью чашку какао, Мэйбл удалилась вместе с дочерью. Когда вернулся Клейтон, Аурелия живо описала ему новых знакомых.

– Представляешь, миссис Уобл беременна, – сказала Аурелия, нарезая принесенную Мэйбл булку. – И при этом сумела вскарабкаться на эту ужасную гору. Она, наверное, только недавно поняла, что беременна. Поэтому и хочет вернуться домой. У нее было пять выкидышей, и она боится ехать в Доусон. Говорит, что не хочет родить иностранца. Надо же до такого додуматься – называть иностранцем ребенка, рожденного в Канаде!

Клейтон спросил, знает ли Мэйбл, отчего у нее случались выкидыши, и Аурелия ответила внезапно севшим голосом:

– Супружеские сношения.

Аурелия покраснела, но тем не менее эти слова, подразумевавшие некую интимность между ними, доставляли ей удовольствие. Некоторое время оба молчали. Потом Клейтон с любопытством спросил:

– А правда, что все женщины боятся первого раза? Думают, будет противно и больно?

– Не знаю.

Виолетте близость с мужчиной не понравилась, но дважды овдовевшая сокурсница говорила Аурелии, что все зависит от партнера, от его чуткости и умения.

– А вы как думаете? – спросил Клейтон. – Это будет ужасно?

Столь откровенный вопрос лишил Аурелию дара речи.

– Может быть, вы вообще об этом не думали? – заметил он, но тут же многозначительно добавил: – Нет, я уверен, что думали.

– Да, – признала Аурелия дрогнувшим голосом. – Думала.

– И я тоже. – Клейтон встал и помог подняться Аурелии. – Пора ложиться спать. До завтра. И не волнуйтесь. Это вовсе не противно и совсем не обязательно больно.

Вот уж мастер лишать ее сна! Лежа в постели, Аурелия думала, как с ним легко говорить на интимные темы. И попыталась вообразить себе близость с Клейтоном. Почувствует ли она те судороги восторга, о которых рассказывают некоторые женщины?

«Осторожно!» – предупредил внутренний голос. О таком можно было бы мечтать, если бы ее с Клейтоном не разделяла непреодолимая стена.

На следующее утро Аурелия приготовила сытный завтрак, и Клейтон отправился в лес. Как и прочие стампидеры, он должен был сначала срубить деревья и оттащить их в лагерь, потом установить лучковую пилу и вручную распилить бревна на доски. В лагере только и говорили о том, как лучше и быстрее строить лодки.

– Никогда бы этому не поверил, – признался он Аурелии, уходя в лес, – но я жду не дождусь Пойзера. Одному с пилой управляться невозможно. Вернусь около двенадцати!

Аурелия помахала ему вслед. Она тоже хотела поскорее увидеть Вальдо. После нападения гризли прошло уже три недели. Наверное, юноша вот-вот появится.

Но времени думать о Вальдо не было. Ей надо вымыть посуду, постирать грязную одежду и починить изношенную. Но вместо этого она села читать главу о причинах головных болей. Скоро придет Эмма.

Аурелия устроилась с учебником на складном стульчике около палатки. Начало мая радовало восхитительной погодой. Уже неделю, как солнце вставало в четыре часа утра, и снег быстро таял. Кругом зеленела молодая трава, и лишь кое-где в низинах остались пятна еще не растаявшего снега. У них на глазах зима уступала дорогу весне.

– Доброе утро, мисс Брейтон.

– Эмма? Доброе утро. Я рада, что ты смогла прийти. – Аурелия с трудом скрывала изумление.

Сегодня Эмма была вовсе не той серенькой мышкой, с которой она познакомилась вчера. Она зачесала волосы в косу и вплела в нее красную ленту. За ухо заткнула розовый цветок и шла, кокетливо покачивая бедрами. От нее пахло ванилью.

– Мама вчера вела себя ужасно, – сказала девушка, садясь на складной стульчик. – Мне хочется быть больше похожей на вас. – Вы читаете дамские журналы? Они всем нравятся. Я их всегда покупаю.

– Да?.. – Аурелия, кажется, потеряла дар речи.

– У меня в спальном мешке лежит один. Хотите, дам почитать? Только не говорите маме. Она такой подняла крик, когда я заказала по почте средство для увеличения бюста. Гарантирует прибавление в шесть дюймов. – Эмма выпрямилась и посмотрела на свою грудь. – Скоро начнет расти. – Аурелия встала и жестом пригласила ее зайти в палатку. – А вы пользовались «Вестро»? У вас такая замечательная фигура. В рекламе говорится, что от него фигура округляется, приобретает грацию и красоту. И он действует безотказно. И еще я купила банку консервов «Ладорес», которые помогают росту бюста, вычитала про них в каталоге Сирса.

– Зачем ты тратишь деньги на эти глупости? – спросила она Эмму уже в палатке.